Фандом: Средиземье Толкина. Аля уже собралась тихо-мирно побродить по Средиземью, но не тут-то было… Женечка решила по-другому, да и Трандуил внес свою лепту.
291 мин, 5 сек 16219
— Идем, — вздохнул, смирившись, Глиннаэль, встречаясь с моим умоляющим взглядом. Сидеть дома и устраивать непонятные разборки совершенно не хотелось. А вот погулять с друзьями, скорее всего в последний раз в таком составе, было очень даже заманчиво.
Я глухо застонала, переворачиваясь на другой бок, и уперлась в плечо Глиннаэля. Приоткрыв глаза, я сощурилась от яркого солнечного луча, который, кстати, и разбудил меня, нахально гуляя по лицу. Приподнявшись на локте, я обвела эльфа придирчивым взглядом: он спал на животе, полностью обнаженный. Заглянув под одеяло и убедившись, что я далеко от него не ушла, я оглянулась, отмечая хаос, царивший в комнате: одежда, разбросанная по полу и мебели, красноречиво намекала на бурное продолжение сегодняшней ночи (или утра… Кажется, мы помирились. Откинувшись на подушку, я прислушалась к себе, пытаясь понять, что болит. Странно, но вчерашние возлияния не оставили и следа. Голова не болела, только очень хотелось пить. Утолив жажду, я завернулась в халат и побрела вниз. В гостиной было пусто, только на столе остывал накрытый завтрак. Выглянув в окно, я прищурилась, пытаясь примерно определить время: судя по всему, было далеко за полдень. Мда, вот это погуляли… Последнее, что я помнила из вчерашней ночи, — одобрительные выкрики Гимли в адрес танцующих на подиуме пышнотелых дам да Ири, отвесившую увесистую затрещину возлюбленному…
Остаток дня прошел в приведении себя в порядок и подборе одежды на завтрашний праздник. Тема отъезда больше не поднималась, что не могло меня не радовать. Ну в самом деле, всего неделя и мы снова будем в лесу, по которому я, к слову, уже начала скучать. Тем более Женечка и гномы собирались ехать с нами, посмотреть, как мы устроились. Девушка все пыталась уговорить меня приехать на ее свадьбу, но мне было боязно подходить сейчас к Глиннаэлю с такой просьбой. Хотя сама поездка меня не пугала: кажется, я начала привыкать к расстояниям, которые стоило преодолеть, чтобы просто съездить в гости…
Утро выдалось особенно ясным и чистым. Мы стояли у Белого Древа, слушая клятвы, приносимые молодоженами, и в глазах почему-то щипало от неясного светлого чувства. Фарамир и Эовин не сводили друг с друга глаз, даже завсегда суровый Боромир смотрел на жену с трепетной нежностью. Будто и не он еще сутки назад кутил с друзьями, щипая за выпирающие округлости доступных девушек.
Если мне и казалось, что удивить праздником более невозможно, то я жестоко ошибалась. Три дня непрерывных пиров, последовавшие за свадебной церемонией, валили с ног самых крепких воинов. Мятная настойка, тайком кочевавшая из рук в руки, делала нас героями этих дней. На нас с уважением смотрели мужчины и поджимали губы, качая головой, женщины. А нам было все равно! Магда, Ири, друзья из Братства, Глиннаэль, да и все эльфы и гномы не уставали удивлять крепостью своего организма. Кажется, когда мы уедем, о нас сложат песни и легенды! Иногда мне становилось жалко Арагорна, который в силу своего положения не мог предаваться веселью так же, как и мы. Он сидел во главе стола или же на троне, учтиво беседуя с гостями, или танцевал с Арвен, но иногда мы ловили его тоскливый взгляд, направленный в нашу сторону.
Сегодня Леголасу каким-то одному ему известным образом удалось отпросить друга у Арвен, и теперь мы засели в дворцовом парке, разбитом у стен Цитадели самим лихолесским принцем. Деревья едва ли напоминали те тоненькие саженцы, что были привезены несколько недель назад. Они гордо поднимали свои густые кроны вверх, в ночное небо, тихо шелестя на ветру. Пышные цветы в клумбах осыпали лепестки на каменные дорожки, а беседки оплетали фуксии и скрывали пышные кусты гортензий. В одной из таких белокаменных беседок мы и расположились. Из Братства не получилось прийти только Женечке: она или не захотела, или не смогла прийти. Но никто из нас так и не удосужился узнать причину. Глиннаэль и Ири тоже остались дома, поняв, что нам хочется посидеть самим перед отъездом. Да, мы уезжали уже послезавтра. Пока что все, кроме Боромира и Арагорна, в Итилиен. А потом кто куда. Было немного грустно, но верить, что это последняя встреча, не хотелось. Все слова давно были сказаны, воспоминания о походе сменились тихой задумчивостью.
Я глухо застонала, переворачиваясь на другой бок, и уперлась в плечо Глиннаэля. Приоткрыв глаза, я сощурилась от яркого солнечного луча, который, кстати, и разбудил меня, нахально гуляя по лицу. Приподнявшись на локте, я обвела эльфа придирчивым взглядом: он спал на животе, полностью обнаженный. Заглянув под одеяло и убедившись, что я далеко от него не ушла, я оглянулась, отмечая хаос, царивший в комнате: одежда, разбросанная по полу и мебели, красноречиво намекала на бурное продолжение сегодняшней ночи (или утра… Кажется, мы помирились. Откинувшись на подушку, я прислушалась к себе, пытаясь понять, что болит. Странно, но вчерашние возлияния не оставили и следа. Голова не болела, только очень хотелось пить. Утолив жажду, я завернулась в халат и побрела вниз. В гостиной было пусто, только на столе остывал накрытый завтрак. Выглянув в окно, я прищурилась, пытаясь примерно определить время: судя по всему, было далеко за полдень. Мда, вот это погуляли… Последнее, что я помнила из вчерашней ночи, — одобрительные выкрики Гимли в адрес танцующих на подиуме пышнотелых дам да Ири, отвесившую увесистую затрещину возлюбленному…
Остаток дня прошел в приведении себя в порядок и подборе одежды на завтрашний праздник. Тема отъезда больше не поднималась, что не могло меня не радовать. Ну в самом деле, всего неделя и мы снова будем в лесу, по которому я, к слову, уже начала скучать. Тем более Женечка и гномы собирались ехать с нами, посмотреть, как мы устроились. Девушка все пыталась уговорить меня приехать на ее свадьбу, но мне было боязно подходить сейчас к Глиннаэлю с такой просьбой. Хотя сама поездка меня не пугала: кажется, я начала привыкать к расстояниям, которые стоило преодолеть, чтобы просто съездить в гости…
Утро выдалось особенно ясным и чистым. Мы стояли у Белого Древа, слушая клятвы, приносимые молодоженами, и в глазах почему-то щипало от неясного светлого чувства. Фарамир и Эовин не сводили друг с друга глаз, даже завсегда суровый Боромир смотрел на жену с трепетной нежностью. Будто и не он еще сутки назад кутил с друзьями, щипая за выпирающие округлости доступных девушек.
Если мне и казалось, что удивить праздником более невозможно, то я жестоко ошибалась. Три дня непрерывных пиров, последовавшие за свадебной церемонией, валили с ног самых крепких воинов. Мятная настойка, тайком кочевавшая из рук в руки, делала нас героями этих дней. На нас с уважением смотрели мужчины и поджимали губы, качая головой, женщины. А нам было все равно! Магда, Ири, друзья из Братства, Глиннаэль, да и все эльфы и гномы не уставали удивлять крепостью своего организма. Кажется, когда мы уедем, о нас сложат песни и легенды! Иногда мне становилось жалко Арагорна, который в силу своего положения не мог предаваться веселью так же, как и мы. Он сидел во главе стола или же на троне, учтиво беседуя с гостями, или танцевал с Арвен, но иногда мы ловили его тоскливый взгляд, направленный в нашу сторону.
Сегодня Леголасу каким-то одному ему известным образом удалось отпросить друга у Арвен, и теперь мы засели в дворцовом парке, разбитом у стен Цитадели самим лихолесским принцем. Деревья едва ли напоминали те тоненькие саженцы, что были привезены несколько недель назад. Они гордо поднимали свои густые кроны вверх, в ночное небо, тихо шелестя на ветру. Пышные цветы в клумбах осыпали лепестки на каменные дорожки, а беседки оплетали фуксии и скрывали пышные кусты гортензий. В одной из таких белокаменных беседок мы и расположились. Из Братства не получилось прийти только Женечке: она или не захотела, или не смогла прийти. Но никто из нас так и не удосужился узнать причину. Глиннаэль и Ири тоже остались дома, поняв, что нам хочется посидеть самим перед отъездом. Да, мы уезжали уже послезавтра. Пока что все, кроме Боромира и Арагорна, в Итилиен. А потом кто куда. Было немного грустно, но верить, что это последняя встреча, не хотелось. Все слова давно были сказаны, воспоминания о походе сменились тихой задумчивостью.
Страница 67 из 83
