Закрытие

— Я просто хочу, чтобы она рассказала нам обо всем, что случилось.

— Она и расскажет. Просто дай ей время.

— Хорошо, хорошо, — наконец уступила Энид. — Но она должна пообещать, что хоть попытается объяснить нам все.

— Я скажу ей. — Мод замолчала, глядя на подругу. — Но до тех пор ты будешь стараться нормально общаться, ладно? — попросила она. — Я думаю, что ей сейчас куда сложнее, чем она говорит.

Взглянув на серьезное выражение лица Мод, Энид улыбнулась.

— С такой подругой как ты, я не думаю, что у Милдред есть, о чем беспокоиться!

— Так ты скажешь ей, что между вами все нормально? — упорствовала Мод, не желая уходить, пока не услышит то, что хотела.

— Как сказала мисс Кэкл, все мы должны сплотиться, чтобы пройти эту проверку, — ответила Энид.

— Почему у меня такое ощущение, что в ближайшие пару недель будет кошмар? — нервно спросила Мод.

Энид улыбнулась.

— Все будет хорошо, — пообещала она.

Ночь медленно опустилась на замок. В то время, как ученицы спали, а кошки и летучие мыши отправились на ночную охоту, некоторые старшие члены коллектива испытывали большие проблемы со сном, чем обычно.

Амелия беспокойно расхаживала по коридорам, любуясь каждым камнем и думая о том, что может сделать Гильдия ведьм, чтобы отнять это у нее.

Имоджен лежала в своей кровати, уставившись в потолок и с сомнением думая о стирающем память заклинании, наверняка наложенном на нее.

Давина ворочалась в кровати, бормоча слишком смелые предложения Экберту Хэлибору, которые никогда бы не решилась высказать ему при встрече.

Констанс толкнула тяжелую деревянную дверь и шагнула в темноту большого зала, вздрогнув, когда порыв холодного воздуха окутал ее. Она никогда не испытывала необходимости много спать, но за прошедшую неделю спать стало невозможно вообще. Ей не хотелось связывать события, произошедшие во время родительского собрания и свою бессонницу, но когда одна бессонная ночь следовала за другой, это уже нельзя было просто проигнорировать.

Констанс отогнала эти мысли прочь, сделав пару шагов по темному, молчаливому залу. Глаза изучили детали комнаты, и женщина убедилась, что ничто не изменилось, ничего не изменили. Большой зал выглядел именно таким, каким они оставили его: изодранные остатки украшений безвольно повисли на почерневших стенах. Женщина щелкнула языком. Нужно было что-то делать, чтобы восстановить ущерб, причиненный большому залу. Это было центральное помещение в школе Кэкл.

Констанс прошла дальше. Ее шаги эхом отдавались по каменным плитам пола. Внезапно пробежавшийся холодок по спине, заставил ее остановиться. Развернувшись на пятках, женщина внимательно посмотрела в самый дальний угол комнаты, уверенная, что там в полумраке, что-то беззвучно шевелилось. Некоторое время она напряженно вглядывалась, а потом глубоко вздохнула. Констанс покачала головой, пытаясь избавиться от чувства неловкости, которое испытала. Существо ушло. Заклинание сделало свою работу и школа была свободна от его влияния. Она сделала еще один шаг. Но если это так, почему она чувствует необходимость приходить сюда каждую ночь и стоя в темноте прислушиваться к чему-то, чего тут явно не было?

Констанс сгибала пальцы, чувствуя, как ее магия отзывается на эти движения. Она сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Ее магия по-прежнему с ней, и еще не было случая, чтобы она подвела свою хозяйку.

Закрыв глаза, женщина застыла на месте, прислушиваясь к магии в воздухе, к тому, как она медленно возвращается, заполняя пустое пространство.

Констанс глубоко вздохнула, ощущая знакомое присутствие магии вокруг. Со временем все придет в норму, ей нужно просто быть терпеливой и позволить событиям идти своим чередом.

Гортензия сидела на полу своей комнаты, по-турецки скрестив ноги, и смотрела на кроваво-красный кристалл, располагающийся перед ней. Она смотрела, как блики света плясали по его поверхности, говоря о том, что сфера была почти готова.

Подхватив волшебную книгу, Гортензия пролистала страницы, ища нужное заклинание. Какая-то ее часть ненавидела пользоваться этим кристаллом. Она ненавидела тот факт, что у нее было недостаточно магии для использования заклинаний. Это была не ее вина в том, что она так и не сдала выпускные экзамены по практике использования заклинаний. Женщина закрыла глаза и попыталась очистить свой разум. Сейчас было не время отвлекаться на вещи, произошедшие много лет назад. Сейчас нужно было сконцентрироваться на восстановлении баланса.

Гортензия прижала книгу пяткой, чтобы она не закрылась. Заклинание стирания памяти было очень опасной вещью. Вещью, которую можно было использовать только в чрезвычайных ситуациях. Голос Хекети Метлы заполнил ее разум. Непрошеный образ бывшей учительницы отчетливо встал перед глазами. Женщина вздохнула и попыталась сконцентрироваться на нужных словах. Она собиралась снять заклинание, наложенное на Имоджен Дрилл. Гортензии удалось кое-что подслушать в коридорах и даже полистать личный дневник самой мисс Дрилл.