Запах смерти в русской традиционной культуре

Особый запах появляется у человека с возрастом. Так, о стариках на Русском Севере говорят, что они «пахнут старостью». Возникший (или приписываемый человеку) запах — первое предвестие смерти. Отсюда и своеобразный образчик полесского «замогильного юмора»: «Будом воняць — закопаюць». Новый, дурной запах, приписываемый старикам, — своеобразная форма отторжения. О дряхлом человеке, приблизившемся к концу жизненного пути, говорят, что он «трупом пахнэ». Среди запахов, упоминаемых в соответствующей фразеологии, чаще всего упоминается запах земли. Про глубокого старика говорят, что «он пахнет землей»(бел, волын, брянск.) или«от него пахнет землей» что неудивительно, ведь именно в ней он вскоре обретет последнее пристанище. Земля как бы проникает в человеческое тело самым материальным образом, а не только посредством запаха. Недаром говорят, что из стариков«песок сыпется». Она как бы проступает наружу, меняя цвет лица и весь облик: «Если земля выступила на лице — [человек] умрет»(костром.). Про потемневшее, почерневшее лицо умирающего говорят, что его«землей заметало»(перм.) или что оно«землей подернулось»(тобол.). Земля, проникшая в тело, не обязательно признак старости, зато она всегда предвещает скорую кончину. По материалам из белорусского Полесья,«если ребенок тяжел на подъем, он долго не проживет, так как в нем больше земли, чем тела, а земля в землю и тянет»; ср. также русское поверье из Пошехонья: «Если ребенок растет пухлым и нежным, то говорят, что его нежит земля. Тоже умрет». Тема притяжения земли — сквозная в рассказах о смерти. Как рассказывала одна информантка-баптистка из с. Речица Ратновского р-на Волынской обл, про человека, который скоро умрет, здесь говорят: «Однэю ногою в вичносты, а другэю ше на земли». «У нас кажуть, людына — як уже умырае — просыцца на землю, шоб по-ложылы. Его земля прытягуе. Як положы на землю, може легше будэ. Тягне до земли, переходы до вичносты. Ох, вичность, вичность, каже, выбырай: або пэкло, або рай. Е две вичносты, трэба выбрат: одна радосна, а другая мучытельная. Выбраты за жызнью на земли: пока ты в живых».

Земля притягивает, манит как суженая. (Исследователи уже не раз обращали внимание на брачные мотивы темы смерти.) Влечет она и воздействием на обоняние того, кто скоро придет в ее объятия или, как говорят белорусы-полещуки, «ажаницца з магилаю, з сырою землею». Она издает соблазнительные, аппетитные запахи, которые может воспринять, «услышать» лишь ее избранник. В Полесье говорят:«Пахтыть (пахнет) ему зэмля. Ужэ мни самому зэмля пахтыть. [Мне] зэмля обаранком пахтыть»(с. Засимы Кобринского р-на Брестской обл.). Ср.:«Иван був з тых людэй, шчо, як кажуть, ему земля яблыками пахне, старый горбатэнький» (с. Бобрик Пинского р-на Брестской обл.).

Страх перед запахом смерти — одна из основных универсалий человечества, поэтому организация похорон подчиняется строгой «обонятельной» регламентации. Длительность срока пребывания покойника в доме зависит от того, как долго не появляются первые признаки разложения.«[У вас хоронят на второй день? ] — То як холодно, то подождуть [приезда родных], а так-от сутки пол ежила, уже зворошили, уже воняе по хатэ»(с. Речица, запись автора, 1997 г.). Запах смерти пытаются скрыть с помощью засушенных пахучих трав, цветов, которые были освящены в церкви на Троицу или на Спаса. Среди других трав упоминают мяту,«пахучую лэпэху». Выбор способа транспортировки тела подчиняется той же необходимости -избежать распространения зловония. Особенно отчетливо эта озабоченность прописана в карпатском похоронном ритуале. П. Г. Богатырев показывает, сколь разнообразны аргументы, с помощью которых местные крестьяне объясняли, почему вол более подходящее животное для перевозки покойника, чем лошадь. Возможно, истинная причина такого выбора — материальная престижность вола как гужевого транспорта: вол стоил намного дороже коня. Но этот социальный аспект далеко не всегда выдвигался на первый план. Информанты скорее предпочитали говорить о практической и о символической стороне дела: «Нехорошо везти покойников на кладбище, как евреев. Лошадь — нечистое животное. Вол — самое чистое животное»; «У лошади — нет дыхания (не мае дыханiе), она не верит в Бога. Вот почему покойников возят не на лошадях, а на волах, и не на телеге, а на санях. Волов нельзя запрячь в телегу, нет такой упряжи»; «Чтобы везти покойника на кладбище, нельзя запрягать лошадей, надо только волов. Это закон. На лошадях возят только евреев, а для русинов нужны волы. Только евреев возят на телегах. А русина нельзя так везти на кладбище, потому что его тело растрясется и начнет смердить».

Запаху смерти приписывается разрушительная сила, которая опасна не только для ближайшего окружения покойника, но и для всего сообщества. Запах смерти заразителен. В Полесье считают, что пока в деревне лежит непогребенный мертвец, женщины стараются не варить обед, иначе он тоже будет пахнуть трупом. Страдают от смрада и сады, которые червивеют, «бо мерц'е везут' откритого»(с.