Флайт сел неуклюже, в последний момент перед посадкой его неожиданно повело в сторону и он прошелся боковыми стабилизаторами по кустам, едва не задев стоящий неподалеку столб. На землю посыпалась листва, флайт дернулся в другую сторону и с шумом сел, выдохнув через сопла черный шлейф. Это была старая и порядком потрепанная модель, судя по многочисленным вмятинам на бортах хозяин обращался с ней без лишней нежности, но по бортам кабины алели тщательно выписанные краской переплетающиеся полосы, придававшие флайту неожиданный для его возраста и состояния залихватский вид…
Он уперся в борта и, подтянув ноги к животу, перебросил их через край.
Спустя секунду он уже стоял снаружи, ожесточенно потирая воспаленные глаза.
Флайт был рассчитан на трех пассажиров, поэтому летящим пришлось потесниться — их было едва ли не в два раза больше. Вслед за пилотом на землю спрыгнули два парня и три девушки. Девушки сперва делали вид, что они боятся и требовали спустить трап, но Бертс крикнул: «Давай, падай сюда, эта железяка все равно заржавела еще в те времена, когда я был на первом курсе». Девушки спустились вниз, прямо в поджидающие их объятья. Парни захохотали, когда Сильв поскользнулась на мокрой траве и чуть не шлепнулась — это выглядело действительно забавно.
— Не отбей себе филейные части, дорогая, — засмеялся Хонки, — Эй, кто видел живую воду в последний раз?
— У меня, — Бертс легко вытащил из багажного отделения увесистую сумку, в которой что-то глухо звенело.
— Ключи?
— Тоже тут. А жратва?
— У меня нет. Ты ее не забыл в общаге?
— Ну не идиот же я… Вайс!
— Чего? — третий член экипажа уже стоял среди кустов, глаза его мутно блестели.
«Что за кретин, — подумал Бертс, внезапно озлобляясь, — Сейчас замочит к черту посадочные стойки, потом запах мочи неделю не выведешь»… — Жратва где?
— Да тут, у меня.
— Ладно… Не замочи сумку, остолоп.
Флайт сел неподалеку от дома. Это было довольно высокое строение из пожелтевшего от времени, но еще крепкого камня, этажа в два или три — окон было мало и они настолько хаотично были разбросаны по всей площади стены, что сказать с уверенностью Бертс не взялся бы и в трезвом виде. Плоская крыша возносилась над головами и словно подпирала низкое вечернее небо. Кроме этого дома ничего видно не было, улица была похожа на извилистую черную змею, скользящую между густыми зарослями. Бертс прикинул, что городская черта километрах в тридцати, если не больше. Что и говорить, некоторые предпочитают жить на отшибе. Лично он врядли поселился бы в такой глуши, где под боком нет ни общаги, ни пары ночных клубов, но дом им требовался всего только на одну ночь — не страшно.
— Он? — неуверенно спросил Вайс, выходя наконец из кустов. Судя по его затуманенному взгляду и неловкой походке, выпитое накануне крепко дало себя знать.
— Вроде, — протянула Кэль, с выражением удивленной брезгливости изучавшая темные окна, — Боже, здесь хоть вода есть?
Бертс ухмыльнулся.
— Лапочка, здесь есть все.
— Внешне все довольно скромно.
— О, ты просто не заглядывала внутрь. Эта хибара стоит больше, чем любой дворец в городе. По крайней мере мне так кажется.
— Забавно, Бертс. Мраморные полы, колонны, бассейн с шампанским?
— Не совсем, лапочка. Видишь ли, это первый в мире авто-дом.
Кэль недоверчиво приподняла красивую бровь.
— Что ты имеешь в виду?
— Дом нового поколения. Если попросту, в этой хибаре больше автоматики, чем бухла в желудке Вайса, — Вайс невнятно запротестовал, но быстро умолк, - Автоматизировано все. Ну, знаешь, начиная от всяких там авто-снимателей обуви и кончая авто-парикмахером, авто-кондиционером и каким-нибудь чертовым авто-унитазом. В таком доме можно жить как принцу, пальцем о палец не ударив.
— Звучит интересно. Но как-то жутко. Не то чтоб я боялась машин, но все равно… — Автоматика не опаснее обычной зажигалки, — уверенно сказал Бертс, — Все уже отлажено и абсолютно безопасно. Идеальное гнездышко для таких веселых и мерзко пьяных птичек как мы, по крайней мере на одну ночь!
— И как вам удалось ухватить такой домик? — с интересом спросила Сильв.
Кэль с негодованием заметила, что она придвинулась еще ближе к Бертсу.
— Это было не очень сложно, крошка. Я немного знаком с тем парнем, который здесь живет. Он сейчас перешел в аспирантуру, а учился на два курса старше нас.
— Он что, ученый?