Вторая часть Мерлезонского балета

Винограда мне привезли от души. Две огромные бочки: одна полная душистых янтарных гроздей, светящихся на солнце, вторая — с темным виноградом, пахнувшим терпко и сладко. Я уже десять минут ходила вокруг них, не зная, с чего начать. Две деревянные лохани давно ждали своего часа: одна стояла на столе, а вторая на лавке. Соединял их длинный желобок, ведущий из верхней чаши. Оставалось выбрать, с какого винограда лучше начинать. Решившись, я принялась перекладывать белые гроздья, изредка отщипывая от них плоды и отправляя в рот. Они лопались, едва оказывались в моих руках, и очень скоро пальцы стали липкими, волосинки, норовившие залезть в рот, облепили щеки, пропитавшись сладким соком. Наполнив чашу до половины, я подобрала платье и залезла внутрь, осторожно топча податливый виноград и чувствуя, как кружится голова от непередаваемого аромата.

— Не думал, что ты так любишь виноград, — тихий голос за спиной заставил испуганно подпрыгнуть. Сок брызнул в стороны, попадая на серый камзол стоявшего рядом эльфа. Сердце ухнуло в груди, и кровь побежала быстро-быстро, приливая к щекам. Захотелось улыбнуться. Широко и искренне, с готовностью ныряя в серые озера. Захотелось обнять и вжаться носом в шею, сильно-сильно, до боли. Но вместо этого я посмотрела сверху вниз, чуть приподняв бровь и процедила:

— А я его и не люблю. Потому и топчу, — в подтверждение этих слов я сделала несколько шагов, чувствуя, как скользят гладкие ягоды между пальцев. Непонятная злоба накатила следом за радостью, выдергивая из памяти горькую незаслуженную обиду. Сочувствующие взгляды друзей, одинокие ночи, проведенные в слезах. Явился тут, весь из себя, стоит, смотрит исподлобья, будто я что-то ужасное сотворила.

— Я уже понял, что ты легко топчешь то, что не любишь, — тихо произнес Глиннаэль, пристально глядя на меня. Солнце пробежало по волосам, путаясь в них, и я едва удержалась, чтобы не убрать знакомую непослушную прядку. Но обида снова взяла свое, не позволяя идти навстречу.

— Как погода в Лихолесье? — я повернулась к нему спиной, тщательно втаптывая ягоды. Первый сок потек по желобку, с жалобным звоном падая на дно чана.

— Я думал, что ты должна знать об этом лучше меня, — с заминкой в голосе ответил эльф.

— Как я могу знать об этом, если я здесь? — недоуменно посмотрела я на Глиннаэля через плечо. Вот он, стоит так близко, только руку протяни…

— Разве ты не собиралась отправиться туда вместе с… Его Величеством? — горько поджал губы мужчина.

— При чем здесь вообще Трандуил? — я нахмурилась. — Я и не видела его толком. Зачем мне с ним ехать?

— Только не надо сейчас вести себя, как невинная эллет, — зло усмехнулся Глиннаэль, обводя меня красноречивым взглядом. — Уж чего-чего, а этого у тебя давно нет. Как не было и смелости сказать, что ты не хочешь быть со мной.

— Я все еще не могу понять, к чему ты ведешь, — я повернулась к эльфу, — вопрос о моих отношениях с королем тебя не касается и касаться не должен. Это было в прошлом. К тому же это ты ушел, а не я.

— Я ушел, потому что понял, что не мне тягаться с таким соперником, — повысил голос Глиннаэль. — Не мне переходить дорогу своему королю.

— Да что ты заладил-то со своим королем! — я возмущенно топнула ногой, не обращая внимания на веер брызг. — Мы с ним еще в Лихолесье решили, что… Да я даже обсуждать с тобой это не собираюсь!

— Так хорошо решили, что целовались, будто молодожены после свадьбы, — прошипел эльф, сузив глаза. — Нет, я не следил за тобой. Я шел показать тебе кольца и просить тебя стать моей женой. Но когда я увидел вас там… — он прикрыл глаза, тяжело вздохнув. Когда он снова открыл их, внутри плескалась такая боль, что я невольно отшатнулась.

— Мы просто попрощались, — залепетала я, понимая, как жалко и глупо выглядят сейчас мои оправдания. — Ничего не было.

— Как я могу верить тебе после того, что видел? — горько спросил Глиннаэль. — Разве могу я быть уверен, что всякий раз, когда мы будем приезжать в Лихолесье, ты не будешь так с ним прощаться?

— То есть ты считаешь, что я буду прыгать на Трандуила всякий раз, стоит мне его увидеть? — я почувствовала, как начинаю закипать, а всякое раскаяние выжигает злость. — По-твоему, я настолько легкомысленна?!

— Я не знаю, что мне думать теперь, Аля! — воскликнул Глиннаэль. — Там дворец, там слуги, там роскошь, которая, как я видел в Минас Тирите, тебе более чем по душе. Там король, в конце концов!

— Действительно, там король! — едко крикнула я, чувствуя, как в глазах закипают злые слезы. — Надо было оставаться с ним, а не ждать тебя, как дурочка, уезжать вместе с ним в дворец! Он, по крайней мере, не бегает от своей женщины!

— Думаю, он с радостью примет тебя, стоит написать ему письмо! — Глиннаэль отступил на шаг, смерив меня презрительным взглядом. — Даже охрану пришлет драгоценной любовнице!