Я их чувствую

Частенько были «глюки» наяву, я отчётливо вижу, что моя младшая сестра пошла в гостиную (коридоры были буквой«Г», и в конце каждого по две комнаты — прямо и на право). Так вот, я в одном конце коридора чётко вижу, при свете дня, свою младшую сестру, идущую в другой коридор. Была у нас такая ситуация — я на неё ругалась, а она от меня пряталась. Вот я иду за ней, подхожу к дверям в гостиную, стою, на косяк руку положила, в комнате никого, но я-то уверена, что видела, как она сюда зашла. Я подумала, что она спряталась за тумбу с телевизором, она там частенько пряталась (телевизоры-то были не чета нынешним; у нас «Радуга», по-моему, был, это «маленький шкафчик»), и говорю ей, чтоб не баловалась и вылезала сейчас же, иначе найду её сама и тогда уши оторву. В комнату я не заходила, стояла в дверях. А комната метров 20 была и тут с телевизора падает с грохотом декоративная железная вазочка «под китайскую». И одновременно я слышу голос сестры, которая мне отвечает из кухни, а это в противоположной стороне квартиры! Унеслась я оттуда с реактивной скоростью, когда я оказалась на кухне, мне уже было не до сестры, а она испугалась ещё больше, так как я влетела вся бледно-зелёного цвета и закрыла за собой дверь. Короче, кто тогда шёл по коридору в обличии моей младшей сестры, средь бела дня? Для меня это до сих пор загадка. В общем, много ещё всего «интересного» происходило. На толстую книгу можно написать. Потом и мама сказала, что что-то не так и много странного происходит у нас. Но потом шутила и говорила, что это домовой шалит.

Но соседи начали тоже шушукаться, что у них дома происходит какая-то ерунда, тогда это называли «барабашками». С нами, конечно, никто из взрослых это не обсуждал, дабы не пугать. Но дети обычно видят и слышат больше, чем им положено. Так мы узнали, что происходит это во всем подъезде, про другие подъезды не знаю. В общем, стали мы интересоваться и разузнавать, что это может быть, ведь истории у всех похожи. И вот однажды пошли мы с классом в краеведческий музей, город я этот знала плохо, мне было интересно, что раньше находилось на месте нашего дома. В музее я спросила об этом, мне рассказали, что город очень старый, и на том месте, где сейчас наш квартал, раньше было кладбище. Ну, это и понятно, городу-то надо было куда-то разрастаться. Но кладбище там было давным-давно, уже никто и не помнит когда, после того там был кирпичный завод, а за ним карьер, где добывали глину. Эти карьеры так и остались за домами новыми, только заросли все. Так что жили мы, по сути, на кладбище, и неважно, как давно оно там было. Многие дома у нас в стране стоят на кладбищах и на костях, но не везде такое происходит, а вот почему происходило у нас — непонятно, может, осквернили как-то, когда завод строили, а может вообще не в этом дело. Кто знает? Но после той квартиры я чувствую присутствие чего-то потустороннего, когда оно приходит, не знаю, что это — души или сущности, они не представлялись. Мы подростками гадали в той квартире, гадания получались все на «УРА», все правда. Однажды ходили с сестрой к целительнице народной лечиться (обычная женщина) и спросили о нашей квартире. Она на нас посмотрела и сказала, что мы там сильно мешаем кому-то и нас выживают, лучше там не жить, а то болеть будем, и все равно нас выживут оттуда. Потом мы уехали, и я больше никогда не была в этом городе, да и в Украине.

Но после той квартиры я всё время чувствую их, когда они приходят. Когда прихожу на кладбище к родственникам, я нахожусь, как будто, в метро или на площади где много-много народа. Но никакой опасности я не чувствую, просто присутствие и всё, и мне кажется, что им нет никакого дела до меня. У меня уже во взрослом возрасте было пару раз ощущения присутствия чего-то жуткого, страшного и безобразного. То есть, когда мне реально становилось страшно до жути. Но я быстро покидала то место или читала «Отче наш» и оно уходило, а так в основном безобидное присутствие.