Фандом: Гарри Поттер. «Не умеешь — не берись»? О старинных ритуалах, усталости и надежде. И — само собой — о любви.
87 мин, 52 сек 18542
И тогда она разрыдалась. Прямо как в детстве: отчаянно, безудержно. Всхлипывала, пока не почувствовала, как он обнимает ее, гладит по голове, шепчет:
— Ну что ты… Успокойся… Мерлин, да пошутил я: с тобой лучше, конечно. Ты симпатичней. Ну все, все… Больше не плачь… Слезы утри… Моя Анна… Встретим с тобой… Мы однажды рассвет… Моя Анна…
Тонкс отстранилась. Рабастан вытер слезы с ее щеки.
— Ну вот — страшная, зареванная. И волосы поблекли. А мне так нравился этот розовый ужас.
Ее палочку он положил рядом, на тумбочку. Протянуть руку — может быть, он успеет перехватить, а может и нет…
А еще можно попробовать… сделать именно то, что хочется. Черт возьми, ведь даже у Снейпа получилось послать к драным низзлам всех — для того, чтобы быть счастливым!
— В комнате Тедди открытый камин.
— Что?!
— Что слышал. Рассвет в пять сорок семь. Авроры появятся во всех комнатах, кроме детской. Ты вполне можешь успеть.
— А ты?
— А это уже тебя не касается. Вали отсюда, понял! — крикнула она и упала лицом в подушку.
— Инкарцеро!
— Нет, это уже…
— Силенсио!
«… начинает надоедать! Снова эти веревки!»
— Извини, но я должен максимально обезопасить тебя. Расскажешь коллегам историю пострашней. Учитывая мою репутацию — думаю, поверят.
Подошел к двери, вздохнул. Наверное, тоже не знал, как в таких случаях прощаются.
— Я обязательно верну тебе палочку.
И вышел.
Камин в детской сработал ровно в пять сорок семь — как раз когда в остальных комнатах появились авроры.
Вместо эпилога:
Четыре месяца спустя:
— Йэху-у! — Тонкс ввалилась в приемную главы аврората. Упала в кресло, вытянув ноги в грязных ботинках. Дэйзи закрылась свитком пергамента — как все давно выучили, пряча ненужную, совершенно непедагогичную улыбку.
— Взяли? — выглянула из-за своей баррикады. Все-таки улыбнулась: а как удержаться, глядя на довольную, сияющую Тонкс?
— А как же! Чтоб наша славная команда, да упустила какого-то жулика?! Только вот… — Тонкс достала палочку, покрутила перед носом, разглядывая, поморщилась: — никак не привыкну к этому бревну. Будто вместо руки — протез. Кошмар просто!
— И нечего привыкать! Давно говорила: верни вещественное доказательство на склад и подбери у Олливандера новую.
— Ну ладно, уговорили. Завтра же схожу.
— Нет уж, дорогая. Сходишь сегодня, более того, сейчас. Вот, — Дэйзи черкнула пару строк на сиреневом бланке, протянула его Тонкс. — Освобождение до конца дня. Сейчас же идешь на Диагон-Аллею. И смотри мне! Не в студию «Чертовых сестричек», как в прошлый раз. И не в музыкальную лавку, как в позапрошлый! К Олливандеру!
— Эх-х… — притворно огорчилась Тонкс. — Ну как же вас не послушаться, добрая фея аврората?
Тонкс уже минут пять стояла у двери в лавку Олливандера, делая вид, что изучает вывеску. То бралась за ручку, то снова ее отпускала.
«Ты его двадцать лет собираешься ждать, как та дура из песни? Даже теперь, когда знаешь, чем для нее все закончилось?! Ему незачем к тебе возвращаться. Все, входи уже!»
В лавке ничего не изменилось за прошедшие с покупки первой палочки пятнадцать лет. Тихо, сумрачно, и сам хозяин то ли отлучился по делам, то ли нарочно позволяет покупателю проникнуться величием места, в котором ему предстоит выбрать самую главную для волшебника вещь.
— Извините, мэм, — услышала вдруг. — Может быть, вам подойдет эта?
Перед ней стоял смутно знакомый толстяк средних лет и протягивал ей… ее собственную палочку.
— Не узнаете? — усмехнулся он. — Дангмор Валленсби, «Салемские новости».
Тонкс будто ураганом вынесло из лавки. Сама не поняла, как свернула с Диагон-Аллеи в какой-то переулок. «Дангмор Валленсби» не отставал. Решив, что отошла достаточно далеко, остановилась. Прислонилась к ближайшей стене, пытаясь отдышаться.
— Басти, ты что, вообще спятил? Да тебя весь аврорат ждет не дождется!
— А ты?
— Что «я»?
— Ты меня ждала? — притянул к себе, коснулся губами щеки… Придурок ненормальный…
— Ты просто псих, — выдохнула Тонкс. — Вот какого черта ты сюда явился?
— К тебе, — просто ответил он. — Знаешь, мне и раньше встречались женщины, от которых было трудно уйти… Но только к тебе мне захотелось вернуться.
— Из неведомой страны? Как Джонатану?
— Вроде того, — прошептал он, снова ее обнимая.
— Ну что ты… Успокойся… Мерлин, да пошутил я: с тобой лучше, конечно. Ты симпатичней. Ну все, все… Больше не плачь… Слезы утри… Моя Анна… Встретим с тобой… Мы однажды рассвет… Моя Анна…
Тонкс отстранилась. Рабастан вытер слезы с ее щеки.
— Ну вот — страшная, зареванная. И волосы поблекли. А мне так нравился этот розовый ужас.
Ее палочку он положил рядом, на тумбочку. Протянуть руку — может быть, он успеет перехватить, а может и нет…
А еще можно попробовать… сделать именно то, что хочется. Черт возьми, ведь даже у Снейпа получилось послать к драным низзлам всех — для того, чтобы быть счастливым!
— В комнате Тедди открытый камин.
— Что?!
— Что слышал. Рассвет в пять сорок семь. Авроры появятся во всех комнатах, кроме детской. Ты вполне можешь успеть.
— А ты?
— А это уже тебя не касается. Вали отсюда, понял! — крикнула она и упала лицом в подушку.
— Инкарцеро!
— Нет, это уже…
— Силенсио!
«… начинает надоедать! Снова эти веревки!»
— Извини, но я должен максимально обезопасить тебя. Расскажешь коллегам историю пострашней. Учитывая мою репутацию — думаю, поверят.
Подошел к двери, вздохнул. Наверное, тоже не знал, как в таких случаях прощаются.
— Я обязательно верну тебе палочку.
И вышел.
Камин в детской сработал ровно в пять сорок семь — как раз когда в остальных комнатах появились авроры.
Вместо эпилога:
Четыре месяца спустя:
— Йэху-у! — Тонкс ввалилась в приемную главы аврората. Упала в кресло, вытянув ноги в грязных ботинках. Дэйзи закрылась свитком пергамента — как все давно выучили, пряча ненужную, совершенно непедагогичную улыбку.
— Взяли? — выглянула из-за своей баррикады. Все-таки улыбнулась: а как удержаться, глядя на довольную, сияющую Тонкс?
— А как же! Чтоб наша славная команда, да упустила какого-то жулика?! Только вот… — Тонкс достала палочку, покрутила перед носом, разглядывая, поморщилась: — никак не привыкну к этому бревну. Будто вместо руки — протез. Кошмар просто!
— И нечего привыкать! Давно говорила: верни вещественное доказательство на склад и подбери у Олливандера новую.
— Ну ладно, уговорили. Завтра же схожу.
— Нет уж, дорогая. Сходишь сегодня, более того, сейчас. Вот, — Дэйзи черкнула пару строк на сиреневом бланке, протянула его Тонкс. — Освобождение до конца дня. Сейчас же идешь на Диагон-Аллею. И смотри мне! Не в студию «Чертовых сестричек», как в прошлый раз. И не в музыкальную лавку, как в позапрошлый! К Олливандеру!
— Эх-х… — притворно огорчилась Тонкс. — Ну как же вас не послушаться, добрая фея аврората?
Тонкс уже минут пять стояла у двери в лавку Олливандера, делая вид, что изучает вывеску. То бралась за ручку, то снова ее отпускала.
«Ты его двадцать лет собираешься ждать, как та дура из песни? Даже теперь, когда знаешь, чем для нее все закончилось?! Ему незачем к тебе возвращаться. Все, входи уже!»
В лавке ничего не изменилось за прошедшие с покупки первой палочки пятнадцать лет. Тихо, сумрачно, и сам хозяин то ли отлучился по делам, то ли нарочно позволяет покупателю проникнуться величием места, в котором ему предстоит выбрать самую главную для волшебника вещь.
— Извините, мэм, — услышала вдруг. — Может быть, вам подойдет эта?
Перед ней стоял смутно знакомый толстяк средних лет и протягивал ей… ее собственную палочку.
— Не узнаете? — усмехнулся он. — Дангмор Валленсби, «Салемские новости».
Тонкс будто ураганом вынесло из лавки. Сама не поняла, как свернула с Диагон-Аллеи в какой-то переулок. «Дангмор Валленсби» не отставал. Решив, что отошла достаточно далеко, остановилась. Прислонилась к ближайшей стене, пытаясь отдышаться.
— Басти, ты что, вообще спятил? Да тебя весь аврорат ждет не дождется!
— А ты?
— Что «я»?
— Ты меня ждала? — притянул к себе, коснулся губами щеки… Придурок ненормальный…
— Ты просто псих, — выдохнула Тонкс. — Вот какого черта ты сюда явился?
— К тебе, — просто ответил он. — Знаешь, мне и раньше встречались женщины, от которых было трудно уйти… Но только к тебе мне захотелось вернуться.
— Из неведомой страны? Как Джонатану?
— Вроде того, — прошептал он, снова ее обнимая.
Страница 24 из 24
