Прохладный и солнечный октябрьский денек неспешно близился к завершению. Вечер пятницы будоражил близостью отдыха и развлечений выходных дней. Но только не для Рокотова Андрюхи. Он работал электриком в совхозе, где с апреля по конец октября — в период страды, суббота также была рабочим днем.
27 мин, 58 сек 15742
Совхоз — так по старой привычке и для краткости все называли сельскохозяйственное акционерное общество — занимал огромную территорию со множеством сел, деревень, ферм и полей. Однако администрация и обслуга базировались в городе-райцентре, в котором и жил Андрей. Электроцех представлял собой почерневшую от времени бревенчатую избушку на краю города, в кольце частных курятников и сараюшек. Всю пятницу Андрей занимался сколачиванием дощатых стеллажей под электромоторы, в сарае, отданном электрикам под крытый склад.
Именно за этим занятием и застали его друзья, подъехавшие на тарахтящем ижаке с люлькой — «шикарном» мотоцикле цвета морской волны.
— Дюха, есть предложение! — крикнул Серега — коренастый кучерявый парень, с круглым, обрамленным короткой щетиной лицом, заглушая рычание своего мотоцикла.
— Здорово, пацаны! Куда намылились? — Андрей достал сигарету без фильтра и крепким рукопожатием поприветствовал Серегу, Леху и еще одного Серегу, по прозвищу Пескарь.
— Поехали на рыбалку, на Толкуновку. С ночевкой, — Пескарь прикурил от Андрюхиной спички.
— Да какая ночевка, мне же завтра на работу!
— Да я тебя доставлю на работу в лучшем виде. Будешь как огурец. Давай, поехали! Я сейчас этих орлов отвезу, потом вернусь за тобой, и Вован как раз с работы придет. Он кстати уже подписался. Огурцы, окорочка и хлеб мы взяли. Вы с Вовкой берете «Рояль» и запить. Отдыхаем по полной! — Серега продолжал убеждать, приводя все больше доводов в пользу поездки.
Андрей мучился сомненьями. С одной стороны, он прекрасно знал, что у них называлось рыбалкой: распитие спирта «Royal», разведенного водой, иногда с добавлением сухого напитка «Yuppy». Пили обычно до полной отключки. С другой стороны, провести выходные в скуке и одиночестве, ему хотелось еще меньше.
Серега был человек вольный — ездил иногда на рынок в Москву, торговал скобяным товаром. Леха нигде не работал. Вовчик работал на фабрике, где завтрашняя суббота — законный выходной. Пескарь служил в армии по контракту, с графиком сутки через трое, и тоже мог оттянуться по полной программе. Одному Андрею завтра на работу.
— Ладно, договорились! Я через час заканчиваю. Только пить много не буду, и до полуночи ты меня отвезешь обратно, чтоб я хоть проспался до работы, — дружески хлопнув Серегу по плечу, сказал Андрей, и втоптал в грязь докуренную сигарету.
Парни с довольными криками под стрекот мотора скрылись в проеме между курятниками. Рокотов вернулся к работе.
Их компания сложилась в незапамятные времена. В школе они учились в одном классе, более того, были в одном пионерском звене. Звеньевым был Андрей. Потом звено распалось — Андрей продолжил учиться в школе, надеясь поступить в институт, а парни поступили в разные ПТУ и техникумы. С институтом у Андрюхи ничего не вышло, и он самым первым из класса попал в армию. После демобилизации оказалось, что старое пионерское звено пришло из армии в полном составе, чуть ли не в один день. Совместное празднование дембеля затянулось почти на два месяца. Потом стали пытаться найти работу. В начале девяностых это было непросто, тем более в маленьком провинциальном городе. Даже если и удавалось устроиться, проблемы не исчезали, потому что зарплату, и без того мизерную, подолгу задерживали. И все же пацаны встречались почти каждый день, а если кому удавалось добыть денег — гуляли на всю катушку. Обычно у Сереги в гараже, у Вовки дома, или на природе. На природе особо почитаемым местом был берег маленькой речки Толкуновки, километрах в двадцати от города. Добираться туда было сложно, но место действительно было замечательное и уединенное.
Окончив работу, Андрей решил не тратить лишние полчаса на дорогу домой, и остался ждать друзей у электроцеха. Недолгое ожидание было прервано знакомым треском мотора, и Андрей вышел к дороге. Он не ошибся — из-за поворота выскочил мотоцикл с парнями. Вовчик уже сидел в коляске, и, судя по счастливой улыбке, успел прогреть внутренности дозой алкоголя. Примерно о том же говорило и Серегино раскрасневшееся лицо.
— Прыгай назад, мы уже все купили, — продолжал улыбаться Вован.
— Я так примерно и понял, что купили, и разбавили. Молодчики! — Андрей забрался на заднее сидение мотоцикла в прекрасном расположении духа. Во-первых, теперь не надо в ларек заезжать, а во-вторых, ему досталось место на сидении. Это прекрасно, если принять во внимание то, как в люльке трясет, и как Серега любит лихачить, особенно когда «примет на грудь». Не раз бывали случаи непроизвольного катапультирования пассажиров коляски.
Однако наслаждаться скоростью и ветром в лицо пришлось недолго. Когда съехали с центральной совхозной дороги на грунтовый проселок, пришлось заниматься мотофристайлом, чтобы не разбить мотоцикл в очередной колдобине. А когда подъехали к деревеньке Шорниково, пассажирам и вовсе пришлось покинуть борт.
Именно за этим занятием и застали его друзья, подъехавшие на тарахтящем ижаке с люлькой — «шикарном» мотоцикле цвета морской волны.
— Дюха, есть предложение! — крикнул Серега — коренастый кучерявый парень, с круглым, обрамленным короткой щетиной лицом, заглушая рычание своего мотоцикла.
— Здорово, пацаны! Куда намылились? — Андрей достал сигарету без фильтра и крепким рукопожатием поприветствовал Серегу, Леху и еще одного Серегу, по прозвищу Пескарь.
— Поехали на рыбалку, на Толкуновку. С ночевкой, — Пескарь прикурил от Андрюхиной спички.
— Да какая ночевка, мне же завтра на работу!
— Да я тебя доставлю на работу в лучшем виде. Будешь как огурец. Давай, поехали! Я сейчас этих орлов отвезу, потом вернусь за тобой, и Вован как раз с работы придет. Он кстати уже подписался. Огурцы, окорочка и хлеб мы взяли. Вы с Вовкой берете «Рояль» и запить. Отдыхаем по полной! — Серега продолжал убеждать, приводя все больше доводов в пользу поездки.
Андрей мучился сомненьями. С одной стороны, он прекрасно знал, что у них называлось рыбалкой: распитие спирта «Royal», разведенного водой, иногда с добавлением сухого напитка «Yuppy». Пили обычно до полной отключки. С другой стороны, провести выходные в скуке и одиночестве, ему хотелось еще меньше.
Серега был человек вольный — ездил иногда на рынок в Москву, торговал скобяным товаром. Леха нигде не работал. Вовчик работал на фабрике, где завтрашняя суббота — законный выходной. Пескарь служил в армии по контракту, с графиком сутки через трое, и тоже мог оттянуться по полной программе. Одному Андрею завтра на работу.
— Ладно, договорились! Я через час заканчиваю. Только пить много не буду, и до полуночи ты меня отвезешь обратно, чтоб я хоть проспался до работы, — дружески хлопнув Серегу по плечу, сказал Андрей, и втоптал в грязь докуренную сигарету.
Парни с довольными криками под стрекот мотора скрылись в проеме между курятниками. Рокотов вернулся к работе.
Их компания сложилась в незапамятные времена. В школе они учились в одном классе, более того, были в одном пионерском звене. Звеньевым был Андрей. Потом звено распалось — Андрей продолжил учиться в школе, надеясь поступить в институт, а парни поступили в разные ПТУ и техникумы. С институтом у Андрюхи ничего не вышло, и он самым первым из класса попал в армию. После демобилизации оказалось, что старое пионерское звено пришло из армии в полном составе, чуть ли не в один день. Совместное празднование дембеля затянулось почти на два месяца. Потом стали пытаться найти работу. В начале девяностых это было непросто, тем более в маленьком провинциальном городе. Даже если и удавалось устроиться, проблемы не исчезали, потому что зарплату, и без того мизерную, подолгу задерживали. И все же пацаны встречались почти каждый день, а если кому удавалось добыть денег — гуляли на всю катушку. Обычно у Сереги в гараже, у Вовки дома, или на природе. На природе особо почитаемым местом был берег маленькой речки Толкуновки, километрах в двадцати от города. Добираться туда было сложно, но место действительно было замечательное и уединенное.
Окончив работу, Андрей решил не тратить лишние полчаса на дорогу домой, и остался ждать друзей у электроцеха. Недолгое ожидание было прервано знакомым треском мотора, и Андрей вышел к дороге. Он не ошибся — из-за поворота выскочил мотоцикл с парнями. Вовчик уже сидел в коляске, и, судя по счастливой улыбке, успел прогреть внутренности дозой алкоголя. Примерно о том же говорило и Серегино раскрасневшееся лицо.
— Прыгай назад, мы уже все купили, — продолжал улыбаться Вован.
— Я так примерно и понял, что купили, и разбавили. Молодчики! — Андрей забрался на заднее сидение мотоцикла в прекрасном расположении духа. Во-первых, теперь не надо в ларек заезжать, а во-вторых, ему досталось место на сидении. Это прекрасно, если принять во внимание то, как в люльке трясет, и как Серега любит лихачить, особенно когда «примет на грудь». Не раз бывали случаи непроизвольного катапультирования пассажиров коляски.
Однако наслаждаться скоростью и ветром в лицо пришлось недолго. Когда съехали с центральной совхозной дороги на грунтовый проселок, пришлось заниматься мотофристайлом, чтобы не разбить мотоцикл в очередной колдобине. А когда подъехали к деревеньке Шорниково, пассажирам и вовсе пришлось покинуть борт.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 1 из 8
