Закрытие

— Я опрошу Констанс в установленном порядке, — гладко парировала Гортензия. — А сейчас я хочу услышать, что думаете по этому поводу вы.

— Ну… — Амелия замялась.

Гортензия вздохнула.

— Возможно, я должна действовать более прямолинейно. — Она снова взглянула на свой планшет. — Я слышала, вы приглашали сантехника?

Амелия кивнула, копаясь в куче счетов на столе, и в который раз пообещав себе, что заведет четкую систему регистрации, а не будет просто вскрывать письма и оставлять их в общей куче.

— И зачем именно вам потребовался сантехник?

Амелия заерзала в своем кресле.

— Трубы не выдержали слишком большого напряжения.

— И что же вызвало это напряжение? — вопрос был задан так, будто ответ на него уже был в письменной форме прикреплен к планшету Гортензии.

Амелия подбирала правильные слова.

— Я уверена, вы в курсе о прошедшем у нас родительском собрании. В связи с этим в школе было гораздо больше людей, чем обычно.

— Но я слышала, что из строя вышел весь замковый водопровод!

Амелия поморщилась. Было очевидно, что кто-то успел обо всем доложить Гильдии ведьм. И существовало только одно заклинание, которое могло привести к таким неожиданным последствиям.

— Мы вынуждены были применить замораживающее заклинание к людям, находящимся в зале, — призналась директриса.

— Мы? — многозначительно спросила Гортензия. — Насильно?

— Да, — быстро заговорила Амелия. — Мы почувствовали, что существует опасность для людей, находящихся в зале и применили замораживающее заклинание.

— И это заклинание применили именно вы?

— Не все ли равно?

— Могу я увидеть счет от сантехника? — пробормотала Верна, нервно подняв руку.

Гортензия уставилась на коллегу. В ее зеленых глазах плескалось разочарование.

Амелия достала счет, которые она получила от отца Харриет Гудчарм, желая, чтобы пятно от чая на нем не сильно бросалось в глаза.

Верна взяла счет и почти вплотную поднесла его к своему лицу.

— Могли бы мы узнать подробности того, что происходило во время родительского собрания? — спросила Гортензия, нетерпеливо постучав по планшету. — Сколько именно действовало замораживающее заклинание?

— Ну… эээ… я… — Амелия опустила глаза и теребила рукав своего кардигана.

— Мне кажется, или этот сантехник взял очень маленькую сумму за свои услуги? — спросила Верна, разглядывая счет.

Гортензия вздохнула, досадуя на коллегу за то, что та отвлекла директрису от основной темы.

— Возможно, очки смогут улучшить ситуацию? — прорычала она, глядя на Верну.

— Что? — Верна выглядела слегка смущенной. Она ощупала свою макушку и улыбнулась. — А я и не заметила! — сказала она. — Я могла бы поклясться, что надевала их. — Она переместила очки с макушки на нос. — Спасибо, так гораздо лучше.

Амелия сочувствующе улыбнулась пожилой инспекторше.

— Я тоже так делаю с моими очками, — призналась она.

— Что вы делаете, дорогая?

Амелия нахмурилась.

— Оставляю их на макушке и забываю, что они там.

— Вы должны носить их на цепочке, — посоветовала Верна, возвращаясь к изучению счета.

— Вернемся к замораживающему заклинанию, — напомнила Гортензия. — Как долго оно было наложено?

— Ах, вот об этом вам действительно лучше поговорить с Констанс, — призналась Амелия.

Гортензия подняла бровь.

— Но вы же были там, мисс Кэкл! Я уверена, что вы способны ответить мне на этот вопрос!

— Ну… я… — Амелия изо всех сил пыталась придумать, что сказать.

— Полно, мисс Кэкл! Это достаточно простой вопрос! Как долго вы просили мисс Хардбрум удерживать это заклинание?

Амелия нервно кашлянула.

— Дело в том, что я… Констанс пришлось заморозить всех присутствующих в зале… В том числе и меня.

— Что?

— Это все очень запутанно… — Амелия затихла, видя, что Гортензия что-то лихорадочно строчит в своем планшете. — Я не хочу чтобы у вас сложилось неправильное впечатление о том, что произошло.

Гортензия улыбнулась и подняла голову от своего планшета.

— О, я думаю, что правильно все поняла. Вы сказали, что ваша помощница наложила замораживающее заклинание на людей в зале на неопределенный период времени. Вы же понимаете, что это противоречит кодексу ведьм? — спросила Гортензия, перебирая записи, прикрепленные к планшету. — Раздел четырнадцать, подраздел двадцать три категорически запрещает одной ведьме накладывать замораживающее заклинание на другую ведьму без ее ведома, не имея свидетелей происходящему.

— Там была еще одна ведьма, на которую не распространилось действие замораживающего заклинания, — сказала Амелия, и тут же пожалела о своих словах.

— Правда? — спросила Гортензия, изогнув бровь. — И кто же эта ведьма?

Амелия открыла род, решая, с чего лучше начать объяснения.

— Имя этой ведьмы? — снова спросила Гортензия.

— Ну…

— Мисс Кэкл, вы же знаете, кто это был?

— Ну да.

— Значит, вы можете назвать ее имя?

Амелия прикрыла глаза, понимая, что у нее нет другого выхода.

— Это была Милдред Хаббл.

Гортензия пролистала записи, прикрепленные к планшету, и достала список сотрудников школы.

— Я не вижу Милдред Хаббл в списке персонала.