Янтарь

Ему вдруг представились такие же искры, летящие из-под соломенных крыш, покрытых чёрно-белым дымом, запах гари, пепел вместо полей, такие же мёртвые, украшенные пурпурными каплями крови лица, запах разложения… миг — и видение пропало. Вокруг всё ещё были пшеничные поля, сзади оставался поросший малиной овраг, сбоку — небольшой утёс с сухим деревом на вершине, разрушенная мельница, тоже мирная, след совсем уж давних времён — теперь-то муку мололи прямо возле деревни. И над всем этим — чистое синее небо, без единого облачка, из-за чего чудище до сих пор казалось галлюцинацией, миражом, что поджидает путника в пустыне, который, казалось бы, близко, но на самом деле находится в каком-то параллельном, не пересекающимся с реальностью мире, который только и может, что соблазнять желанными или пугать страшными картинами того, что впереди. Его внезапно пробрал озноб, в этот жаркий летний день, такой, когда подолгу не заходишь в тень, начинаешь плавиться — озноб. Словно вокруг была бескрайняя холодная пустыня, покрытая не спелыми злаками, а не то снегом, не то пеплом, оставшимся от бескрайних пожарищ. Возможно, болезнь, иллюзия? Неожиданно отчётливо ощущались, словно тиканье настенных часов в доме Калькштейна, отголоски ударов сердца.

Беренгар направился обратно в таверну, здание которой было видно на горизонте, и её соломенная крыша сверкала под солнечными лучами. Звуки появились уже позже, а до этого — тишина, прерываемая лишь стрёкотом кузнечиков. Они ещё не знали, что поблизости появилась полуденница — монстр, который в любой момент может погубить всё в округе, — а может, им, насекомым, было просто всё равно. Для них Солнце несло только тепло и жизнь, и они так и застыли в этом вечном лете, в котором не было ничего непривычно опасного, ничего лишнего, такого, что быть не должно. А Беренгар… Беренгар как ведьмак хорошо видел, что произошло, и не меньше видел, пользуясь жизненным опытом, что местные жители понятия не имеют, какая тварь поселилась рядом с ними. Главное, что для победы над полуденницей требовалось затратить немало времени и средств — и вряд ли ему кто-то их возместит. С другой стороны, оставался ещё Геральт, сияющий рыцарь без страха и упрёка в мире ведьмаков…

В таверне Беренгар взял здоровую — пинты на две, наверное, — кружку пива. Здесь его варили с добавлением пшеницы, что придавало ему более светлый оттенок и мягкий вкус. Найти такое даже в столице, совсем недалеко отсюда, было можно, но цена там отнюдь не делала его доступным. Здесь же — запросто, тем более что мягкий вкус отлично подходил для той цели, с которой Беренгар его взял: просто чтоб было что потягивать, подумывая над своими действиями. Обращаться к Геральту не хотелось, делать что-то самому — тем более. Дело грозило принести много нудной работы, и… точно, Абигайл же была на своём любимом месте, за дальним столиком, так что Беренгар со своим пивом отправился туда.

— Привет, — поздоровался он, сев напротив и со стуком поставив кружу на стол. Густой напиток всколыхнулся, но не выплеснулся. — Сходил я тут тебе за травами…

— Надеюсь, собрал достаточно? — поинтересовалась Абигайл.

— Вороньего глаза я у вас не нашёл, но мирт растёт, а твири столько… думал, таких мест, где она растёт буквально под ногами, и не бывает, — без раздумий ответил Беренгар и отхлебнул пива.

— Не очень хорошая примета… — задумчиво произнесла ведьма.

— Дело не в приметах, — перебил Беренгар. — Точнее, не так. Я пришёл поговорить не о приметах. На полях теперь опасно, — он внимательно посмотрел на собеседницу.

— И что там появилось? — Абигайл сосредоточилась.

— Полуденница.

— Что?! — её глаза широко раскрылись, но вскоре лицо приняло нормальное выражение. — Хотя… это многое объясняло бы. Правда, вести чересчур дурные…

— И что же это объясняет? — поинтересовался Беренгар. — Кто-то из девушек недавно пропадал?

— Я слышала, что на полях потерялась Алина. Дочь солтыса, невеста Юлиана из Ковира, — на всякий случай пояснила Абигайл. — Так что если твоя информация верна, вместо свадьбы здесь состоится траур.

— Проблема в том, что полуденницу надо уничтожить, — ответил на это Беренгар. — Лучше бы это поручили Геральту… — он сделал небольшую паузу.

— Насколько мне известно, — продолжила вместо него Абигайл, — Геральт сейчас как раз ищет Алину в полях, так что скорее всего, наткнётся на то же, что и ты.

— Что ж, это меняет дело, — ответил Беренгар несколько ободрённо. — Тогда, пожалуй, лучше пока промолчать.

— Не хочешь браться за эту работу? — удивлённо спросила ведьма. — Я думала, это по твоей специальности…

— Это долго, муторно, — он скривился, — и к тому же, за такое обычно почти не платят. А мне, — он отхлебнул ещё из кружки, — надо доделывать свои дела и уходить отсюда побыстрее… К тому же, тут бы ещё не напортачить…

— Думаю, это первое плохое известие, — заметила Абигайл. — Но не последнее. И твоё бездействие — с некоторой точки зрения благо. А действия Геральта, может, и приведут к катастрофе, — она пожала плечами.