Настойчивый стук вырвал Анри из власти сна. Капитан гвардии открыл глаза и осмотрелся. В комнате царил полумрак, разгоняемый лишь слабоватым светом полной луны. Капитан слабо зарычал и помотал головой, отгоняя остатки сна. Стук повторился. Кто-то продолжал нагло ломиться в спальню мессира Анри Де Волта несмотря на то, что на дворе стояла кромешная ночь.
378 мин, 19 сек 18728
Раван, тот стражник, который убежал с улицы Грез, сжал в руках мушкет с прикрепленным к нему штыком и попятился, затравленно озираясь. Один из каннибалов, оскалившись, бросился на него, однако тут же был отброшен назад ударом приклада. И тут же Раван вонзил штык в грудную клетку. Туда, где должно биться сердце. Напавший пошатнулся, но выстоял, уставившись на Равана. И тому на секунду почудилось, что нападавший насмешливо улыбается. Раван тут же отпустил ружье и попятился, спиной наткнувшись на какое-то препятствие. Мигом обернулся.
Перед Раваном, пошатываясь и рыча, стоял, держа в одной руке алебарду, Жастин. Топор волочился за стражником по мостовой, звеня от ударов о камни. Мундир сержанта был заляпан бурыми пятнами крови, а из шеи был вырван огромный кусок плоти. Жастин вцепился в мигом побледневшего Равана, впившись заоравшему в лицо. Сержант выполнил свое обещание найти и убить предателя и беглеца.
Анри разрубил одному из напавших голову, и оттолкнул тело пинком сапога. Тяжело дыша, осмотрелся. Из трех десятков гвардейцев на ногах стояло лишь пятеро. Многие каннибалы уже сидели на карачках, облепив лежавших на земле орущих стражников, с рычанием вгрызаясь в еще теплую плоть. Остальные нападали на гвардейцев. Причем, делали это весьма своеобразным способом: пытались ухватить гвардейцев своими цепкими руками. А вот если хватали, то уже не выпускали свою жертву, ни при каких обстоятельствах. Всё закончилось за пару минут. Нападавших было слишком много.
— Отходим, — скомандовал Анри. — Фигаро — беги со всех ног к ратуше. Скажи звонарю, чтоб бил тревогу. Вольтер, — капитан поискал глазами в толпе юного курьера. И, с облегчением заметив отбивавшегося от одного из каннибалов юношу, крикнул: — Седлай коня. Скачи в сторону Боннара. В десяти лигах отсюда стоит рота мушкетеров Альвареса. Передай, чтоб выступал в город немедленно. Приказ губернатора Россини. Понял?
Юноша кивнул и, пинком оттолкнув нападавшего, бросился к воротам. Анри и Фигаро бросились вслед. Гри плечом сбил одного из каннибалов с ног, вонзив поверженному навзничь противнику саблю в живот и, убедившись, что это не произвело ровным счетом никакого эффекта, плюнул и побежал, оставив саблю в поднимавшемся на ноги каннибале. Однако, один из шатающихся по двору Университета каннибал, ловко схватил его за рукав мундира, впиваясь острыми зубами в предплечье. Гри истошно заорал, отбиваясь от вурдалака, но все было тщетно.
***
Улицы начали потихоньку оживать. Нарядно одетые люди стекались к Площади Собрания, где уже началась подготовка к проведению Ярмарки. Настроение у всех было праздничное. И хотя многие слышали те ужасные крики прошлой ночью, почти никто не придал этому значения. Сейчас же на улицах все тихо, спокойно? Доблестная стража разберется с любыми неприятностями. Ведь они день и ночь на посту. Патрулируют улицы, заботясь о спокойном сне жителей.
Первая тревожная весть пришла уже тогда, когда площадь была уже заполонена народом. Весть о том, что на улице Виноделов, улице Грез и еще паре улиц Центрального района ночью происходили какие-то странные дела. Рассказывали о людях, одетых в белые рубахи душевнобольных из лечебницы Святого Симона, о нескольких пропавших патрулях гвардейцев. Однако трупов на улицах стража поутру не обнаружила. Какие-то следы борьбы, кровь, обрывки одежды. А тела словно испарились. Стражники развели руками и вернулись к своим обязанностям, занимая патрульные позиции вокруг площади, на которой уже начали громко кричать балаганные зазывалы. Рабочие быстро сколачивали помосты, на которых вскоре начнутся выступления актеров, жонглеров, фокусников и дрессировщиков. Вокруг строившихся помостов уже сновали балаганщики, распаковывая свое имущество. Обычно, все приготовления делались за ночь до ярмарки, однако в этот раз комендантский час закрыл всех по домам да тавернам. Лошади — тяжеловозы уже завозили на площадь огромные деревянные бочки с пивом. К ним тут же потянулся праздношатающийся люд. А торговцы едой уже быстро раскладывали снедь на лотках. Еда была самая разнообразная: рыба, сушеная, вяленая, копченая, мясо, солонина, жареные окорока, запечённая птица, различные маринованные и засоленные овощи, сушеные фрукты, орехи, свежевыпеченные булочки, калачи, обжаренный со специями хлеб. Всего и не перечесть. Некоторые торговцы носили свои лотки по площади, криком зазывая попробовать его товар, другие же удобно разложили свой богатый ассортимент на деревянных тарелках и блюдах. По всей площади распространился одуряющий аромат.
Перед Раваном, пошатываясь и рыча, стоял, держа в одной руке алебарду, Жастин. Топор волочился за стражником по мостовой, звеня от ударов о камни. Мундир сержанта был заляпан бурыми пятнами крови, а из шеи был вырван огромный кусок плоти. Жастин вцепился в мигом побледневшего Равана, впившись заоравшему в лицо. Сержант выполнил свое обещание найти и убить предателя и беглеца.
Анри разрубил одному из напавших голову, и оттолкнул тело пинком сапога. Тяжело дыша, осмотрелся. Из трех десятков гвардейцев на ногах стояло лишь пятеро. Многие каннибалы уже сидели на карачках, облепив лежавших на земле орущих стражников, с рычанием вгрызаясь в еще теплую плоть. Остальные нападали на гвардейцев. Причем, делали это весьма своеобразным способом: пытались ухватить гвардейцев своими цепкими руками. А вот если хватали, то уже не выпускали свою жертву, ни при каких обстоятельствах. Всё закончилось за пару минут. Нападавших было слишком много.
— Отходим, — скомандовал Анри. — Фигаро — беги со всех ног к ратуше. Скажи звонарю, чтоб бил тревогу. Вольтер, — капитан поискал глазами в толпе юного курьера. И, с облегчением заметив отбивавшегося от одного из каннибалов юношу, крикнул: — Седлай коня. Скачи в сторону Боннара. В десяти лигах отсюда стоит рота мушкетеров Альвареса. Передай, чтоб выступал в город немедленно. Приказ губернатора Россини. Понял?
Юноша кивнул и, пинком оттолкнув нападавшего, бросился к воротам. Анри и Фигаро бросились вслед. Гри плечом сбил одного из каннибалов с ног, вонзив поверженному навзничь противнику саблю в живот и, убедившись, что это не произвело ровным счетом никакого эффекта, плюнул и побежал, оставив саблю в поднимавшемся на ноги каннибале. Однако, один из шатающихся по двору Университета каннибал, ловко схватил его за рукав мундира, впиваясь острыми зубами в предплечье. Гри истошно заорал, отбиваясь от вурдалака, но все было тщетно.
***
Улицы начали потихоньку оживать. Нарядно одетые люди стекались к Площади Собрания, где уже началась подготовка к проведению Ярмарки. Настроение у всех было праздничное. И хотя многие слышали те ужасные крики прошлой ночью, почти никто не придал этому значения. Сейчас же на улицах все тихо, спокойно? Доблестная стража разберется с любыми неприятностями. Ведь они день и ночь на посту. Патрулируют улицы, заботясь о спокойном сне жителей.
Первая тревожная весть пришла уже тогда, когда площадь была уже заполонена народом. Весть о том, что на улице Виноделов, улице Грез и еще паре улиц Центрального района ночью происходили какие-то странные дела. Рассказывали о людях, одетых в белые рубахи душевнобольных из лечебницы Святого Симона, о нескольких пропавших патрулях гвардейцев. Однако трупов на улицах стража поутру не обнаружила. Какие-то следы борьбы, кровь, обрывки одежды. А тела словно испарились. Стражники развели руками и вернулись к своим обязанностям, занимая патрульные позиции вокруг площади, на которой уже начали громко кричать балаганные зазывалы. Рабочие быстро сколачивали помосты, на которых вскоре начнутся выступления актеров, жонглеров, фокусников и дрессировщиков. Вокруг строившихся помостов уже сновали балаганщики, распаковывая свое имущество. Обычно, все приготовления делались за ночь до ярмарки, однако в этот раз комендантский час закрыл всех по домам да тавернам. Лошади — тяжеловозы уже завозили на площадь огромные деревянные бочки с пивом. К ним тут же потянулся праздношатающийся люд. А торговцы едой уже быстро раскладывали снедь на лотках. Еда была самая разнообразная: рыба, сушеная, вяленая, копченая, мясо, солонина, жареные окорока, запечённая птица, различные маринованные и засоленные овощи, сушеные фрукты, орехи, свежевыпеченные булочки, калачи, обжаренный со специями хлеб. Всего и не перечесть. Некоторые торговцы носили свои лотки по площади, криком зазывая попробовать его товар, другие же удобно разложили свой богатый ассортимент на деревянных тарелках и блюдах. По всей площади распространился одуряющий аромат.
Страница 18 из 107
