Фандом: Средиземье Толкина. Аля уже собралась тихо-мирно побродить по Средиземью, но не тут-то было… Женечка решила по-другому, да и Трандуил внес свою лепту.
291 мин, 5 сек 16220
— Я пройдусь по парку, — я посмотрела на друзей. На душе было так тоскливо, что хотелось побыть одной и немного всплакнуть. Они понятливо кивнули, думая о том же. Лунный свет искрился в многочисленных фонтанах, роняющих воду в каменные чаши. Я вдруг подумала, что до сих пор не знаю, сколько мне отмерено жизни… Возможно, я первая умру, оставив своих друзей. Интересно, здесь есть рай? Прохладный ветерок облизал обнаженные плечи, и я зябко поежилась, будто природа сама отгоняла эти мысли от меня. Камни тихо шуршали под ногами, дорожка заводила в глубь, туда, где смыкали свои ветви густые кроны уксусных деревьев. Я остановилась, не решаясь идти дальше, будто что-то страшное ждало меня впереди… Усмехнувшись своим страхам, я смело раздвинула ветки: что, кроме очередного фонтана, могло находиться там?
Интересно, и почему я ни капли не удивлена? Впереди, спиной ко мне и лицом к фонтану (а я-таки угадала!) стоял Трандуил. Мне всегда казалось, что лунный свет — это единственное освещение, способное передать неземную красоту эльфийского Владыки. Вот и сейчас он обволакивал высокую фигуру мерцающим сиянием, окружая голову ореолом, похожим на корону. Он смотрел прямо перед собой, сцепив руки за спиной в замок. А я смотрела на него, прекрасно понимая, что король меня услышал, но не двигаясь с места. Наконец он пошевелился, обходя каменный бортик и поворачиваясь ко мне.
— С каких пор ты боишься подойти ко мне? — забытый голос звучал укоряющее.
— Я не боюсь, я любуюсь, — я подошла поближе, становясь напротив короля. Его бледное лицо было так близко, что я не смогла удержаться, проводя рукой по изогнутым губам.
— Почему же ты не даешь полюбоваться и мне? — выдохнул мне в губы Трандуил, опаляя кончики пальцев дыханием. Рука скользнула вниз, безвольно повиснув, и тут же была поймана чужой ладонью. Наши пальцы переплелись, так привычно и нежно. Эльф поднял сплетенные руки вверх, осторожно целуя кончики моих пальцев, не сводя с меня гипнотизирующего взгляда.
— Если бы я знала, что ты здесь… — я замолчала, не в силах продолжать. Трандуил распознавал любую ложь, тем более такую явную. Да, если бы я знала, то пришла, все равно пришла бы, чтобы снова увидеть его так близко. Чтобы опять иметь возможность постоять рядом, вдыхая забытый аромат лесных фиалок.
— Ты бы пришла, — закончил за меня король, отнимая губы от моей руки. Мы стояли и молча смотрели друг на друга, время словно остановилось, даже шум воды затих.
— Ты сама ушла тогда, — Трандуил первым нарушил молчание. — Я принял твое решение. Но если ты хочешь изменить его… — Владыка многозначительно замолчал, давая мне возможность ответить. А я прикрыла глаза, вдыхая позабытый запах полной грудью, пытаясь разобраться: что мне вообще надо?! Так заманчиво было вновь окунуться в эти отношения, получить возможность говорить королю «мой», владеть им безраздельно. И пусть на время, но… К чему тогда я вообще уходила? Давние аргументы теперь подкреплялись еще одним, но, как оказалось, самым весомым — Глиннаэль. Я вдруг с отчетливой ясностью поняла, что не хочу его оставлять. Даже ради Трандуила. Открыв глаза, я посмотрела на мужчину, и он все понял, мягко и чуть грустно улыбнувшись.
— Поцелуй меня, — я знала, что он не откажет мне в этой просьбе, покорно прикрывая глаза и приоткрыв губы. Эти касания, знающие, уверенные, умелый язык, захвативший в плен, ладони, сжавшие мое лицо… Я стояла не шевелясь, только губы отвечали ему, отвечали, не пытаясь, впрочем, поддаться. Не пробегало больше по телу волшебного тока, не подгибались колени, не разливалось желание. Последние легкие поцелуи вспорхнули по губам и улетели. Легка прохлада ветерка коснулась пылающего лица. Я отступила на шаг, почти сливаясь с окружающими нас тенями.
— Не надо ничего говорить, — шепот слился с шелестом листвы, и я ушла. Чувство небывалой легкости и светлой грусти заполняло все существо. Казалось, еще немного и я взлечу. Я еще долго бродила по парку, по улочкам спящего города, наслаждаясь этим чувством, привыкая к нему. Небо начало светлеть далеко на востоке, у острых зубцов гор, когда я наконец дошла до дома. Странно, но окно нашей спальни еще горело. Я улыбнулась: наверное, Глиннаэль прождал всю ночь. Захотелось обнять его крепко-крепко и никогда больше не отпускать. Почти взлетев по лестнице, я распахнула дверь и остановилась, недоуменно разглядывая комнату. Она была пуста. Разобранная кровать стояла нетронутой, лишь на моей подушке что-то лежало. Осторожно подойдя, я наклонилась и подняла предмет. Сердце болезненно сжалось, разлившись горечью в груди: на ладони лежали два тонких серебряных кольца, перевязанные зеленой лентой. Глиннаэль ушел.
Интересно, и почему я ни капли не удивлена? Впереди, спиной ко мне и лицом к фонтану (а я-таки угадала!) стоял Трандуил. Мне всегда казалось, что лунный свет — это единственное освещение, способное передать неземную красоту эльфийского Владыки. Вот и сейчас он обволакивал высокую фигуру мерцающим сиянием, окружая голову ореолом, похожим на корону. Он смотрел прямо перед собой, сцепив руки за спиной в замок. А я смотрела на него, прекрасно понимая, что король меня услышал, но не двигаясь с места. Наконец он пошевелился, обходя каменный бортик и поворачиваясь ко мне.
— С каких пор ты боишься подойти ко мне? — забытый голос звучал укоряющее.
— Я не боюсь, я любуюсь, — я подошла поближе, становясь напротив короля. Его бледное лицо было так близко, что я не смогла удержаться, проводя рукой по изогнутым губам.
— Почему же ты не даешь полюбоваться и мне? — выдохнул мне в губы Трандуил, опаляя кончики пальцев дыханием. Рука скользнула вниз, безвольно повиснув, и тут же была поймана чужой ладонью. Наши пальцы переплелись, так привычно и нежно. Эльф поднял сплетенные руки вверх, осторожно целуя кончики моих пальцев, не сводя с меня гипнотизирующего взгляда.
— Если бы я знала, что ты здесь… — я замолчала, не в силах продолжать. Трандуил распознавал любую ложь, тем более такую явную. Да, если бы я знала, то пришла, все равно пришла бы, чтобы снова увидеть его так близко. Чтобы опять иметь возможность постоять рядом, вдыхая забытый аромат лесных фиалок.
— Ты бы пришла, — закончил за меня король, отнимая губы от моей руки. Мы стояли и молча смотрели друг на друга, время словно остановилось, даже шум воды затих.
— Ты сама ушла тогда, — Трандуил первым нарушил молчание. — Я принял твое решение. Но если ты хочешь изменить его… — Владыка многозначительно замолчал, давая мне возможность ответить. А я прикрыла глаза, вдыхая позабытый запах полной грудью, пытаясь разобраться: что мне вообще надо?! Так заманчиво было вновь окунуться в эти отношения, получить возможность говорить королю «мой», владеть им безраздельно. И пусть на время, но… К чему тогда я вообще уходила? Давние аргументы теперь подкреплялись еще одним, но, как оказалось, самым весомым — Глиннаэль. Я вдруг с отчетливой ясностью поняла, что не хочу его оставлять. Даже ради Трандуила. Открыв глаза, я посмотрела на мужчину, и он все понял, мягко и чуть грустно улыбнувшись.
— Поцелуй меня, — я знала, что он не откажет мне в этой просьбе, покорно прикрывая глаза и приоткрыв губы. Эти касания, знающие, уверенные, умелый язык, захвативший в плен, ладони, сжавшие мое лицо… Я стояла не шевелясь, только губы отвечали ему, отвечали, не пытаясь, впрочем, поддаться. Не пробегало больше по телу волшебного тока, не подгибались колени, не разливалось желание. Последние легкие поцелуи вспорхнули по губам и улетели. Легка прохлада ветерка коснулась пылающего лица. Я отступила на шаг, почти сливаясь с окружающими нас тенями.
— Не надо ничего говорить, — шепот слился с шелестом листвы, и я ушла. Чувство небывалой легкости и светлой грусти заполняло все существо. Казалось, еще немного и я взлечу. Я еще долго бродила по парку, по улочкам спящего города, наслаждаясь этим чувством, привыкая к нему. Небо начало светлеть далеко на востоке, у острых зубцов гор, когда я наконец дошла до дома. Странно, но окно нашей спальни еще горело. Я улыбнулась: наверное, Глиннаэль прождал всю ночь. Захотелось обнять его крепко-крепко и никогда больше не отпускать. Почти взлетев по лестнице, я распахнула дверь и остановилась, недоуменно разглядывая комнату. Она была пуста. Разобранная кровать стояла нетронутой, лишь на моей подушке что-то лежало. Осторожно подойдя, я наклонилась и подняла предмет. Сердце болезненно сжалось, разлившись горечью в груди: на ладони лежали два тонких серебряных кольца, перевязанные зеленой лентой. Глиннаэль ушел.
Страница 68 из 83
