Вырождение

— Так, харэ распускать сопли! — рявкнул Святой во время встречи на проспекте Ленина. — Тебе напомнить наш девиз?

— Я помню, — Кустов махнул рукой и откупорил банку энергетика.

Он подумал о Даше. Все прочие девушки, их тела, поцелуи и ласки казались искусственными. «Адовы вечеринки» создавали эффект просмотра фильма 5Д — вроде и реальные ощущения, но все равно это лишь кино.

— И не надо винить себя в смерти Влада! — продолжил басом наседать Святой. Его наспех приглаженная светло-русая грива распушилась и разбухла подобно стогу сена на ветру. — Хватит с нас и твоей шлюшки.

Кустов промолчал. Споры и драки не помогут вернуть брата и не заставят очнуться Дашу. Как не помогут и сотни забав. Сотни литров пива, часов секса и простреленных черепов. Но шоу должно продолжаться — Эрнест это понимал. Никто из байкеров не верил в чудодейственные вакцины и прочие сказки. Их молодые годы, мотоциклы и дробовики — вот и все, что у них осталось и ради чего еще стоило пожить. Четкие планы на будущее не входили в список. И неспроста — вирус, помимо всех прочих бед, так же сокращал продолжительность жизни большинства людей.

— Эй, смотрите, еще один полудохлый жмурик в центре города, — Крик улыбнулся и дулом дробовика показал на ковыляющее по тротуару тело. В полумраке летнего вечера лишь тусклое освещение от мутных фонарей площади освещало противоположный тротуар.

— Может, пьянчуга? — предположил Эрнест.

Святой спрыгнул с зеленого «кавасаки» и взял тело на прицел.

— Назови свое имя! — крикнул он.

Ответа не последовало. Молчание в таких случаях приравнивалось к добровольному согласию на окончательное умертвление. Святой уже намеревался нажать на спусковой крючок, как ковыляющий остановился и что-то прохрипел.

— Что-что? Не расслышал тебя, — байкер продолжал держать объект на прицеле.

Хрипение повторилось, в это раз чуть более отчетливо, но недостаточно.

— По-моему, он сказал «Виктор», — предположил Крик.

— А по-моему, ни хрена он не сказал, — Святой выстрелил на удивление не так метко, как обычно — снес всего полголовы.

Тело обмякло и распласталось на асфальте. Дальнейшая проверка подтвердила — Святой подстрелил скорее живого, чем мертвого человека. Гниение тканей еще не началось, хотя одежда на нем провоняла мертвечиной как у зомби со стажем. Очевидно, он бомжевал и питался падалью.

— В любом случае, этот кусок плоти был не жильцом, — заключил Святой и убрал оружие.

— Как и все мы, — напомнил ему Эрнест.

Они вернулись к мотоциклам. Святой спокойно закурил. Он даже не думал уносить ноги. В эпоху апокалипсиса убить человека на центральной улице значило не больше, чем справить нужду в том же самом месте — некрасиво, убого, но допустимо, если припрет. Пока труп обнаружат и исследуют, пройдет не меньше целой ночи. При этом вряд ли кто-то решится проводить расследование убийства полумертвого бомжа.

— Мне все же не дает покоя, — сказал Кустов, — как мой брат добрался спустя неделю до больницы?

— Наверно, не все мозги вытекли после аварии на мостовой, — Святой пригладил волосы. — Он знал куда идти.

— Но почему он не связался с нами? — не успокаивался Эрнест. — Со мной.

— Ладно, это пройденное, — вмешался Крик. — Давайте лучше поговорим о нашем плане. Надеюсь, никто не сдрейфит в последний момент? — он внимательно посмотрел на каждого из друзей.

— Конечно, нет! — оскорбился Святой. — Завтра вечером мы едем в Угодья и вырываемся из Вольера. О чем тут вообще говорить?

Кустов промолчал, хотя в успехе и разумности их плана он сомневался с каждым днем все больше. Ну, даже если допустить тот вариант, что никакой мировой эпидемии нет, и все происходит в экспериментальных целях лишь в рамках одного города, который они именовали Вольером, то разве позволят кому-нибудь из подопытных крыс выбраться наружу? Не зря же ведь по всему периметру Стены, отделяющей город и пригород от соседних районов, размещены автоматические системы поражения целей. Они стреляли по всему, что движется, будь то живой человек, мертвец или зомби. Каждый разумный житель знал, что подходить к Стене равноценно самоубийству.

По официальной версии такие меры продиктованы соблюдением единых правил безопасности муниципальных образований и самостоятельных территорий. Но все официальные версии выползали из телеэкранов и динамиков радиоприемников. Интернет выдавал ту же информацию, но, по мнению Святого, то был комбикорм для скота, которым кормили жителей Вольера. Реальную картину никто не знал. Может, эпидемия и впрямь имеет планетарный размах. Или же кто-то оградил город Стеной и превратил его в испытательный полигон сверхнового бактериологического оружия. В таком случае, среди жителей наверняка присутствовали подсадные утки, наблюдатели. Во многом по причине подобных подозрений члены Банды ни с кем не делились своими догадками. Эрнест нарушил негласный устав, рассказав обо всем Даше. Ее реакция оказалась предсказуемой:

— Ой, да ты не первый, от кого я слышу о теории заговора и тому подобном, — она махнула рукой и потеряла к теме интерес.