Фандом: Гарри Поттер. В бескрайнем море ненависти и разочарования выжить почти невозможно — и каждый цепляется за какой-то кусочек души, который ещё не тронут этой ржавчиной. У кого-то таким спасительным якорем становится долг, у кого-то преданность друзьям, у кого-то попытка исправить собственные ошибки. И за этот последний осколок не жаль и погибнуть — на войне как на войне. Однако на любой войне нужны союзники — а жизнь, как завзятый шулер, порой выбрасывает такие комбинации, что разобраться, кто оказался рядом, совсем непросто. Даже если ты сам вполне опытный игрок. Братья Лестрейндж и Северус Снейп, семикурсник Невилл Лонгботтом и его друзья и недруги — и один Хогвартс на всех, ставший внезапно слишком тесным.
Драко выскочил на главную лестницу, так и не решив, куда лучше бежать — вверх или вниз, и наткнулся сразу на двух человек. Перепрыгивающий через три ступеньки и спешащий с нижнего этажа Рабастан — и сломя голову летящий сверху Лонгботтом.
— Что там? — не сговариваясь, заорали оба.
— Белла, — выдохнул Драко, и только тут почувствовал, что левая рука как-то странно повисла и слушается неважно — видать, его всё же задело. — Бьётся с Тонкс. Там завал, не пройти.
Неужели они прибежали на шум? И откуда у Рабастана метла?
— Сидеть здесь! — рявкнул тот, на ходу вышибая кусок наружной стены чем-то вроде направленной Бомбарды и пропадая в открывшейся прорехе.
— Сэр! Что с вами, сэр, очнитесь! — Родольфус разлепил глаза. Прямо на него смотрели два совершенно одинаковых девичьих лица, и он не сразу сообразил, что происходит. А, сёстры Патил. Вот так и сходят с ума.
Слабость почти отступила — во всяком случае, руки уже не дрожали. Интересно, сколько же он провалялся?
— Что вы тут делаете? — отрывисто и хрипловато спросил он. — Кто вам позволил покинуть своё место?
— Мы… мы хотели помочь… — растерянно отозвалась одна из девчонок. — Там кто-то сотворил Адское пламя, а сбоку… ой! Это были вы?
— Какая разница, — Родольфус поднялся на ноги — его слегка пошатывало, но голова кружиться перестала. Да, знатно выпотрошился — давно так не было. — А ну марш обратно! Кто ещё с вами спустился?
— Симус. Симус Финниган, — уточнила Парвати. — Но он уже где-то там, снаружи.
— Возвращайтесь, — тоном, не терпящим возражений, скомандовал Лестрейндж. — Я постараюсь его найти и отправить обратно — нечего ему там делать.
И сделал несколько шагов за дверь. Судя по крикам и вспышкам, за пределами двора и впрямь было жарко; Лестрейнджу даже показалось, что дела у защитников идут неважно. Видимо, их сильно теснили, и основная схватка шла уже под самыми стенами замка. Но далеко отойти от входа он не успел.
За спиной послышался дружный вскрик обеих сестёр, какие-то ответные выкрики, и Лестрейндж тревожно метнулся назад.
— Вот ты-то мне и нужен.
Оглушающее Трэверса скосило бы его как сноп соломы, если бы не выставленный кем-то щит. Собственно, поблизости не было никого, кроме Парвати и Падмы, но Родольфус просто не ожидал от них ничего подобного. Рядом с Трэверсом маячил мальчишка Харпер — и по его лицу было совершенно очевидно, на чьей он стороне. Да, так и есть — с воплем «сейчас припомню вам дуэльный клуб!» мальчишка ударил довольно резкой серией оглушающих, и одна из сестёр с трудом увернулась — рикошет сбил воткнутый возле входа факел. А со стороны лестницы уже бежал кто-то ещё — и, судя по силуэту, этот кто-то был явно не школьник.
Паршиво.
Родольфус сдублировал щит на себя и девчонок, веером рассыпал два-три режущих подряд — кажется, Харпера полоснуло по лодыжке: он взвыл и завертелся волчком, — и попытался выпустить связывающие верёвки на Трэверса. Куда там — зелье Снейпа поставило на ноги, но обычная скорость пока не вернулась, и противник даже не стал утруждаться щитом, просто срезав заклятие контрударом.
— Стареешь, Родольфус, — съязвил Трэверс, вновь делая выпад. — Да ещё и девками прикрываешься, падаль.
Отвечать не было ни сил, ни желания. Только бы вывести сестёр из-пол удара — но разъярённый, хоть и прихрамывающий Харпер не давал им возможности сдвинуться ни на шаг. А отвлечься на паршивца не было шанса — Трэверс был серьёзным бойцом.
Видимо, одной из девчонок тоже пришла в голову мысль, что неплохо бы выскользнуть в сторону: оттуда было удобнее нападать, да и позвать кого-нибудь при случае можно — в конце уходящего коридора, за поворотом, тоже были выставлены посты — но Трэверс вмиг уловил это движение. Стой, девочка, ты же выпадешь из-под щита! Но как жаль, что они стоят так плотно и любое смертельное заклинание легко может попасть не в ту цель…
— Ку-уда, — кровожадно пропел Трэверс, почти молниеносно выбрасывая левую руку, и подсечка снесла девушку с ног — щит или не выдержал, или она и впрямь выпала из поля действия. — Мы ещё не закончили. Следи за ней, Харпер, ну!
— Вставай, Парвати!
Та, что ещё оставалась на ногах, вновь поставила щит, — а Родольфус постарался отвлечь на себя Трэверса, выпустив оглушающее и нырнув вперёд, намереваясь просто двинуть ему под дых. Одновременно с этим Парвати перекатилась вбок и напала сама — на щеке Трэверса расцвела алая полоса от её режущего.
— Ах ты сука! — и, уходя от летящего на него Родольфуса, тот ударил двумя заклятьями подряд — видимо, его окончательно взбесила эта неудачная стычка. Родольфус знал это заклинание — оно было любимым у Трэверса. Мучительным и смертельным — не чета милосердной Аваде.
Одна смерть — та, что предназначалась Лестрейнджу — чиркнула по дверному косяку и погасла. А вторая нашла цель.
— Парвати!
Родольфус всё же сбил Трэверса с ног, и они прокатились по полу несколько футов; вскакивая на ноги первым, Родольфус уже знал, как отплатит — но опять не успел.
— Авада Кедавра!