В повседневной жизни мы часто сталкиваемся с проблемами, не важно с какими, большими, или маленькими, ведь скорее всего мы находим решение им. Никто не застрахован от проблем, даже самый влиятельный человек на земле, у которого как бы казалось всё ползают под ногами, может смертельно заболеть. Всё встают лицом к лицу с проблемами, но вы когда-нибудь пытались спастись от страшных, никого не щадящих, и словно сбежавших из преисподнии чудищ? А наши героини всё таки… попытались.
187 мин, 23 сек 16789
Очень давно около леса решила поселиться молодая женатая пара. Муж отстроил настолько большой дом, насколько позволяли их финансы, и по зиме уже все было готово. Они заселились в маленький и уютный одноэтажный домик с чердаком. Строение было до жути простое: вход с большим крыльцом, немалый зал, служивший и гостиной и кухней, маленький коридор и единственная спальня, спальня молодоженов. Женщина была бесплодна, но мужчина, по-настоящему полюбивший ее, не ушел, и поэтому им не нужны были дополнительные спальни. Ну, а в зале на потолке открывалась крышка с выдвигающейся лестницей, которая вела на чердак.
Мужчина устроился механиком на скотобойню, чтобы чинить ленты, конвейеры и прочие машины. Работа была прибыльной, так как если что-то ломалось, производство сразу же останавливалось, и без мастера никак. Женщина же вязала вещи, пекла хлеб и прочую сдобу, а потом все продавала.
Но счастье не всегда длилось долго. В один будничный день мужчина по вызову пошел на работу (нет, он не проститутка) чинить какой-то конвейер, который по идее отсортировывал тушки животных, и перемалывает ненужные части тел на фарш. Без этого никак, ведь работа всего производства встанет, если главная машина будет сломана. Когда мужчина пришел по вызову на работу, он осмотрел конвейер, и причиной оказалась стольная палка, застрявшая в огромных шестернях агрегата. Делать было нечего, раз мужчина приехал чинить, то надо выполнить свою работу. Арматуру было действительно тяжело достать, и шестеренки ни в какую не хотели совершать какие-либо обороты. Выход был всего один — ослабить верхнюю шестеренку, вытащить железку, и вернуть все как было.
Его на тросах спустили к зубчатому колесу, и мужчина стал ослаблять огромный болт, держащий шестеренку. Чем слабее было напряжение на колесе, тем протяжней и ужасней исходил скрип от арматуры. Ослабить и опустить колесо было намного сложнее, чем чинить конвейерную ленту, у которой вылетали барабаны. Оно и понятно, что шестерня была больше самого мужчины.
Так, к чему я веду, арматура сразу же вылетела из пут шестеренок и отлетела в сторону, а вот мужчину затянуло в колеса. Он еще был жив, когда крутился между колес, но после карусели его выкинуло на ленту, по которой его уже бездыханное тело поехало прямиком в мясорубку. Никто не видел, как это произошло, но все слышали эти истошные, режущие уши мужские крики. Много людей тогда туда сбежалось, все видели окровавленную ленту с шестеренками, и человеческий фарш на выходе из трубы.
Узнав о смерти, да и о такой ужасной, жена этого мужчины сошла с ума. Ведь он был единственным человеком, который действительно полюбил ее настоящую. Ему не нужны были дети, ему нужна была она, искренняя и прекрасная.
Летели года, женщина так и не смирилась с его смертью. Много бессонных ночей было, она долго плакала и скорбела. Первое время женщина находилась в отчаянии, ей никто не помогал, потому как они жили довольно далеко от цивилизации, и людей особо не повстречаешь. Много инвесторов с застройщиками пытались выкупить ее участок земли, но очень часто были не удовлетворены ответом старушки, какой потом она стала. А иногда доходило и до такого абсурда, что несчастная женщина начинала палить по ним из ружья умершего мужа.
Землю так и не выкупили, а старушку решили оставить в покое. Когда случился пожар, эта женщина спокойно приняла свой конец. Она сидела в кресле-качалке и мечтательно вспоминала свою прошлую жизнь, отдаваясь в костлявые руки смерти. Огонь уже вовсю разгорелся, хлеща языками пламени обшивку дома. Старая женщина отключилась, когда газ заполнил ее легкие, а сердце, не выдержавшее такой нагрузки, остановило свою работу, словно конвейер на заводе. Тело старушки обмякло, мышцы расслабились, она съехала по спинке кресла вниз, а потом и вовсе упала на пол. Последняя слеза скатилась по ее щеке, и огонь полностью поглотил женщину. Самое странное, что произошло после пожара, так это то, что тело и даже кости старушки никто не нашел, да и дом не так сильно горел, чтобы забрать с собой все без остатка.
Анна заходит глубже в этот дом, не зная о такой печальной истории. Вытерев об штаны свою руку, на которой отпечаталась копоть с дверной железной ручки, она проходит дальше. В доме было темно, но и достаточно светло, чтобы что-то увидеть. Девушка осторожно приближается к старой обугленной тумбочке, и находит перевернутую вниз рамку с фотографией. Вся эта тьма и обстановка этого дома наводят на нее ужас и панику. Ей хочется уйти прочь, покинуть это место и никогда больше к нему не приближаться, но девушка понимает, что если выйдет, будет велика вероятность того, что ее в скором времени найдут.
POV Анна.
Этот дом просто ужасен, слишком много негативной энергии. Пф-ф… Не надо быть экстрасенсом, чтобы понять, что здесь все слишком плохо. Чем дальше проходишь в дом, тем страшнее становится. Ох, плохое у меня предчувствие.
Мужчина устроился механиком на скотобойню, чтобы чинить ленты, конвейеры и прочие машины. Работа была прибыльной, так как если что-то ломалось, производство сразу же останавливалось, и без мастера никак. Женщина же вязала вещи, пекла хлеб и прочую сдобу, а потом все продавала.
Но счастье не всегда длилось долго. В один будничный день мужчина по вызову пошел на работу (нет, он не проститутка) чинить какой-то конвейер, который по идее отсортировывал тушки животных, и перемалывает ненужные части тел на фарш. Без этого никак, ведь работа всего производства встанет, если главная машина будет сломана. Когда мужчина пришел по вызову на работу, он осмотрел конвейер, и причиной оказалась стольная палка, застрявшая в огромных шестернях агрегата. Делать было нечего, раз мужчина приехал чинить, то надо выполнить свою работу. Арматуру было действительно тяжело достать, и шестеренки ни в какую не хотели совершать какие-либо обороты. Выход был всего один — ослабить верхнюю шестеренку, вытащить железку, и вернуть все как было.
Его на тросах спустили к зубчатому колесу, и мужчина стал ослаблять огромный болт, держащий шестеренку. Чем слабее было напряжение на колесе, тем протяжней и ужасней исходил скрип от арматуры. Ослабить и опустить колесо было намного сложнее, чем чинить конвейерную ленту, у которой вылетали барабаны. Оно и понятно, что шестерня была больше самого мужчины.
Так, к чему я веду, арматура сразу же вылетела из пут шестеренок и отлетела в сторону, а вот мужчину затянуло в колеса. Он еще был жив, когда крутился между колес, но после карусели его выкинуло на ленту, по которой его уже бездыханное тело поехало прямиком в мясорубку. Никто не видел, как это произошло, но все слышали эти истошные, режущие уши мужские крики. Много людей тогда туда сбежалось, все видели окровавленную ленту с шестеренками, и человеческий фарш на выходе из трубы.
Узнав о смерти, да и о такой ужасной, жена этого мужчины сошла с ума. Ведь он был единственным человеком, который действительно полюбил ее настоящую. Ему не нужны были дети, ему нужна была она, искренняя и прекрасная.
Летели года, женщина так и не смирилась с его смертью. Много бессонных ночей было, она долго плакала и скорбела. Первое время женщина находилась в отчаянии, ей никто не помогал, потому как они жили довольно далеко от цивилизации, и людей особо не повстречаешь. Много инвесторов с застройщиками пытались выкупить ее участок земли, но очень часто были не удовлетворены ответом старушки, какой потом она стала. А иногда доходило и до такого абсурда, что несчастная женщина начинала палить по ним из ружья умершего мужа.
Землю так и не выкупили, а старушку решили оставить в покое. Когда случился пожар, эта женщина спокойно приняла свой конец. Она сидела в кресле-качалке и мечтательно вспоминала свою прошлую жизнь, отдаваясь в костлявые руки смерти. Огонь уже вовсю разгорелся, хлеща языками пламени обшивку дома. Старая женщина отключилась, когда газ заполнил ее легкие, а сердце, не выдержавшее такой нагрузки, остановило свою работу, словно конвейер на заводе. Тело старушки обмякло, мышцы расслабились, она съехала по спинке кресла вниз, а потом и вовсе упала на пол. Последняя слеза скатилась по ее щеке, и огонь полностью поглотил женщину. Самое странное, что произошло после пожара, так это то, что тело и даже кости старушки никто не нашел, да и дом не так сильно горел, чтобы забрать с собой все без остатка.
Анна заходит глубже в этот дом, не зная о такой печальной истории. Вытерев об штаны свою руку, на которой отпечаталась копоть с дверной железной ручки, она проходит дальше. В доме было темно, но и достаточно светло, чтобы что-то увидеть. Девушка осторожно приближается к старой обугленной тумбочке, и находит перевернутую вниз рамку с фотографией. Вся эта тьма и обстановка этого дома наводят на нее ужас и панику. Ей хочется уйти прочь, покинуть это место и никогда больше к нему не приближаться, но девушка понимает, что если выйдет, будет велика вероятность того, что ее в скором времени найдут.
POV Анна.
Этот дом просто ужасен, слишком много негативной энергии. Пф-ф… Не надо быть экстрасенсом, чтобы понять, что здесь все слишком плохо. Чем дальше проходишь в дом, тем страшнее становится. Ох, плохое у меня предчувствие.
Страница 43 из 48
