Я и КрипиПаста

«Если на Джеффа так действует этот препарат, то что будет с обычным человеком?» — в ужасе подумала я.

Вот, Вудса, безоружного, в белом больничном халате с завязанными назад длинными рукавами, увезли дурдом. Я не знала, где он находится, и что мне делать я что не знаю. Какой кошмар. Вдруг я обратила внимание на одну бумажку на столбе, похожую на объявление. Присмотрелась. Я В РОЗЫСКЕ! Имя неизвестно… Пожалуйста, скажите мне кто-нибудь, что всё это просто сон, просто сон. Не хочу, чтобы всё, что я вижу сейчас, было реальностью, как же я этого не хочу!

Так, надо взять себя в руки. Психушка на весь округ должна быть одна. Находиться где-нибудь в недоступном или нелюдном месте. Посмотрим, что нужно делать…

«Стащу новигатор!» — метнулась мысль.

Она показалась мне тогда самой подходящей, в сложных ситуациях я туго соображаю. Новигатора я нигде не увидела, зато увидела телефон последней модели в заднем кармане у какого-то человека.

«Действуй, Катя, не медли!»

Одним махом я доскочила до цели, сбила с ног прохожего, выхватила телефон и рванула от него подальше со словами «Простите, мне очень-очень нужно!». Я, спрятавшись в кювете возле дороги, по которой увезли Джеффа, нашла-таки в телефоне новигатор и пробила в нём адрес. Да, всё получилось! Вот только одно меня беспокоило: психбольница находилась довольно далеко от того места, где я сейчас находилась. Я туда просто не дойду. Поймать машину? Но я ж в розыске. С другой стороны, выхода у меня и нет. Я вышла на трассу и начала махать рукой.

Раз — проехала… Два — проехала… Три — проехала… Четыре — остановилась…

Это был огромный грузовик. Дверь в него мне открыл пожилой мужчина какой-то деревенской внешности.

— Куда путь держим? — весело спросил он.

Я молча показала новигатор в телефоне.

— Эт понятно! — вдруг громко сказал водитель своим подхрипловатым голосом. — Садись.

Я радостно села. Водитель закрыл дверь и мы поехали по нужному адресу.

— Теперь рассказывай, кто ты, что так одета, а в руках недешёвенький телефон? — улыбнулся водитель.

— Често, я его стащила…

— Вот это по-нашему. Где-то я тебя видел. Ты не местная?

— Нет.

— Показалось, значит. Ты знаешь, я подвожу всех, кому со мной по пути и не по пути. Я как чувствовал, что кого-то сегодня на дороге подхвачу. В конце пути я фотографируюсь со своими новыми друзьями на память…

— Боюсь, со мной сфотографии рваться не получится, иначе Вас арестуют.

— Почему? Фотографию запретили?

— Нет, — засмеялась я. — Я в розыске.

— А, так вот где я тебя видел! — водитель показал мне знакомую записку с розыском. — Это не ты ли тут?

— Я… — по телу пошла дрожь.

— Ясно, ну тогда я эту фотографию спрячу.

Видимо, я не просчиталась — этому деревенщине и правда можно доверять! Вот уже кончились последние дома, стоящие на дороге, пошёл один только лес. Ели проносились мимо и оставались позади. Чем дальше, тем страшнее. Вот, грузовик, наконец, остановился.

— Привёз прям по адресу! Ты уверена, что тебе в психушку?

— Там мой друг…

— Ага, ясно. Передавай там всем привет от Сержа, от меня, то есть.

— Хорошо.

Мы сделали фотографию, и я пошла в «место назначения». Слышала за спиной, как грузовик рванул дальше. Как же вовремя мне подвернулся этот Серж.

Я зашла в психушку через чёрный ход. Там я взяла швабру и ведро, замотала лицо своим шарфом, нашла халат, короче, притворилась уборщицей. Глупые санитары ничего не заподозрили — ну что плохого сделает уборщица? Палаты, палаты… Куда же Джеффа упекли?

«Он в одиночной палате строгого режима!» — вспомнила я.

Да, она такая одна! Я погребла шваброй в сторону этой палаты, благо, на этаже была «карта». Сквозь прутья я увидела Джеффа такого же вялого каким он был после того препарата. Но только я заметила, что он, всё-таки, начал отходить от «чудо-лекарства». Так, где Джеффри я выяснила, осталось только найти ключи.

Я пошла «убираться» по этажу. Меня заприметил один из санитаров, будь он неладен!

— Эй, уборщица! — крикнул он мне.

Я повернулась в его сторону.

— Я тебя раньше тут не видел. Ты чего шарфом лицо замотала?

— А-а… Я прыщавая.

— Надо маску больничную носить, а не шарф на лицо. Вот, бери. — санитарн, а, может, и врач, дал мне маску.

Я, взяв маску, отвернулась от него и, убрав шарф, быстро надела эту маску.

— Ты новенькая? — спросил санитар.

— Да, — вдруг я заметила связку ключей на гвозде. — Я пойду дальше работать…

— Имя-то?

— Лилиан.

Я прошла мимо связки ключей, а когда отошла — остался от них только гвоздик.

«Дурачьё,» — мысленно укоряла я работающих в этой психушке. — «Камеры поставили только в палатах, ключи повесили на самом видном месте…