Нагрубить своей матери и сорваться — вот чего Сара боялась всегда. Тогда всё, что она так усердно склеивала, сломается. Однажды так и случилось. После чего Грейвс стали преследовать недетские проблемы…
73 мин, 11 сек 13311
О «великом разрыве» отношений Сары и Дерека не знал никто, опять-таки кроме дневника. Родители Грейвс свято верили в их существование, так как этим событием их дочь с ними не поделилась. Тут же начали бы сыпаться вопросы«как», «почему», «чем ты его не устроила». Точнее, именно этого ожидала Сара, ведь когда она в десятилетнем возрасте поссорилась с лучшим другом, всё было именно так. Вмешательства родителей в хранилище личных секретов часто нервировали Сару, но приходилось сдерживаться — это же родители. В конце концов, возможно когда-то и Сара станет такой же вечно волнующейся о своём чаде матерью, и её ребёнку тоже будет это надоедать. Но так считала только Сара.
На часах час ночи. Сара до сих пор не спала. Сидя на своём широком подоконнике, она сотый, а может, и тысячный раз обводила взглядом спящий Хьюстон, его яркие огни и тишина, которая с головой накрыла родной город. Ночь девушка любила. Нет, не за то, что все спали и люди не мешали ей. Ночь завораживала своей неестественной красотой. С одиннадцати лет Сара стала наблюдать за звёздным небесным полотном, которое каждую ночь нависало над привычными домами. Эта красота парализовывала девушку каждый раз, когда карие глаза устремлялись туда, за город, где почти никого не было.
Тяжело и протяжно вздохнув, Сара положила голову на прижатые к груди колени и поджала губы. Она любила ночь, но одиночество нет. Её немного расстраивало отсутствие друзей и даже товарищей, но дела затмевали тоску, и только ночью эти нерадостные мысли посещали её голову.
Сара уже хотела слезать с окна и ложиться спать, как вдруг увидела знакомую фигуру. В голове стали всплывать воспоминания, и Грейвс с раздражением поняла, что это тот самый парень, который сегодня лишил её заслуженного обеда. Оглядевшись по-шустрому в комнате, Сара приметила стоящий стакан с водой, который постоянно ставила на ночь, если захочется пить. Схватив его, девушка быстро открыла окно и вылила воду на голову прохожему. Послышалась дикая ругань, и Грейвс осознала… что ошиблась капюшоном.
— Мам, я не ем брокколи, ты это знаешь, — прошипела недовольно Сара, отодвигая от себя тарелку.
— Так, знаешь, что, доченька, — женщина с грохотом поставила завтрак на место, около девушки, — ты уже надоела! То из-за тебя проблемы с людьми — воду ей вылить приспичило, то она от завтрака отказывается! Это не ресторан, ешь то, что приготовила!
— Тогда я вообще есть отказываюсь, — Грейвс встала со стула и направилась к выходу из кухни.
— Сара, сядь за стол и поешь! — зло крикнула мать, но девушка проигнорировала её слова и закрылась в комнате.
Убрав с глаз светлую чёлку, Грейвс подошла к столу, на котором лежал бланк с её оценками. Сара знала, что его принесут именно сегодня, и поэтому проснулась пораньше, чтобы забрать его первой. Как она и предполагала — оценки положение не спасали. Если раньше были нормальные, то сейчас она скатилась до троек. Если мама узнает, то это будет кошмар, начнётся семичасовая лекция о безответственности, в итоге она что-то запретит или же будет весь вечер ворчать и просить, чтобы Сара подносила к ней книги. Зачем? А чтобы домашнюю проверить, вдруг не сделала.
— Как меня всё заколебало, — девушка со злости помяла бланк и кинула его в мусорную урну. — Всё достало, когда я уже стану взрослой и смогу уйти отсюда?!
Сара подошла к гардеробу и достала привычную одежду — лёгкое платье и кофту. Сегодня передали, что погода будет радовать жителей Хьюстона теплом весь день, поэтому нет смысла надевать ветровку. Одежда уже оказалась на девушке, книги с тетрадями небрежно покиданы в рюкзак, постель поспешно заправлена. Сара вздохнула и повесила рюкзак на спину, после чего покинула комнату, а затем и сам дом.
— Как вы знаете, через неделю — ровно через неделю — заканчивается четверть, а, следовательно, и год, а результаты некоторых учеников настолько плачевны, что я даже не знаю, что предпринимать в этой ситуации, — миссис Стюарт серьёзным взглядом обвела класс. — Блэкбери, ты собираешься что-нибудь делать с оценками по географии? Они ужасны, еле-еле выходит тройка, — сообщила учительница соседке Сары по парте.
— Д-да, я исправлю.
— Я сомневаюсь, у тебя стоит две четвёрки, а в конце пять троек, как ты собираешься смягчать ситуацию, ума не приложу. Грейвс, то же самое, только с биологией и химией. В этом году совсем скатилась, твоя мать хоть видела бланк с оценками, который сегодня утром ты должна была показать ей?
Сара опустила голову и сделала вид, будто не услышала. Внутри всё сжалось, мышцы напряглись, живот резко и неприятно заболел. Стюарт вздохнула обречённо и сказала:
— Понятно, ты как всегда их не показала, тогда мне придётся вызвать твою мать в школу, потому что твои оценки ужасны, ты с отличницы опускаешься до уровня троечницы. Это никуда не годится.
На часах час ночи. Сара до сих пор не спала. Сидя на своём широком подоконнике, она сотый, а может, и тысячный раз обводила взглядом спящий Хьюстон, его яркие огни и тишина, которая с головой накрыла родной город. Ночь девушка любила. Нет, не за то, что все спали и люди не мешали ей. Ночь завораживала своей неестественной красотой. С одиннадцати лет Сара стала наблюдать за звёздным небесным полотном, которое каждую ночь нависало над привычными домами. Эта красота парализовывала девушку каждый раз, когда карие глаза устремлялись туда, за город, где почти никого не было.
Тяжело и протяжно вздохнув, Сара положила голову на прижатые к груди колени и поджала губы. Она любила ночь, но одиночество нет. Её немного расстраивало отсутствие друзей и даже товарищей, но дела затмевали тоску, и только ночью эти нерадостные мысли посещали её голову.
Сара уже хотела слезать с окна и ложиться спать, как вдруг увидела знакомую фигуру. В голове стали всплывать воспоминания, и Грейвс с раздражением поняла, что это тот самый парень, который сегодня лишил её заслуженного обеда. Оглядевшись по-шустрому в комнате, Сара приметила стоящий стакан с водой, который постоянно ставила на ночь, если захочется пить. Схватив его, девушка быстро открыла окно и вылила воду на голову прохожему. Послышалась дикая ругань, и Грейвс осознала… что ошиблась капюшоном.
Глава 3. Семейные грехи
— Как, как можно было додумать, вылить воду на прохожего?! — не переставала возмущаться женщина, ставя тарелку с завтраком на стол. — Ну, ты хоть иногда головой-то думай!— Мам, я не ем брокколи, ты это знаешь, — прошипела недовольно Сара, отодвигая от себя тарелку.
— Так, знаешь, что, доченька, — женщина с грохотом поставила завтрак на место, около девушки, — ты уже надоела! То из-за тебя проблемы с людьми — воду ей вылить приспичило, то она от завтрака отказывается! Это не ресторан, ешь то, что приготовила!
— Тогда я вообще есть отказываюсь, — Грейвс встала со стула и направилась к выходу из кухни.
— Сара, сядь за стол и поешь! — зло крикнула мать, но девушка проигнорировала её слова и закрылась в комнате.
Убрав с глаз светлую чёлку, Грейвс подошла к столу, на котором лежал бланк с её оценками. Сара знала, что его принесут именно сегодня, и поэтому проснулась пораньше, чтобы забрать его первой. Как она и предполагала — оценки положение не спасали. Если раньше были нормальные, то сейчас она скатилась до троек. Если мама узнает, то это будет кошмар, начнётся семичасовая лекция о безответственности, в итоге она что-то запретит или же будет весь вечер ворчать и просить, чтобы Сара подносила к ней книги. Зачем? А чтобы домашнюю проверить, вдруг не сделала.
— Как меня всё заколебало, — девушка со злости помяла бланк и кинула его в мусорную урну. — Всё достало, когда я уже стану взрослой и смогу уйти отсюда?!
Сара подошла к гардеробу и достала привычную одежду — лёгкое платье и кофту. Сегодня передали, что погода будет радовать жителей Хьюстона теплом весь день, поэтому нет смысла надевать ветровку. Одежда уже оказалась на девушке, книги с тетрадями небрежно покиданы в рюкзак, постель поспешно заправлена. Сара вздохнула и повесила рюкзак на спину, после чего покинула комнату, а затем и сам дом.
— Как вы знаете, через неделю — ровно через неделю — заканчивается четверть, а, следовательно, и год, а результаты некоторых учеников настолько плачевны, что я даже не знаю, что предпринимать в этой ситуации, — миссис Стюарт серьёзным взглядом обвела класс. — Блэкбери, ты собираешься что-нибудь делать с оценками по географии? Они ужасны, еле-еле выходит тройка, — сообщила учительница соседке Сары по парте.
— Д-да, я исправлю.
— Я сомневаюсь, у тебя стоит две четвёрки, а в конце пять троек, как ты собираешься смягчать ситуацию, ума не приложу. Грейвс, то же самое, только с биологией и химией. В этом году совсем скатилась, твоя мать хоть видела бланк с оценками, который сегодня утром ты должна была показать ей?
Сара опустила голову и сделала вид, будто не услышала. Внутри всё сжалось, мышцы напряглись, живот резко и неприятно заболел. Стюарт вздохнула обречённо и сказала:
— Понятно, ты как всегда их не показала, тогда мне придётся вызвать твою мать в школу, потому что твои оценки ужасны, ты с отличницы опускаешься до уровня троечницы. Это никуда не годится.
Страница 3 из 20
