24 дня назад… — Олег, взгляни, что это? — рабочий в замызганном комбинезоне дважды ударил ломом по чему-то твердому и обернулся. Его напарник охотно отбросил совковую лопату, которой грузил землю на носилки, и подошел. Постоял, наклонившись, и пожал плечами.
126 мин, 27 сек 4756
Вооружившись пластиковой вилкой и салфеткой, Дина принялась отчищать серебро. Потом промокнула перстень и снова спрятала в карман. Хотела примерить, но потом вспомнила о Лене и не решилась.
Здание уже опустело. Она выглянула в холл и помахала рукой дежурившему сегодня Тимуру, показывая, что собирается ещё поработать. Тот поднял голову от очередной книги и кивнул.
Без Жени было куда лучше — Дина могла откатываться в кресле от стола, могла беспрепятственно разгуливать по комнатушке. Даже петь могла бы. Но не хотелось.
Место для перстня нашлось в прозрачной коробочке от скрепок. Подумав, девушка спрятала её подальше, в нижний ящик стола. Теперь работать.
Она включила музыку, и придвинула клавиатуру.
Примерно час она печатала, старательно расшифровывая каракули Селиванова. Куда проще набирать текст на компьютере, чем подобные кренделя вырисовывать. С некоторых пор Дина стала понимать, что для неё самой написать пару фраз обычной ручкой стало куда проблематичнее, чем напечатать целый лист. Ну и как вот это понимать — это «выслать» или«выехать»?
В открытое окно влетел ветер, теребя пластинки сдвинутых жалюзи. Надо прикрыть дверь — сквозит. Внезапно она почувствовал, что находится в комнате не одна и, обернулась.
Девочка сидела в соседнем кресле и смотрела куда-то мимо неё.
Когда она вошла, Дина не слышала — музыка играла довольно громко. Остановив проигрыватель, девушка улыбнулась.
— Здравствуй, — весело произнесла она. Вот ведь, Тим — сидит, читает, а кроха предоставлена самой себе.
— Это мои картинки, — не ответив на приветствие, серьезно, почти обвиняющее произнесла девочка.
— Это я рисовала.
— Я знаю, — улыбнулась Дина.
— Ты их оставила на столе одной тети, и она дала мне их. Красиво нарисовано, мне очень понравилось. Ты не будешь сердиться, что я их повесила на стену?
Девочка подумала и отрицательно покачала головой.
— Не буду.
— Хочешь ещё порисовать? Или мультики посмотреть?
Дина видела среди дисков Жени пару штук — кажется, «Шрек» и«Корпорация монстров». Но малышка снова покачала головой. Потом, по-прежнему не глядя на Дину, она слезла с кресла и направилась к двери. На ней было все то же теплое платьице, башмачки и белые, скрученные на щиколотках валиками носочки. Такая забавная и такая серьезная юная особа. Дина протянула руку, чтобы погладить её по голове, но девочка уклонилась и исчезла в коридоре.
Вслушиваясь в звуки удаляющихся шагов, Дина пожала плечами — пожалуй, все-таки надо предупредить Тимура, чтобы дочкины рисунки не оставались на столах сотрудников. Но… Тут девушка задумалась. Лора сказала, что один ключ был у их начальника, а второй она забыла сдать охраннику. Так каким образом малышка попала в их комнату?
Впрочем, какая разница? Приходько мог оставить ключи у дежурного — мало ли для этого причин бывает. Вот Тим и открыл комнату, чтобы девочке было где поиграть.
Снова зашуршали жалюзи. Кажется, надвигался дождь.
Она уже сделал все, что собиралась. Пора домой.
Ира вернулась домой рано — обычно она задерживалась, чтобы закончить сводки за день, но сегодня не стала — её беспокоило то, что матери опять стало плохо. Она обещала зайти в поликлинику, но наверняка не сделает этого. Сколько Ирина помнила, мама всегда старалась перенести болезнь на ногах, и только если речь шла о гриппе, брала бюллетень, чтобы не распространять инфекцию. А тут — обычное отравление.
Войдя в подъезд, девушка не стала смотреть почту и не пошла, как обычно, пешком на четвертый этаж — сразу вызвала лифт.
К её удивлению, в квартире никого не было, только на столике белела россыпь вытряхнутых из коробки лекарств. И скомканные простыни на диване. Что случилось?!
Она выскочила на лестничную площадку и позвонила соседям. Марья Николаевна всегда в курсе того, что где произошло. Пенсионерка открыла и с порога огорошила Иру известием, что мать увезла скорая помощь.
— Сказали, подозрение на язву желудка. На эту… прободную. Мой Славка помогал её вниз на носилках спустить, она сама ходить уже не могла, криком кричала. Да ты не плачь, язва — это не смертельно, вон Сидоров из сто двадцать четвертой квартиры сколько лет с двумя язвами живет. Одна — Любка его, а вторая в желудке, и ничего, — пыталась соседка успокоить Ирину.
— Почему не позвонили, не сообщили?!
— Так это… На работе сказали — ты уже ушла, а трубка твоя не отвечала. Я сама набирала.
Ирина вытащила из кармана мобильный телефон и увидела, что он отключен — вчера забыла подзарядить.
— В какую больницу увезли? — только и могла спросить девушка.
— Я на бумажке записала, сейчас принесу.
Спустя пять минут Ирина уже мчалась в больницу.
Здание уже опустело. Она выглянула в холл и помахала рукой дежурившему сегодня Тимуру, показывая, что собирается ещё поработать. Тот поднял голову от очередной книги и кивнул.
Без Жени было куда лучше — Дина могла откатываться в кресле от стола, могла беспрепятственно разгуливать по комнатушке. Даже петь могла бы. Но не хотелось.
Место для перстня нашлось в прозрачной коробочке от скрепок. Подумав, девушка спрятала её подальше, в нижний ящик стола. Теперь работать.
Она включила музыку, и придвинула клавиатуру.
Примерно час она печатала, старательно расшифровывая каракули Селиванова. Куда проще набирать текст на компьютере, чем подобные кренделя вырисовывать. С некоторых пор Дина стала понимать, что для неё самой написать пару фраз обычной ручкой стало куда проблематичнее, чем напечатать целый лист. Ну и как вот это понимать — это «выслать» или«выехать»?
В открытое окно влетел ветер, теребя пластинки сдвинутых жалюзи. Надо прикрыть дверь — сквозит. Внезапно она почувствовал, что находится в комнате не одна и, обернулась.
Девочка сидела в соседнем кресле и смотрела куда-то мимо неё.
Когда она вошла, Дина не слышала — музыка играла довольно громко. Остановив проигрыватель, девушка улыбнулась.
— Здравствуй, — весело произнесла она. Вот ведь, Тим — сидит, читает, а кроха предоставлена самой себе.
— Это мои картинки, — не ответив на приветствие, серьезно, почти обвиняющее произнесла девочка.
— Это я рисовала.
— Я знаю, — улыбнулась Дина.
— Ты их оставила на столе одной тети, и она дала мне их. Красиво нарисовано, мне очень понравилось. Ты не будешь сердиться, что я их повесила на стену?
Девочка подумала и отрицательно покачала головой.
— Не буду.
— Хочешь ещё порисовать? Или мультики посмотреть?
Дина видела среди дисков Жени пару штук — кажется, «Шрек» и«Корпорация монстров». Но малышка снова покачала головой. Потом, по-прежнему не глядя на Дину, она слезла с кресла и направилась к двери. На ней было все то же теплое платьице, башмачки и белые, скрученные на щиколотках валиками носочки. Такая забавная и такая серьезная юная особа. Дина протянула руку, чтобы погладить её по голове, но девочка уклонилась и исчезла в коридоре.
Вслушиваясь в звуки удаляющихся шагов, Дина пожала плечами — пожалуй, все-таки надо предупредить Тимура, чтобы дочкины рисунки не оставались на столах сотрудников. Но… Тут девушка задумалась. Лора сказала, что один ключ был у их начальника, а второй она забыла сдать охраннику. Так каким образом малышка попала в их комнату?
Впрочем, какая разница? Приходько мог оставить ключи у дежурного — мало ли для этого причин бывает. Вот Тим и открыл комнату, чтобы девочке было где поиграть.
Снова зашуршали жалюзи. Кажется, надвигался дождь.
Она уже сделал все, что собиралась. Пора домой.
Ира вернулась домой рано — обычно она задерживалась, чтобы закончить сводки за день, но сегодня не стала — её беспокоило то, что матери опять стало плохо. Она обещала зайти в поликлинику, но наверняка не сделает этого. Сколько Ирина помнила, мама всегда старалась перенести болезнь на ногах, и только если речь шла о гриппе, брала бюллетень, чтобы не распространять инфекцию. А тут — обычное отравление.
Войдя в подъезд, девушка не стала смотреть почту и не пошла, как обычно, пешком на четвертый этаж — сразу вызвала лифт.
К её удивлению, в квартире никого не было, только на столике белела россыпь вытряхнутых из коробки лекарств. И скомканные простыни на диване. Что случилось?!
Она выскочила на лестничную площадку и позвонила соседям. Марья Николаевна всегда в курсе того, что где произошло. Пенсионерка открыла и с порога огорошила Иру известием, что мать увезла скорая помощь.
— Сказали, подозрение на язву желудка. На эту… прободную. Мой Славка помогал её вниз на носилках спустить, она сама ходить уже не могла, криком кричала. Да ты не плачь, язва — это не смертельно, вон Сидоров из сто двадцать четвертой квартиры сколько лет с двумя язвами живет. Одна — Любка его, а вторая в желудке, и ничего, — пыталась соседка успокоить Ирину.
— Почему не позвонили, не сообщили?!
— Так это… На работе сказали — ты уже ушла, а трубка твоя не отвечала. Я сама набирала.
Ирина вытащила из кармана мобильный телефон и увидела, что он отключен — вчера забыла подзарядить.
— В какую больницу увезли? — только и могла спросить девушка.
— Я на бумажке записала, сейчас принесу.
Спустя пять минут Ирина уже мчалась в больницу.
Страница 19 из 35
