Фандом: Ориджиналы. Теперь-то он сообразил, что ему напомнили необычные глаза Серхи: именно такой расцветки была добываемая на землях людей яшма — невзрачный полудрагоценный камень, который, однако же, обладал сильными свойствами, связанными с магией и магическими существами. У людей яшма являлась одним из основных камней для защиты любимых и слабых, а также для подпитки и равновесия энергии магов земли. А вот у демонов… Для демона из Песков Огненных Мантикор яшма была… погибелью.
232 мин, 1 сек 18264
— Ну, если уж ты не будил меня столько времени, то без труда подождёшь ещё минут десять. В отличие от тебя, я не набрался вчера до поросячьего визга и сегодня не страдаю ни похмельем, ни отсутствием аппетита. Причём очень даже наоборот — быка бы съел.
Сатори отступил на шаг и отвернулся. Он сам не знал почему, но слова человека глубоко зацепили и уязвили его, как намёк на то, что охотник не только овладел парнем по пьяни, так теперь ещё и ведёт себя неблагодарно, свинья свиньёй, не проявив ни внимательности, ни такта.
— Я не тороплю, — промолвил наконец Шандир. Получилось, как назло, сухо — от волнения и усилившейся, при взгляде на взъерошенного Яспе, пылкой жажды пощупать того везде, где только можно и нельзя. — Ешь, не спеши.
— Ну спасибо, — покривился Яс. Он был очевидно не в духе, и демон вдруг задумался — маг обижен или…
По спине прокатились ледяные капли, стоило предположить, что они вполне могли переспать только по инициативе самого принца, у которого от вожделения вчера мутилось в голове. Но, нет-нет, этого просто не может быть! Сатори никогда никого не насиловал, будь он хоть трижды пьян, к тому же трудно было представить, чтобы Серха подобное допустил. Хотя…
«Уйди… не тронь… не смей!»
… если учесть, как беспомощен был чародей в тот свой приступ… наверное, Яспе бы просто оцепенел под ним, не в силах пошевелиться. Ужас… Охотник так растерялся, что очнулся лишь тогда, когда парень прошёл мимо, толкнув его плечом.
Расплатившись с тавернщиком, они вышли на залитый солнцем двор. Седлая жеребца, Шандир то и дело искоса поглядывал в сторону занимающегося тем же мага, но тот был непривычно замкнут и отрешён, за всё время не сказал ни слова и ни разу не посмотрел в сторону мужчины. И это невыносимо тяготило демона, который буквально разрывался, не зная, что думать и делать.
К счастью, именно в тот момент, когда отчаяние принца достигло апогея, человек сам сделал шаг навстречу. Сатори как раз сунул ногу в стремя, как вдруг услышал его голос:
— Слушай, — Яс недовольно глянул на него исподлобья, — можно я поеду с тобой, ну, обопрусь на тебя, а то… спина болит.
— Если ты думаешь, что так будет легче, то, конечно, садись.
Охотник без раздумий позволил чародею усесться в седло боком, закрепил поводья Ясова жеребца на луке седла своего верхового и осторожно сел позади. Привалившись к груди Шандира, Яспе положил голову ему на плечо, и демон, скосившись на него, заметил, что на лице спутника блаженство, а глаза прикрыты.
— Толкни, если усну, — парень зевнул, поёрзав и удобнее устроившись.
— Зачем? Как покинем город, можешь спокойно спать, — тихо сказал принц, аккуратно приобняв его одной рукой.
Таким образом они и выехали неспешно из квартала, а там и из города, задержавшись лишь ненадолго у ратуши, чтобы Сатори смог забрать свой меч.
В мыслях, душе и сердце мужчины творилась полная сумятица. Его мучало непонятное чувство вины, хотя он и сам бы не смог сказать, в чём именно чувствовал себя виноватым. Не было никаких доказательств его дурного поступка — маг доверчиво прижался к нему боком, тихонько посапывал, задремав, и не вздрагивал, когда охотник бессознательно сжимал его крепче. Значит, либо между ними всё случилось по согласию, либо… либо Серха настолько привык к насилию. Шандиру было больно так думать, больно за этого парня, и за него же до злого обидно, что его любовник так повёл себя после всего. Да пропади оно пропадом, он даже не вспомнил, что что-то было!
Вздохнув, демон повернул голову, будто бы невзначай мазнув подбородком по щеке чародея. Его любовник… И как же так вышло? Принц до конца надеялся, что сможет утерпеть, но… наверное, он никогда никого ещё не хотел столь страстно, чтобы темнело в глазах. Даже Ани не вызывал в нём таких ярких переживаний и таких жадных мечтаний, тут и не сравнить — абсолютно разные эмоции. И вообще, будь на месте Яспе какой-то другой человек… да такого бы не случилось! А если бы всё же и случилось, то этот человек уже валялся бы в каком-нибудь тёмном проулке с перерезанным горлом. В жизни Сатори было несколько людей, к которым он относился по-особенному, но разделение ложа… это уже слишком, о подобном и помыслить невозможно.
Однако в случае с Серхой всё было по-другому — охотник не просто представлял себе их… соединение, но и невероятно желал его. Постоянно испытывал жажду прикасаться и чувствовать, даже сейчас руки сами тянулись огладить тёплое тело, уютно устроившееся в его объятиях, а взгляд украдкой опускался на маленький тёмный сосок, виднеющийся в оттопыренном вороте рубахи. И на губы, чуть приоткрывшиеся и обдающие шею Шандира тёплым дыханием. Кстати, нижняя пухлее верхней…
Сатори отступил на шаг и отвернулся. Он сам не знал почему, но слова человека глубоко зацепили и уязвили его, как намёк на то, что охотник не только овладел парнем по пьяни, так теперь ещё и ведёт себя неблагодарно, свинья свиньёй, не проявив ни внимательности, ни такта.
— Я не тороплю, — промолвил наконец Шандир. Получилось, как назло, сухо — от волнения и усилившейся, при взгляде на взъерошенного Яспе, пылкой жажды пощупать того везде, где только можно и нельзя. — Ешь, не спеши.
— Ну спасибо, — покривился Яс. Он был очевидно не в духе, и демон вдруг задумался — маг обижен или…
По спине прокатились ледяные капли, стоило предположить, что они вполне могли переспать только по инициативе самого принца, у которого от вожделения вчера мутилось в голове. Но, нет-нет, этого просто не может быть! Сатори никогда никого не насиловал, будь он хоть трижды пьян, к тому же трудно было представить, чтобы Серха подобное допустил. Хотя…
«Уйди… не тронь… не смей!»
… если учесть, как беспомощен был чародей в тот свой приступ… наверное, Яспе бы просто оцепенел под ним, не в силах пошевелиться. Ужас… Охотник так растерялся, что очнулся лишь тогда, когда парень прошёл мимо, толкнув его плечом.
Расплатившись с тавернщиком, они вышли на залитый солнцем двор. Седлая жеребца, Шандир то и дело искоса поглядывал в сторону занимающегося тем же мага, но тот был непривычно замкнут и отрешён, за всё время не сказал ни слова и ни разу не посмотрел в сторону мужчины. И это невыносимо тяготило демона, который буквально разрывался, не зная, что думать и делать.
К счастью, именно в тот момент, когда отчаяние принца достигло апогея, человек сам сделал шаг навстречу. Сатори как раз сунул ногу в стремя, как вдруг услышал его голос:
— Слушай, — Яс недовольно глянул на него исподлобья, — можно я поеду с тобой, ну, обопрусь на тебя, а то… спина болит.
— Если ты думаешь, что так будет легче, то, конечно, садись.
Охотник без раздумий позволил чародею усесться в седло боком, закрепил поводья Ясова жеребца на луке седла своего верхового и осторожно сел позади. Привалившись к груди Шандира, Яспе положил голову ему на плечо, и демон, скосившись на него, заметил, что на лице спутника блаженство, а глаза прикрыты.
— Толкни, если усну, — парень зевнул, поёрзав и удобнее устроившись.
— Зачем? Как покинем город, можешь спокойно спать, — тихо сказал принц, аккуратно приобняв его одной рукой.
Таким образом они и выехали неспешно из квартала, а там и из города, задержавшись лишь ненадолго у ратуши, чтобы Сатори смог забрать свой меч.
В мыслях, душе и сердце мужчины творилась полная сумятица. Его мучало непонятное чувство вины, хотя он и сам бы не смог сказать, в чём именно чувствовал себя виноватым. Не было никаких доказательств его дурного поступка — маг доверчиво прижался к нему боком, тихонько посапывал, задремав, и не вздрагивал, когда охотник бессознательно сжимал его крепче. Значит, либо между ними всё случилось по согласию, либо… либо Серха настолько привык к насилию. Шандиру было больно так думать, больно за этого парня, и за него же до злого обидно, что его любовник так повёл себя после всего. Да пропади оно пропадом, он даже не вспомнил, что что-то было!
Вздохнув, демон повернул голову, будто бы невзначай мазнув подбородком по щеке чародея. Его любовник… И как же так вышло? Принц до конца надеялся, что сможет утерпеть, но… наверное, он никогда никого ещё не хотел столь страстно, чтобы темнело в глазах. Даже Ани не вызывал в нём таких ярких переживаний и таких жадных мечтаний, тут и не сравнить — абсолютно разные эмоции. И вообще, будь на месте Яспе какой-то другой человек… да такого бы не случилось! А если бы всё же и случилось, то этот человек уже валялся бы в каком-нибудь тёмном проулке с перерезанным горлом. В жизни Сатори было несколько людей, к которым он относился по-особенному, но разделение ложа… это уже слишком, о подобном и помыслить невозможно.
Однако в случае с Серхой всё было по-другому — охотник не просто представлял себе их… соединение, но и невероятно желал его. Постоянно испытывал жажду прикасаться и чувствовать, даже сейчас руки сами тянулись огладить тёплое тело, уютно устроившееся в его объятиях, а взгляд украдкой опускался на маленький тёмный сосок, виднеющийся в оттопыренном вороте рубахи. И на губы, чуть приоткрывшиеся и обдающие шею Шандира тёплым дыханием. Кстати, нижняя пухлее верхней…
Страница 21 из 65
