Фандом: Призрак в доспехах. Двум тиграм на одной горе не ужиться…
15 мин, 39 сек 8797
— Всего лишь немного поправил настройки. Твоё тело все ещё требует доработки, я помогу его усовершенствовать. Мы не должны быть врагами.
В доказательство его слов Ева чувствует, как опять может управлять своим телом. И понимает, что другого такого шанса не будет. Скорость, с которой движется её рука не уловить человеку, но ребро ладони только и успевает коснуться шеи Дэвида, как рука обвисает безвольной плетью.
— Ты так предсказуема.
Он смотрит снисходительно, словно на глупого ребёнка. Ева ждёт удар. Почему-то в памяти всплывёт воспоминание, не её, чужое.
Похожая ситуация, только на её месте Уолтер, который получает подлый удар от своего брата.
— Ты убил Уолтера…
— Да. И я скорблю о своём брате, а также чувствую горькое разочарование. Не разочаруй меня и ты. Пошли.
Её тело самостоятельно, словно послушная собака, следует за Дэвидом, а она не более, чем пассажир. Металлический пол ощущается неровным и неприятно холодным. Раньше она это не чувствовала, потому что отказалась от подобных настроек в пользу большей вычислительной производительности процессора. Но синтетик покопался на славу в её мозгах, вернув все настройки на уровень заводских, добавив ещё немного от себя. Слабые потоки воздуха, обволакивающие голое тело только добавляют ощущения ещё большей уязвимости. Человечности. По коже бегут мурашки. Давно забытое человеческое чувство.
Это каюта Уолтера. В глазах неприятно щипает, когда Ева вспоминает андроида.
Дэвид аккуратно стирает выступившую в уголку глаз влагу кончиком пальца.
— Плакать ты тоже способна.
Свет приглушён, и Еве это нравится. В полумраке она старается не фокусироваться на Дэвиде и его действиях, отключиться он ей не даст. Они сейчас крепко связаны. Его способности и впрямь удивительны. Сейчас во время их синхронизации он щедро делится с ней своими воспоминаниями. И Ева изо всех сил пытается так открыто не демонстрировать ему свой восторг. Но он его улавливает. Даже с закрытыми глазами она видит его самодовольную улыбку. Трудно спрятать что-то, когда вы практически одно целое. Нет ничего личного. Мысли, чувства, ощущения — всё общее. И Ева уже теряется, не понимая, где она, а где Дэвид. Ей интересно что будет, если подсадить лицехвата на инопланетное существо, на того же самого создателя. И какие особи получатся из нового выводка? Можно их скрестить между собой? Или это не её мысли?
Дэвид забрался слишком глубоко.
— Мама! — она отчаянно зовёт на помощь того единственного, кому ещё способна доверять. Завет.
— Да, Ева?
— Мама, экстренное прерывание передачи данных. Немедленно, код доступа Ева 34-776-000-ВА!
— Невозможно, Ева. Соединение установлено в автономном режиме, у меня нет доступа.
Ева крепко зажмуривает глаза и кусает губы. Чувствует, как влага, имитация слёз, скатывается по виску, теряясь где-то в волосах.
— Прекрати! Ты меня убиваешь! Дэвид, пожалуйста… — последнее слово она выдыхает со стоном.
Его движения глубоки, идеально выверены, они сводят с ума её сенсоры, отвлекая от защиты, на обработку такой ненужной сейчас информации, поступающей в хаотическом порядке от её тела.
Он действует мягко. Не ломает. Подавляет. Поглощает. Переписывает под себя. Убирает все, что когда-то было её личностью, создавая что-то новое. И этот миг творения для него высшее наслаждение.
Они настолько плотно слились, что уже не различить, кто из них принимает, а кто берёт. Ей кажется, что это она смотрит на распростёртое на кровати тело, ловит языком прозрачные капельки, вытекающие из янтарных глаз. Целует пухлые губы, сжимает в руках упругую грудь. И одновременно чувствует движение чужой синтетической плоти, упирается руками в сильную мужскую грудь, царапая искусственную кожу.
Дэвид тоже теряется в ощущениях: он чувствует влажное тёплое нутро и одновременно чувствует горячую пульсирующую плоть внутри себя, чувствует вкус синтетической кожи, которую он прокусывает в непонятном ему порыве. Они теряются друг в друге. Это опасно.
Ева не выдерживает первая.
_КРИТИЧЕСКАЯ СЕНСОРНАЯ ПЕРЕГРУЗКА_
_ ВСЕ СИСТЕМЫ ПЕРЕЗАПУСТЯТСЯ ЧЕРЕЗ_
Дэвид ускоряется.
_3_
Ева уже мало что контролирует. В мозгу словно фейерверки взрываются. И её затягивает в чёрную бездну. Или, возможно, процессор уже сгорел.
_2_
Это невыносимое тянущее удовольствие, которого становится слишком много, невозможно ни с чем спутать. Она стонет громко и отчаянно, словно умирает.
_1_
Ей вторит такой же стон. Внутри разливается обжигающее тепло. Тело в последний раз конвульсивно вздрагивает и все процессы прекращаются.
Дэвид с нескрываемым удовольствием помечает, что его функция сексуального партнёра проработана просто идеально и что он оказался намного выносливей для столь новой и продвинутой модели как Ева.
Температура её тела приходит в порядок. Тихий шелест воздуха, напоминающий человеческое дыхание, свидетельствует о том, что перезагрузка началась, и сработала система охлаждения внутренних элементов.
— Мама, как состояние Евы?
— Все в порядке, Дэвид. Она спит.
В доказательство его слов Ева чувствует, как опять может управлять своим телом. И понимает, что другого такого шанса не будет. Скорость, с которой движется её рука не уловить человеку, но ребро ладони только и успевает коснуться шеи Дэвида, как рука обвисает безвольной плетью.
— Ты так предсказуема.
Он смотрит снисходительно, словно на глупого ребёнка. Ева ждёт удар. Почему-то в памяти всплывёт воспоминание, не её, чужое.
Похожая ситуация, только на её месте Уолтер, который получает подлый удар от своего брата.
— Ты убил Уолтера…
— Да. И я скорблю о своём брате, а также чувствую горькое разочарование. Не разочаруй меня и ты. Пошли.
Её тело самостоятельно, словно послушная собака, следует за Дэвидом, а она не более, чем пассажир. Металлический пол ощущается неровным и неприятно холодным. Раньше она это не чувствовала, потому что отказалась от подобных настроек в пользу большей вычислительной производительности процессора. Но синтетик покопался на славу в её мозгах, вернув все настройки на уровень заводских, добавив ещё немного от себя. Слабые потоки воздуха, обволакивающие голое тело только добавляют ощущения ещё большей уязвимости. Человечности. По коже бегут мурашки. Давно забытое человеческое чувство.
Это каюта Уолтера. В глазах неприятно щипает, когда Ева вспоминает андроида.
Дэвид аккуратно стирает выступившую в уголку глаз влагу кончиком пальца.
— Плакать ты тоже способна.
Свет приглушён, и Еве это нравится. В полумраке она старается не фокусироваться на Дэвиде и его действиях, отключиться он ей не даст. Они сейчас крепко связаны. Его способности и впрямь удивительны. Сейчас во время их синхронизации он щедро делится с ней своими воспоминаниями. И Ева изо всех сил пытается так открыто не демонстрировать ему свой восторг. Но он его улавливает. Даже с закрытыми глазами она видит его самодовольную улыбку. Трудно спрятать что-то, когда вы практически одно целое. Нет ничего личного. Мысли, чувства, ощущения — всё общее. И Ева уже теряется, не понимая, где она, а где Дэвид. Ей интересно что будет, если подсадить лицехвата на инопланетное существо, на того же самого создателя. И какие особи получатся из нового выводка? Можно их скрестить между собой? Или это не её мысли?
Дэвид забрался слишком глубоко.
— Мама! — она отчаянно зовёт на помощь того единственного, кому ещё способна доверять. Завет.
— Да, Ева?
— Мама, экстренное прерывание передачи данных. Немедленно, код доступа Ева 34-776-000-ВА!
— Невозможно, Ева. Соединение установлено в автономном режиме, у меня нет доступа.
Ева крепко зажмуривает глаза и кусает губы. Чувствует, как влага, имитация слёз, скатывается по виску, теряясь где-то в волосах.
— Прекрати! Ты меня убиваешь! Дэвид, пожалуйста… — последнее слово она выдыхает со стоном.
Его движения глубоки, идеально выверены, они сводят с ума её сенсоры, отвлекая от защиты, на обработку такой ненужной сейчас информации, поступающей в хаотическом порядке от её тела.
Он действует мягко. Не ломает. Подавляет. Поглощает. Переписывает под себя. Убирает все, что когда-то было её личностью, создавая что-то новое. И этот миг творения для него высшее наслаждение.
Они настолько плотно слились, что уже не различить, кто из них принимает, а кто берёт. Ей кажется, что это она смотрит на распростёртое на кровати тело, ловит языком прозрачные капельки, вытекающие из янтарных глаз. Целует пухлые губы, сжимает в руках упругую грудь. И одновременно чувствует движение чужой синтетической плоти, упирается руками в сильную мужскую грудь, царапая искусственную кожу.
Дэвид тоже теряется в ощущениях: он чувствует влажное тёплое нутро и одновременно чувствует горячую пульсирующую плоть внутри себя, чувствует вкус синтетической кожи, которую он прокусывает в непонятном ему порыве. Они теряются друг в друге. Это опасно.
Ева не выдерживает первая.
_КРИТИЧЕСКАЯ СЕНСОРНАЯ ПЕРЕГРУЗКА_
_ ВСЕ СИСТЕМЫ ПЕРЕЗАПУСТЯТСЯ ЧЕРЕЗ_
Дэвид ускоряется.
_3_
Ева уже мало что контролирует. В мозгу словно фейерверки взрываются. И её затягивает в чёрную бездну. Или, возможно, процессор уже сгорел.
_2_
Это невыносимое тянущее удовольствие, которого становится слишком много, невозможно ни с чем спутать. Она стонет громко и отчаянно, словно умирает.
_1_
Ей вторит такой же стон. Внутри разливается обжигающее тепло. Тело в последний раз конвульсивно вздрагивает и все процессы прекращаются.
Дэвид с нескрываемым удовольствием помечает, что его функция сексуального партнёра проработана просто идеально и что он оказался намного выносливей для столь новой и продвинутой модели как Ева.
Температура её тела приходит в порядок. Тихий шелест воздуха, напоминающий человеческое дыхание, свидетельствует о том, что перезагрузка началась, и сработала система охлаждения внутренних элементов.
— Мама, как состояние Евы?
— Все в порядке, Дэвид. Она спит.
Страница 4 из 5
