Забудь и вспомни

— Доброе утро, — вдруг раздался тихий голос, я вздрогнул от неожиданности, и книга с грохотом упала на пол.

В дверях кухни стояла Гермиона. Она прижала руки ко рту, испугавшись того, какой эффект произвело ее «Доброе утро».

— Извини! — воскликнула она.

Я выдохнул и, засмеявшись, поднял многострадальную книгу с пола.

— Все нормально. Просто я не привык, что в моем доме со мной кто-то здоровается по утрам. Точнее, уже отвык. Кофе будешь?

Приняв из моих рук чашку с кофе, Гермиона села за стол.

— Признаться, я была почти уверена, что ты уже тоже успел обзавестись семьей, — сказала она.

— Ну, пытался, но полгода назад бросил эту затею, — ответил я, листая книгу в поисках страницы, на которой закончил чтение. — С магглами надоедает прятать магию, а ведьмы интересуются только моей фамилией.

Гермиона отпила кофе и удивленно, исподтишка, думая, что я не замечаю, посматривала на меня.

— Всегда так рано встаешь? — спросила она и скривилась неизвестно от чего.

Я наткнулся наконец на нужную страницу и на мгновение снова выпал из реальности, не сразу расслышав вопрос Гермионы.

— Что, прости? А, да, всегда рано встаю. Привычка.

На несколько минут на кухне воцарились молчание и тишина, прерываемые лишь перелистыванием страниц да тихим шуршанием конфетной обертки, которую Гермиона задумчиво разглаживала на столе. Настолько увлеченно, что не заметила, как я поднялся.

— Мне пора, — произнес я, и Гермиона вскинула голову. — Если ты еще не уверена в своих силах, то можешь остаться у меня.

Она неожиданно улыбнулась мне в ответ.

— Не побоишься доверить мне свой дом?

— Что-то мне подсказывает, что раньше я доверял тебе свою жизнь, — улыбнулся я ей в ответ и, наклонившись над столом, погладил по плечу. — Чувствуй себя как дома. Я вернусь вечером.

С трудом заставив себя убрать руку от ее плеча, я поднялся в спальню, переоделся и, попрощавшись с Гермионой, аппарировал. Открыв магазин, я внимательно осмотрел торговый зал. Кевин попросил выйти сегодня на работу во второй половине дня, и мне никто не мог помешать медленно обойти свои владения. Я хмыкнул, проведя пальцами по корешкам книг. И все-таки почему меня так тянет к книгам? Если я за день не прочту хотя бы страницу, не смогу даже нормально уснуть. Хотя сейчас у меня со сном проблемы, несмотря на чтение. Я поднялся в кабинет и включил телефон. Надо было загрузить себя работой, чтобы не думать о Гермионе, не представлять, как она сейчас мягко ступает по моим коврам или лежит на кровати с книжкой из моей библиотеки. Она по-прежнему оставалась для меня чужой и одновременно неуловимо родной. Я вздохнул, мотнул головой и набрал номер Фоули — личные дела не должны мешать работе. При встрече мистер Фоули был заметно недоволен, но я не стал скрывать и прямо сказал ему, что именно, а точнее, кто сорвал нашу вчерашнюю встречу. Он нахмурился и проворчал что-то вроде «так и знал, что ситуация наберет обороты». Я передал ему заказанные книги, предупредив при этом, что они очень опасные что и их не следует показывать кому-либо кроме заказчика для собственного спокойствия и, возможно, сохранения жизни.

Проводив Фоули, я взял прихваченную из дома книгу и устроился в кресле возле стойки, намереваясь дождаться Кевина и уйти домой, вернувшись лишь вечером, чтобы закрыть магазин, но не прошло и десяти минут, как колокольчик на двери мелодично звякнул. Подняв глаза, я увидел миссис Торнуэлл — милую старушку, живущую неподалеку. Каждый месяц она забредала ко мне и подолгу выбирала с десяток книг, чтобы отправить их внукам. Она была уверена, что дочка и ее второй муж совершенно не заботятся о воспитании детей, и каждый месяц посылала детям книги. Не знаю, читали ли они их, но визит миссис Торнуэлл мне сейчас был совсем некстати — за один час я от нее не отделаюсь, да и за два тоже. А Кевину она не доверяет.

Наконец настал час, когда я собственноручно запер дверь магазина и быстрым шагом устремился в до боли знакомый закуток.

Аппарировав, я обомлел. Дом благоухал великолепными вкусными запахами, которых здесь, наверное, не было никогда.

— Ничего себе, — протянул я, входя на кухню и во все глаза смотря то на прелестно сервированный стол, то на обернувшуюся ко мне со смущенной улыбкой Гермиону. — Что за праздник?

— Нет никакого праздника. Просто решила хоть как-то отблагодарить тебя.

— Да ладно, — отмахнулся я, снимая пиджак и вешая его на стул. — Ты как себя чувствуешь?

— Уже лучше, спасибо, — ответила она.

Я кивнул и, подойдя к холодильнику, достал бутылку воды, с интересом наблюдая, как Гермиона накрывает на стол.

За ужином, который мне очень понравился, отчего Гермиона, как мне показалось, вздохнула с облегчением, она, видимо, решила расспросить меня о работе.

— Не поделишься секретом, как ты умудряешься доставать все эти редкие книги? — улыбнулась она.

— Гоблины, — коротко ответил я, не желая посвящать в некоторые темные аспекты моей трудовой деятельности и делая глоток вина.

— Гоблины? — переспросила Гермиона.

— Да, — пожал плечами я и откинулся на спинку стула.