Меня зовут Лютер Дактэ. Я писатель низкого профиля. Ну, не то, чтобы я сочиняю ужасные прозы.
102 мин, 5 сек 17425
«Солнце зашло за горизонт, и я с трудом различал дорогу. Початки кукурузы, как грозные стражники, не давали мне прохода. Я путался среди этих зарослей, запинаясь о коряги и ругая это чертово поле. Сколько мне еще идти, я не знал. Но мне придется не спать, чтобы не пропустить очередную дверь в иное измерение. Как забавно это слышать.»
Я остановился, потому что услышал незнакомый звук. Это не было похоже на шелест кукурузы. Скорее, это было подобно тому, когда шипит змея, перед тем, как напасть. Я затаился, задержав дыхание. Еще через минуту, мое тело провалилось сквозь землю. Все повторилось в точности до атома. Я расщеплялся, а после мое тело собиралось по кусочкам, вздрагивая от боли. Материя обретала форму. Теперь я стоял в лесу. Передо мной камни, поросшие травой и одиноко стоящее дерево. Кэм, говорила, что я смогу освободить девочку. Я сделал шаг, как увидел, что мимо меня пробежала девочка. Она была красивой, с каштановыми волосами. В пышном платье, персикового цвета, гольфах и босоножках. Я понял, эта девочка и была Камелией. Но почему я вижу ее?
Я проследил за ней, спрятавшись в кустах.
Девочка поднялась на камень и подошла к дереву. Ее лицо озаряла улыбка, а глаза светились. После, позади нее, возникла мужская фигура. Я увидел, что в его руке сверкнул нож, с широким и большим лезвием. Затем крик, и мужчина легко взобравшись на дерево, небрежно запихнул ребенка внутрь, быстро ретировавшись. Самое интересное, как бы я не хотел рассмотреть его лицо, я не видел его. Оно словно было стерто. Как будто эта мелодия, которая так знакома тебе, но ты не помнишь, откуда она. Потом прибежали люди, они обшарили лес и мать, что упала на колени, рыдая, звала Камелию. Ее с трудом вывели из леса, но я все еще слышал, ее плач.
Теперь, я понимаю, почему Кэм не могла смотреть на это. Я поднялся на камень и подошел к дереву. Моя рука потянулась к нему, как на дереве проявились прорези. Я отшатнулся. Дерево широко раскрыла рот, безмолвно крича.
— Я хочу помочь ей! — Закричал я.
— Всего лишь помочь!
Дерево согнулось пополам. Оно с треском выдернуло корни, взметнула их вверх и резко устремила в мою сторону. Корни сжали меня за запястья, так как я прикрывался ими, и грубо притянули к себе. Я был в нескольких миллиметрах от деревянной пасти.
— Нет! — Закричал я, пытаясь вырваться из ее объятий.
— Я хочу помочь Камелии!«Лютер вскочил. Он успел перегнуться через кровать, как его стошнило. Красная жидкость, уродливым пятном расплылось по светлому ковру. Лютер пошел в ванную. Он стоял перед зеркалом, разглядывая свое бледно-серое отражение. После, сунул голову под кран и держал голову под водой, отгоняя жуткое послевкусие кошмара. Затем, промокнув лицо и волосы полотенцем, вернулся в гостиную. Он подошел к мини-бару и налил виски, сделал два жадных глотка и, обернувшись, бросил взгляд на тетрадь, что лежала на кофейном столике.»
— Значит, желаете, чтобы я перечитал записи? Ладно.
Лютер сел в кресло, отставил стакан и пролистал тетрадь, остановившись на предпоследних записях. По мере того, как он читал, его брови ползли вверх, а глаза округлялись.
— Что за бред? — пробубнил он. Лютер бросил взгляд на поля. 1525/1526.
— Что это? Что-то знакомое.
— Он поднялся и прошел по комнате.
— 1525. 1526. Я же знаю, что это. Только не помню. Почему?
Раздался стук в дверь. Лютер обернулся. Он медленно подошел к двери, и прислушался. Еще стук, от которого Лютер вздрогнул. Он распахнул дверь, озираясь по сторонам. На пороге и в коридоре никого. Лютер, уже собрался закрыть дверь, как на пол, звякнула пластинка. Он поднял ее, рассматривая.
— 1525.
— Протянул он и вышел в коридор. Он посмотрел на дверь, что шла следующей.
— 1526. 1525 и 1526 эта номера комнат.
— Лютер вернулся в комнату и, схватив тетрадь, быстро пролистал ее. «Вот, ваш номер 1525. Он самый тихий, и самый уютный». После еще пролистал. «Могу, я узнать в каком номере остановилась Камелия? Красивая брюнетка. Она поет в вашем ресторане? Конечно. Мисс Дакбен остановилась в номере 1526».
— Черт, — выдохнул Лютер — это же мой и номер, Кэм. Но как? Я не понимаю, неужели… — он вспомнил строки из записей, про иную реальность и формы, что имитируют когда-то былых сущностей.
— Получается, когда я входил в лифт, я попадал в другую реальность? — Лютер почесал затылок.
— Сумасшествие какое-то. Я точно схожу с ума.
И тут раздались хлопки в ладоши. Лютер подпрыгнул. Перед ним стоял мужчина в черной одежде. Его лицо было размыто.
Я остановился, потому что услышал незнакомый звук. Это не было похоже на шелест кукурузы. Скорее, это было подобно тому, когда шипит змея, перед тем, как напасть. Я затаился, задержав дыхание. Еще через минуту, мое тело провалилось сквозь землю. Все повторилось в точности до атома. Я расщеплялся, а после мое тело собиралось по кусочкам, вздрагивая от боли. Материя обретала форму. Теперь я стоял в лесу. Передо мной камни, поросшие травой и одиноко стоящее дерево. Кэм, говорила, что я смогу освободить девочку. Я сделал шаг, как увидел, что мимо меня пробежала девочка. Она была красивой, с каштановыми волосами. В пышном платье, персикового цвета, гольфах и босоножках. Я понял, эта девочка и была Камелией. Но почему я вижу ее?
Я проследил за ней, спрятавшись в кустах.
Девочка поднялась на камень и подошла к дереву. Ее лицо озаряла улыбка, а глаза светились. После, позади нее, возникла мужская фигура. Я увидел, что в его руке сверкнул нож, с широким и большим лезвием. Затем крик, и мужчина легко взобравшись на дерево, небрежно запихнул ребенка внутрь, быстро ретировавшись. Самое интересное, как бы я не хотел рассмотреть его лицо, я не видел его. Оно словно было стерто. Как будто эта мелодия, которая так знакома тебе, но ты не помнишь, откуда она. Потом прибежали люди, они обшарили лес и мать, что упала на колени, рыдая, звала Камелию. Ее с трудом вывели из леса, но я все еще слышал, ее плач.
Теперь, я понимаю, почему Кэм не могла смотреть на это. Я поднялся на камень и подошел к дереву. Моя рука потянулась к нему, как на дереве проявились прорези. Я отшатнулся. Дерево широко раскрыла рот, безмолвно крича.
— Я хочу помочь ей! — Закричал я.
— Всего лишь помочь!
Дерево согнулось пополам. Оно с треском выдернуло корни, взметнула их вверх и резко устремила в мою сторону. Корни сжали меня за запястья, так как я прикрывался ими, и грубо притянули к себе. Я был в нескольких миллиметрах от деревянной пасти.
— Нет! — Закричал я, пытаясь вырваться из ее объятий.
— Я хочу помочь Камелии!«Лютер вскочил. Он успел перегнуться через кровать, как его стошнило. Красная жидкость, уродливым пятном расплылось по светлому ковру. Лютер пошел в ванную. Он стоял перед зеркалом, разглядывая свое бледно-серое отражение. После, сунул голову под кран и держал голову под водой, отгоняя жуткое послевкусие кошмара. Затем, промокнув лицо и волосы полотенцем, вернулся в гостиную. Он подошел к мини-бару и налил виски, сделал два жадных глотка и, обернувшись, бросил взгляд на тетрадь, что лежала на кофейном столике.»
— Значит, желаете, чтобы я перечитал записи? Ладно.
Лютер сел в кресло, отставил стакан и пролистал тетрадь, остановившись на предпоследних записях. По мере того, как он читал, его брови ползли вверх, а глаза округлялись.
— Что за бред? — пробубнил он. Лютер бросил взгляд на поля. 1525/1526.
— Что это? Что-то знакомое.
— Он поднялся и прошел по комнате.
— 1525. 1526. Я же знаю, что это. Только не помню. Почему?
Раздался стук в дверь. Лютер обернулся. Он медленно подошел к двери, и прислушался. Еще стук, от которого Лютер вздрогнул. Он распахнул дверь, озираясь по сторонам. На пороге и в коридоре никого. Лютер, уже собрался закрыть дверь, как на пол, звякнула пластинка. Он поднял ее, рассматривая.
— 1525.
— Протянул он и вышел в коридор. Он посмотрел на дверь, что шла следующей.
— 1526. 1525 и 1526 эта номера комнат.
— Лютер вернулся в комнату и, схватив тетрадь, быстро пролистал ее. «Вот, ваш номер 1525. Он самый тихий, и самый уютный». После еще пролистал. «Могу, я узнать в каком номере остановилась Камелия? Красивая брюнетка. Она поет в вашем ресторане? Конечно. Мисс Дакбен остановилась в номере 1526».
— Черт, — выдохнул Лютер — это же мой и номер, Кэм. Но как? Я не понимаю, неужели… — он вспомнил строки из записей, про иную реальность и формы, что имитируют когда-то былых сущностей.
— Получается, когда я входил в лифт, я попадал в другую реальность? — Лютер почесал затылок.
— Сумасшествие какое-то. Я точно схожу с ума.
И тут раздались хлопки в ладоши. Лютер подпрыгнул. Перед ним стоял мужчина в черной одежде. Его лицо было размыто.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 21 из 27
