Фандом: Гарри Поттер. Волдеморт побеждён, дети главных героев растут и учатся в Хогвартсе. Но после победы всё поменялось местами: Уизли стали богатой и влиятельной семьёй, на чистокровок смотрят с подозрением, а подчёркивать свои волшебные таланты «не толерантно». Роза Уизли считает это несправедливым и решает взбунтоваться. Она поступит на другой факультет, подружится с чистокровкой и доставит ещё много хлопот — например, использует Выручай-комнату для выявления всех несправедливостей, произошедших в Хогвартсе со дня его основания.
368 мин, 15 сек 19666
Он старался держаться как можно увереннее. Конечно, он не ожидал, что МакГонагалл с восторгом примет его объяснение. Поэтому главным фактором, который мог хотя бы поселить в ней сомнение в правоте гриффиндорцев, было его абсолютно спокойное поведение, столь нетипичное для школьников, а потому невольно внушающее доверие. И всё же МакГонагалл метнула на него гневный взгляд.
— Малфой, Вы должны осознавать, что это очень серьёзное обвинение. К тому же неуместное, потому что Гриффиндор находится на третьем месте в турнирной таблице, хотя и с небольшим разрывом.
— Вот именно, — многозначительно произнёс Малфой и пристально посмотрел на директора. — Потому что мы не даём им этого делать.
— И Вы полагаете, что я в это поверю? В Ваш «орден справедливого квиддича»? — МакГонагалл уже начинала нервничать. — Кто такие «мы», кстати?
— Ну не могу же я бегать везде и шептать контрзаклятия каждые тридцать секунд, — меланхолично пожал плечами Малфой. — У меня есть друзья. Так вот двое из них попали в неприятные магические переделки неделю назад, — он бросил испепеляющий взгляд на Альбуса, который демонстративно отвернулся и занялся изучением завитков резьбы на ближайшей раме, — а на меня самого нападали трижды. Неизвестные мне лица, в которых я кинул несколько довольно болезненных заклятий, но видимо, не попал, — судя по выражению лица, Скорпиус явно сокрушался, что заклинания не достигли цели, — иначе бы они оказались в больничном крыле.
— И Вы так спокойно говорите, что кидали заклятия в учеников Хогвартса, жалея, что промахнулись? — МакГонагалл с неодобрением посмотрела на Малфоя. — Вы же староста!
— Конечно, госпожа директор, в следующий раз, когда в меня кинут Ступефай, Обливейт или Инкарцеро, я буду заслоняться от них своим значком, — с нескрываемым сарказмом отозвался Скорпиус. «Хм, это уже что-то новое. Когда он перестал стесняться МакГонагалл? — подумала Роза. — Неужели это из-за того, что он слишком часто с ней разговаривает?». — Я привык защищаться более адекватно. Поэтому сегодня я выстрелил, а потом притворился, что их заклятие меня настигло. Две девочки с Хаффлпаффа нашли меня и отвели в больничное крыло, откуда меня, естественно, выпустили через пять минут. Я пошёл в раздевалку, ведь сегодня была тренировка гриффиндорцев. И подслушал… О да, именно подслушал — это тоже не очень хорошо, не так ли? — он посмотрел на Минерву, которая невольно заинтересовалась его рассказом, — очень интересный разговор: «Завтра победа у нас в руках, без трёх у них ничего не выйдет». Как Вам известно, завтра матч Гриффиндор-Слизерин. Остальное Вы знаете, — он развёл руками и кинул ещё один уничтожающий взгляд на Альбуса.
Минерва задумчиво смотрела на провинившихся студентов. Ей ужасно не хотелось этого признавать, но Альбус действительно был способен на нечто подобное, так как всерьёз болел квиддичем и люто ненавидел слизеринцев, с каждым годом всё сильнее. Но тогда перед решающим матчем команда оставалась без своего лучшего загонщика. И если есть хоть маленький шанс, что Альбус невиновен…
— Если Вы правы, Малфой, то я должна буду отстранить Поттера от игры и оштрафовать его как минимум на сто баллов. Но это не отменяет того, что Вы применяли магию во внеурочное время. К тому же, это по-прежнему только Ваши слова, — Минерва изо всех сил пыталась сохранить лицо, но получалось плохо. Скорпиус видел, что она уже поняла, что может быть не права, и совесть не даёт ей выглядеть невозмутимой: ведь при падении с метлы можно сильно покалечиться, а ученики «её» факультета полностью проигнорировали чужую безопасность. На милую шутку это совсем не тянуло.
— Я не возражаю, если Вы снимите баллы и со Слизерина, — смиренно проговорил Малфой. — Я заслужил это за магическую дуэль. Возможно, тогда в противостоянии факультетов наконец-то победят те, кто действительно приехали в Хогвартс учиться, а действовать на нервы Вам, уважаемая госпожа директор! — лицо Скорпиуса выражало абсолютную серьёзность, но Роза чуть не прыснула: слишком уж хорошо она знала Малфоя. — А именно — наши коллеги с Рейвенкло, которые подают пример всей школе, — здесь Малфоя уже понесло, в голосе звучало неземное воодушевление, — и обеспечивают правопорядок, — Роза едва удержалась от громкого хохота: чтобы Скорпиус сейчас не думал по поводу «поддержания правопорядка» Рейвенкло, с благодарностью и восхищением эти мысли имели мало общего. Джим, похоже, не вполне понимал иронию Скорпиуса, но смотрел на него с тем же удивлением, что и Финеас Блэк чуть раньше.
Закончив «строить из себя благородного спасителя человечества», как называла эти припадки пафоса сама Роза, Скорпиус нахмурился, достал палочку и уже совсем другим голосом продолжил:
— Малфой, Вы должны осознавать, что это очень серьёзное обвинение. К тому же неуместное, потому что Гриффиндор находится на третьем месте в турнирной таблице, хотя и с небольшим разрывом.
— Вот именно, — многозначительно произнёс Малфой и пристально посмотрел на директора. — Потому что мы не даём им этого делать.
— И Вы полагаете, что я в это поверю? В Ваш «орден справедливого квиддича»? — МакГонагалл уже начинала нервничать. — Кто такие «мы», кстати?
— Ну не могу же я бегать везде и шептать контрзаклятия каждые тридцать секунд, — меланхолично пожал плечами Малфой. — У меня есть друзья. Так вот двое из них попали в неприятные магические переделки неделю назад, — он бросил испепеляющий взгляд на Альбуса, который демонстративно отвернулся и занялся изучением завитков резьбы на ближайшей раме, — а на меня самого нападали трижды. Неизвестные мне лица, в которых я кинул несколько довольно болезненных заклятий, но видимо, не попал, — судя по выражению лица, Скорпиус явно сокрушался, что заклинания не достигли цели, — иначе бы они оказались в больничном крыле.
— И Вы так спокойно говорите, что кидали заклятия в учеников Хогвартса, жалея, что промахнулись? — МакГонагалл с неодобрением посмотрела на Малфоя. — Вы же староста!
— Конечно, госпожа директор, в следующий раз, когда в меня кинут Ступефай, Обливейт или Инкарцеро, я буду заслоняться от них своим значком, — с нескрываемым сарказмом отозвался Скорпиус. «Хм, это уже что-то новое. Когда он перестал стесняться МакГонагалл? — подумала Роза. — Неужели это из-за того, что он слишком часто с ней разговаривает?». — Я привык защищаться более адекватно. Поэтому сегодня я выстрелил, а потом притворился, что их заклятие меня настигло. Две девочки с Хаффлпаффа нашли меня и отвели в больничное крыло, откуда меня, естественно, выпустили через пять минут. Я пошёл в раздевалку, ведь сегодня была тренировка гриффиндорцев. И подслушал… О да, именно подслушал — это тоже не очень хорошо, не так ли? — он посмотрел на Минерву, которая невольно заинтересовалась его рассказом, — очень интересный разговор: «Завтра победа у нас в руках, без трёх у них ничего не выйдет». Как Вам известно, завтра матч Гриффиндор-Слизерин. Остальное Вы знаете, — он развёл руками и кинул ещё один уничтожающий взгляд на Альбуса.
Минерва задумчиво смотрела на провинившихся студентов. Ей ужасно не хотелось этого признавать, но Альбус действительно был способен на нечто подобное, так как всерьёз болел квиддичем и люто ненавидел слизеринцев, с каждым годом всё сильнее. Но тогда перед решающим матчем команда оставалась без своего лучшего загонщика. И если есть хоть маленький шанс, что Альбус невиновен…
— Если Вы правы, Малфой, то я должна буду отстранить Поттера от игры и оштрафовать его как минимум на сто баллов. Но это не отменяет того, что Вы применяли магию во внеурочное время. К тому же, это по-прежнему только Ваши слова, — Минерва изо всех сил пыталась сохранить лицо, но получалось плохо. Скорпиус видел, что она уже поняла, что может быть не права, и совесть не даёт ей выглядеть невозмутимой: ведь при падении с метлы можно сильно покалечиться, а ученики «её» факультета полностью проигнорировали чужую безопасность. На милую шутку это совсем не тянуло.
— Я не возражаю, если Вы снимите баллы и со Слизерина, — смиренно проговорил Малфой. — Я заслужил это за магическую дуэль. Возможно, тогда в противостоянии факультетов наконец-то победят те, кто действительно приехали в Хогвартс учиться, а действовать на нервы Вам, уважаемая госпожа директор! — лицо Скорпиуса выражало абсолютную серьёзность, но Роза чуть не прыснула: слишком уж хорошо она знала Малфоя. — А именно — наши коллеги с Рейвенкло, которые подают пример всей школе, — здесь Малфоя уже понесло, в голосе звучало неземное воодушевление, — и обеспечивают правопорядок, — Роза едва удержалась от громкого хохота: чтобы Скорпиус сейчас не думал по поводу «поддержания правопорядка» Рейвенкло, с благодарностью и восхищением эти мысли имели мало общего. Джим, похоже, не вполне понимал иронию Скорпиуса, но смотрел на него с тем же удивлением, что и Финеас Блэк чуть раньше.
Закончив «строить из себя благородного спасителя человечества», как называла эти припадки пафоса сама Роза, Скорпиус нахмурился, достал палочку и уже совсем другим голосом продолжил:
Страница 46 из 106
