Взаимопомощь

— Ну… после смерти отца я сильно переживала его гибель. Я не могла с ней смирится. Тогда я не ходила в институт и сидела дома и выходила оттуда тогда, когда надо было выгуливать Сема, а в основном сидела дома и рыдала. Мне тогда, — «да и сейчас» решила не добавлять, потому что не хочет жаловаться. — Было очень плохо и больно, казалось, душа разрывается на части и эту боль я не могла ослабить, даже уходя в запой. Потом, когда я более менее отошла от запоя, мне пришла в голову одна единственная мысль — совершить самоубийство. Казалось, это, единственным выходом и освобождением от душевных терзаний. Меня навещали соседи раза два в неделю и наблюдали за мной, а потом, как я внезапно перестала рыдать. Они приносили продукты, пытались успокоить, но я знала, что это лишь показуха. Их просто приставили ко мне, чтоб дел не натворила. Я выучила дни их прихода и, когда их приход не приходился на тот день, когда я решила убить себя — наполнила по-быстрому ванну горячей водой, легла туда и сделала несколько паралеллных моей руке порезов, — показала еле заметные тонкие бледно-розовые полосы на руках. -И тогда эти скотины решили приперется, и, увидев меня, стали быстро вытаскивать из ванны. Я, потеряв достаточное количество крови, тогда была на редкость активная и вырвалась из их рук. Они прибежали за мной в гостиную, пытаясь схватить, но я швыряла в них различные вещи и орала что-то невразумительное, — еще один тяжелый вздох. — Я не заметила, как соседка подобралась ко мне и схватила за руки, я вырывалась, а сосед вызвал скорую. Врач вколол мне успокоительное и увез в больницу, где я провела несколько дней, находясь под успокоительным. Потом мне его прописали и я в течении нескольких месяцев, если были приступы гнева, ПА (паническая атака), быстро колола их себе. Это помогало. Но не всегда. Все. Ну, ты получил, что хотел? — все-таки взглянула на Джека, у которого было на редкость сосредоточенное лицо.

— А твоя мать?…

— Она? — внезапно хмыкнула. — Ее сбила машина, и мать скончалась в больнице. Она была не более, чем биологическая мать. Она все время где-то шлялась, не уделяя мне и отцу внимания. По ее поводу я не переживала. Переживала я исключительно из-за отца, хотя знала, что и из-за матери переживать нужно было. Но она не давала основания и причин для этого. А что? — Джесс взглянула в глаза парня. В две черные бездны, которые не пугали, а наоборот — притягивали. Их обладатель, как показалось Менсон, смотрел на нее с какой-то странной эмоцией на лице, отдаленно напоминающую грусть. Внутренне дизайнерша дала себе смачную пощечину. Ей просто показалось, это все игры воспаленного воображения.

Найрас же смотрел в глаза девушки и, почему-то, сочувствовал. Он не знал почему, но сочувствовал. Отец, мать… Такие знакомые слова и люди, которых ими называют. Но он забыл этих людей. Движимый жаждой мести он позабыл, зачем и почему он начал убивать. Он забыл того человека, который добил его морально, смертью родителей, того, кто пробудил в нем убийцу-каннибала. Все было в тумане, Джек помнил, как убивал, помнил, как с наслаждением наблюдал за страданиями людей, помнил, как с упоением и смаком поедал склизкие окровавленные почки, как кровь стекала по подбородку, как острые зубы вонзались в мясо. Все это помнил, а вот, как получилось — нет.

Частичное Беспамятство.

Идиллию тишины разбил собачий лай, доносящийся с кухни. Джесс встала с пола, отрывая взгляд от апатичного парня, и пошла вниз, дабы накормить ненасытное животное. Насыпала корм, а затем поставила закипать чайник, достала чашку, затем крикнув:

— Джек, кофе будешь? — в ответ молчание. Пожав плечами, Менсон все равно достала еще одну и насыпала в обе посудины по ложке заварки. Ну, если, не будет, она сама выпьет. Вода вскипела, и девушка взяла чайник, поочередно наливая кипяток в чашки. В свою насыпала сахар, а вторую оставила нетронутой и как раз кстати, потому что Джек спустился вниз, сел на стул и начал под хруст собачьего корма пить черный кофе. Этот ритуал с Джесс и собакой у них стал обыденным и ни дня без него не проходило. Потому что кофе — потрясающая вещь.

Знакомство

Гуляя с Эмбер и собаками, Джесс иногда поглядывала в сторону дома, порываясь туда вернуться. Она знала почему, но не хотела этого признавать.