Фандом: Гарри Поттер. Перси Уизли работает в министерстве на ответственной работе, не дающей никакого продыха. А тут еще отец приводит домой коллегу, которому нужна помощь.
101 мин, 9 сек 3599
— Ну конечно, мы его подождем, дорогой, — сказала мама. — Даже я не сделаю указатель за полчаса. Провожусь до ужина, я думаю.
«Даже я»? Даже?
— Глупо не получить всю информацию, какую можно получить, — сказал Стивен от котла. — Кстати об информации. Расскажите нам, Персиваль, все, что вспомните.
— Сначала, — сказал Перси, — я хочу знать, что именно вы варите.
— Зерцало судьбы, — последовал ответ. — Идиотское, на самом деле, название…
Перси уставился в костлявую, прямую спину Стивена и сглотнул. Зелье высшей опасности. На кухне? В котле для варки пятновыводителей и заживляющего?
— Да не волнуйтесь, я знаю, что делаю.
— Учитывая то, как вы сюда попали, это не внушает мне доверия.
Стивен хмыкнул.
— Вы их сначала узнайте, Персиваль, а потом делайте выводы. Один источник — это всегда ненадежно. Один источник может искажать информацию для своих целей.
Намек был более чем ясен. Но папа не стал бы врать. И недоговаривать. Или… стал бы? Но зачем?
— Кинсли все объяснит, — сказал Гарри. Предъявил работу Стивену, тот кивнул. Гарри, отложив пестик, повернулся к Перси и налил себе стакан воды. — Так было надо, ты не обижайся.
— Вы не в Оксфорде познакомились, — очень вовремя осенило Перси. — Вы познакомились в Берлине.
Гарри улыбнулся.
— Ну да. Но это долгая история и не очень сейчас важная.
Гарри казался расслабленным — но Перси видел, как он стоит. Гарри был готов немедленно кинуться в бой. Спокойная уверенная готовность ко всему.
— Хорошо, — сказал Перси. — Я сейчас все расскажу.
И рассказал.
Кингсли пришел к ужину. Мама — на первый взгляд такая же, как обычно, — усадила его, усадила их всех, заняла Одри какой-то болтовней…
Перси едва удерживался от того, чтобы не смотреть на часы каждую минуту. Положение стрелки отца не менялось. Но каждый раз, как он отрывал от циферблата взгляд, его окатывало ужасом — что, если вот сейчас она просто пропадет? И все увидят, а он…
«Ты все равно ничего не изменишь», — говорил себе Перси. И смотрел в тарелку. И смотрел на Одри, на маму, на Гарри и Стивена, которые казались совсем спокойными, в то время как его самого так внутри скрутило страхом, что это, несомненно, было заметно…
— Все в порядке? — тихо спросила его Одри. Перси вздрогнул. Улыбнулся ей наверняка жалкой улыбкой.
— Да, конечно. Не волнуйся.
Одри нахмурилась.
И тут Кингсли сказал:
— Не беспокойтесь, Одри, это я виноват. Перси готовит мне важный доклад.
— Так это поэтому он сегодня работал дома? Как мне вас отблагодарить?
Одри улыбалась, и в эту минуту Перси был готов сделать для министра все что угодно.
— Ты слишком много работаешь, — шепнула она. Перси тряхнул головой, изобразил возмущение. Одри тихо фыркнула и подложила ему еще салата.
Полчаса спустя пытка кончилась. Одри поцеловала его в нос и поднялась наверх — она всегда дремала после ужина.
Как только заскрипела лестница, все будто встряхнулись — и нормальность распалась. Мама подняла палочку, и защита от прослушивания обернулась вокруг кухни. Невербальное заклинание высшего уровня. Перси потер висок.
— Давайте начнем, — сказал Кингсли. — Времени у нас не так много.
— Полчаса, — сказала мама. Бросила взгляд на полку шкафа, на умывающуюся рыжую кошку-таймер. Кошка спала кверху лапами, выставив белое пузо.
Какая странная точность. Почему полчаса?
— Давайте, — сказал Перси и уставился на Стивена в упор. — Кто вы такой, и что тут вообще происходит?
Стивен переглянулся с Кингсли, тот пожал плечами и сделал приглашающий жест.
— Я — агент Аспид, — сказал Стивен. — Отдел тайн. Выполнял в Берлине миссию под прикрытием, по заданию здесь присутствующего министра. Там, собственно, имел неудовольствие пересечься с Поттером.
И Гарри, и министр явно ждали чего-то еще, но Стивен замолчал. И на взгляд Гарри только поднял бровь.
— Я — Гарри Поттер. — Гарри пожал плечами. — Поехал в Берлин развлечься, влип в операцию внешней разведки… Но ничего не испортил.
Стивен на это фыркнул, а Гарри ухмыльнулся.
— Аспид пострадал во время задания, — сказал Кингсли. — И когда мы смогли его экстрадировать, Артур решил, что будет правильным обеспечить ему наилучшее лечение. Как его непосредственный начальник.
— Что? — Перси моргнул. — Но вы же только что сказали, что он… что Стивен относится к Отделу тайн?
Кингсли кивнул.
— Вы издеваетесь? — Перси перевел взгляд с него на Гарри, на Аспида… На маму, стоящую спиной к плите.
Мама улыбнулась ему.
— Я — Молли Уизли, — сказала она. — Артефактолог Отдела тайн в отставке.
— Ты никогда не говорила!
— Мы не можем разглашать подобное даже дома. Кроме исключительных случаев, как сейчас. Клятвы отдела бессрочны, дорогой. Артур даже мне не рассказал, когда его повысили до начальника отдела, но я, конечно, поняла… — Она сглотнула. — И теперь, когда мы наконец-то знаем, с кем работаем, Кингсли, прошу тебя…
— Да, конечно. — Министр вздохнул. — Но мне нечем вас порадовать.
— Погодите, — сказал Гарри. — Давайте все же подождем немного, они сейчас…
«Даже я»? Даже?
— Глупо не получить всю информацию, какую можно получить, — сказал Стивен от котла. — Кстати об информации. Расскажите нам, Персиваль, все, что вспомните.
— Сначала, — сказал Перси, — я хочу знать, что именно вы варите.
— Зерцало судьбы, — последовал ответ. — Идиотское, на самом деле, название…
Перси уставился в костлявую, прямую спину Стивена и сглотнул. Зелье высшей опасности. На кухне? В котле для варки пятновыводителей и заживляющего?
— Да не волнуйтесь, я знаю, что делаю.
— Учитывая то, как вы сюда попали, это не внушает мне доверия.
Стивен хмыкнул.
— Вы их сначала узнайте, Персиваль, а потом делайте выводы. Один источник — это всегда ненадежно. Один источник может искажать информацию для своих целей.
Намек был более чем ясен. Но папа не стал бы врать. И недоговаривать. Или… стал бы? Но зачем?
— Кинсли все объяснит, — сказал Гарри. Предъявил работу Стивену, тот кивнул. Гарри, отложив пестик, повернулся к Перси и налил себе стакан воды. — Так было надо, ты не обижайся.
— Вы не в Оксфорде познакомились, — очень вовремя осенило Перси. — Вы познакомились в Берлине.
Гарри улыбнулся.
— Ну да. Но это долгая история и не очень сейчас важная.
Гарри казался расслабленным — но Перси видел, как он стоит. Гарри был готов немедленно кинуться в бой. Спокойная уверенная готовность ко всему.
— Хорошо, — сказал Перси. — Я сейчас все расскажу.
И рассказал.
Кингсли пришел к ужину. Мама — на первый взгляд такая же, как обычно, — усадила его, усадила их всех, заняла Одри какой-то болтовней…
Перси едва удерживался от того, чтобы не смотреть на часы каждую минуту. Положение стрелки отца не менялось. Но каждый раз, как он отрывал от циферблата взгляд, его окатывало ужасом — что, если вот сейчас она просто пропадет? И все увидят, а он…
«Ты все равно ничего не изменишь», — говорил себе Перси. И смотрел в тарелку. И смотрел на Одри, на маму, на Гарри и Стивена, которые казались совсем спокойными, в то время как его самого так внутри скрутило страхом, что это, несомненно, было заметно…
— Все в порядке? — тихо спросила его Одри. Перси вздрогнул. Улыбнулся ей наверняка жалкой улыбкой.
— Да, конечно. Не волнуйся.
Одри нахмурилась.
И тут Кингсли сказал:
— Не беспокойтесь, Одри, это я виноват. Перси готовит мне важный доклад.
— Так это поэтому он сегодня работал дома? Как мне вас отблагодарить?
Одри улыбалась, и в эту минуту Перси был готов сделать для министра все что угодно.
— Ты слишком много работаешь, — шепнула она. Перси тряхнул головой, изобразил возмущение. Одри тихо фыркнула и подложила ему еще салата.
Полчаса спустя пытка кончилась. Одри поцеловала его в нос и поднялась наверх — она всегда дремала после ужина.
Как только заскрипела лестница, все будто встряхнулись — и нормальность распалась. Мама подняла палочку, и защита от прослушивания обернулась вокруг кухни. Невербальное заклинание высшего уровня. Перси потер висок.
— Давайте начнем, — сказал Кингсли. — Времени у нас не так много.
— Полчаса, — сказала мама. Бросила взгляд на полку шкафа, на умывающуюся рыжую кошку-таймер. Кошка спала кверху лапами, выставив белое пузо.
Какая странная точность. Почему полчаса?
— Давайте, — сказал Перси и уставился на Стивена в упор. — Кто вы такой, и что тут вообще происходит?
Стивен переглянулся с Кингсли, тот пожал плечами и сделал приглашающий жест.
— Я — агент Аспид, — сказал Стивен. — Отдел тайн. Выполнял в Берлине миссию под прикрытием, по заданию здесь присутствующего министра. Там, собственно, имел неудовольствие пересечься с Поттером.
И Гарри, и министр явно ждали чего-то еще, но Стивен замолчал. И на взгляд Гарри только поднял бровь.
— Я — Гарри Поттер. — Гарри пожал плечами. — Поехал в Берлин развлечься, влип в операцию внешней разведки… Но ничего не испортил.
Стивен на это фыркнул, а Гарри ухмыльнулся.
— Аспид пострадал во время задания, — сказал Кингсли. — И когда мы смогли его экстрадировать, Артур решил, что будет правильным обеспечить ему наилучшее лечение. Как его непосредственный начальник.
— Что? — Перси моргнул. — Но вы же только что сказали, что он… что Стивен относится к Отделу тайн?
Кингсли кивнул.
— Вы издеваетесь? — Перси перевел взгляд с него на Гарри, на Аспида… На маму, стоящую спиной к плите.
Мама улыбнулась ему.
— Я — Молли Уизли, — сказала она. — Артефактолог Отдела тайн в отставке.
— Ты никогда не говорила!
— Мы не можем разглашать подобное даже дома. Кроме исключительных случаев, как сейчас. Клятвы отдела бессрочны, дорогой. Артур даже мне не рассказал, когда его повысили до начальника отдела, но я, конечно, поняла… — Она сглотнула. — И теперь, когда мы наконец-то знаем, с кем работаем, Кингсли, прошу тебя…
— Да, конечно. — Министр вздохнул. — Но мне нечем вас порадовать.
— Погодите, — сказал Гарри. — Давайте все же подождем немного, они сейчас…
Страница 8 из 28
