Загадка соседней квартиры

Первое время я жил без особых приключений. Приходил домой с работы, мылся, садился за компьютер… К часу ночи я ложился и засыпал.

Инцидент произошел летом 2007 года. Все началось с того, что я решил подвинуть кровать так, чтобы с утра солнце мне не светило в лицо. Вышло так, что теперь изголовье кровати было приперто к углу, образованным стенами между квартирами. В эту же ночь случилось неприятное. Я лег спать, уставший после работы, и прижался ухом к прохладной стенке. Я уже засыпал, как вдруг отчетливо услышал чьи-то вздохи, сопения и плач. Тихий-тихий, невероятно горький, этот плач заставил все волосы на теле шевелиться. Более страдальческого плача я не слышал в жизни — словно за той стеной находился несчастный, который плакал там не один десяток лет. Я резко отскочил от стенки и решил, что мне это показалось. Проворочавшись в кровати до трех-четырех часов ночи, я уснул. Наутро я забыл об этом.

Прошло несколько недель, и вот однажды я вышел покурить ночью перед сном на балкон. Здесь я сделаю небольшое отступление и объясню схему моего дома. Квартира, откуда я в ту ночь услышал плач, находилась прямо рядом с моей, но её обитатель жил в другом подъезде. Его балконы, как и мои, выходили по разные стороны дома и были от моих балконов на расстоянии метра с чем-то. Однако я никогда не видел, чтобы кто-то открывал двери на те балконы, и уж тем более не видел, чтобы кто-то выходил на балконы, хотя там были разные штуки, в том числе мебель и домашняя утварь. Вообще, я думал, что там никто не живет, и все.

Так вот, вышел я покурить на балкон. Стою, курю, кругом тишина — никаких машин, никакого ветра, только едва различимый тихий гул города. Вдруг среди этой тишины раздается тяжелый всхлип, затем рычание и довольно громкий стон, словно кому-то прищемило конечность. Затем я услышал хруст и звук упавшего тела. Все это было слышно через закрытую дверь балкона. Должен вам сказать, что мне в первую очередь в голову пришла идея, что там кому-то плохо. Я даже задумался о том, что стоит перепрыгнуть на его балкон и пройти в квартиру, чтобы посмотреть, все ли в порядке. Но я понял, что все это чертовски странно и ужасно — одни эти звуки вызывали в душе непомерное отвращение и жалость, действуя не хуже звуков царапания стекла. Тут же я вспомнил тот вечерний плач. Я долго стоял на балконе в размышлениях. Тут мне в голову пришла идея — послушать через стетоскоп, что же творится в соседней квартире за стеной.

Я включил в квартире все лампы, так как все еще находился в страхе. Приставив стетоскоп к стене, я услышал оттуда тот же самый плач, стоны и всхлипывания. На слух это был мужчина. Это продолжалось в течение десяти минут. Я, как паралитик, не мог ничего поделать и слушал, как за стеной кто-то плачет. У меня самого начали литься слезы от сочувствия и сопереживания. Клянусь, более жалобного и несчастного плача я никогда не слышал и не услышу. Меня бросало в дрожь. Плач то затихал, то становился громче. Хуже всего было то, что сквозь всхлипы можно было различить слова: «Я, не я, забери меня, оставь меня» — и это повторялось не один раз.

Я так и не уснул этой ночью. На следующий день (я помню, это был выходной) я решил узнать у соседей о жильцах той загадочной квартиры, откуда доносится плач. Большинство ответили, что там, по их мнению, никто не живет, но одна пожилая дама сказала, цитирую: «Там художник жил с женой давно. Жена умерла, и с тех пор художник не покидает квартиру. К нему несколько раз ходили родственники давным-давно, но теперь туда никто не ходит. Да он и дверь никому не открывает. Наверное, он съехал оттуда давным-давно. Свет у той квартиры в окнах не горит-то никогда».

Я решил сам позвонить к нему в дверь. Вычислил квартиру, поднялся на нужный этаж и нажал на кнопку звонка. Услышал, как внутри звенит звонок, но так никто и не подошел. Я даже шагов не услышал. Простоял минут десять и ушел ни с чем. Я был очень рад, когда после этого вышел на воздух. Не знаю почему, но стоять у той двери мне было чудовищно неприятно.

Весь вечер меня не покидали мысли о том художнике. Я знал, что он еще там. И знал единственный способ узнать правду — просто перепрыгнуть к нему на балкон и залезть в комнату. На тех балконах не было замков, и я полагал, что художник вряд ли поставил бы сам свои. Даже если так, то стекло на двери можно и разбить.

Я опять прилип к стене в надежде что-то услышать. Но был еще вечер, за окном шумели машины, кричали дети (я жил у детсада), и я ничего не мог расслышать. Простоял так пять минут и уж было решил отойти, как вдруг услышал крик. Ужасный крик боли. Не тот крик испуганного, не крик злобы, не крик ярости. Это был крик самой настоящей боли, невыносимой физической боли. Этот крик я узнаю из тысяч, слышал его не один раз в онкологии, где работаю. Крик страдания. Я оцепенел и продолжил слушать. Крики были достаточно громкими, но из-за шума их было трудно разобрать.