Завтра будет чума

— Катерина была больна и это было видно, а тому мужику не повезло.

— Отец Федора сказал, что в городе беспорядки. Откуда мы знаем, что там также батальон по Невскому не проходит наперевес с оружием и расстреливая каждого, кто им на глаза попадется, — начал горячится я. Воспоминание о сестре пробудило во мне все воспоминание о двух прошедших днях.

— В любом случае, — перебил нас Федя. — Нам нужно починить машину. Я тебе помогу. Ира, приготовь нам что-нибудь поесть. Ночь длинная предстоит.

Глава 25

— Я бы сейчас с радостью спать завалилась, — проворчала Ира, однако все же пошла в дом.

Федя насмешливо посмотрел ей вслед.

— После всех этих событий её ещё может клонить в сон?

— Мне кажется, что тут больше обычного женского ворчания, чем правды, — усмехнулся и оглянувшись на машину, вновь окинул её взглядом.

— Попробуем завести? Нужно для начала понять, на что мы можем рассчитывать.

— От её потенциала?

Федя усмехнулся и, открыв дверцу, ловко забрался за руль.

— Да, точно. А мы все ещё о машине говорим?

Покачав головой, я отметил, что последние несколько часов настроение у него было более приподнятое. Оно и не удивительно: до него дозвонился отец, мы едем в город и, что немаловажно, сейчас мы в безопасности. В теперешних условиях это много стоит.

Тем временем ведя повернул ключ и я, отчетливо услышал, как старенький мерин откашливаясь пытается завестись, к сожалению, пока безуспешно. Спустя секунд десяти после безуспешных попыток, он откинулся на сиденье и, зажав губу, снова повернул в замке ключ.

— Это бесполезно, — покачал головой я.

— Может аккумулятор сдох?

— Может, — согласился я. — Ты вообще в них разбираешься?

— Ты даже понятия не имеешь, насколько это сейчас для меня сложный вопрос.

Я удивился, но ничего не ответил, рассчитывая, что он и так сейчас постарается мне все объяснить. И я оказался прав.

— Мой отец, — начал он, что-то нашарив под рулем, потянул ручку открывания капота на себя вылез из водительского кресла, — обожал в машинах копаться. Хотел, чтобы я также был одержим всякими тачками и всем прочим. Но это явно не мое. Хотя во всяких сырых гаражах, я провел почти все свое детство. Единственное, что я уяснил: ты никогда не поймешь причину поломки, если не будешь иметь понятия как все работает.

— И?

— И я знаю, как устроен и как работает двигатель. То есть чисто научный подход, — подхватил он и открыв капот начал разглядывать внутренности Мерседеса. — А ты разбираешься?

— Больше интуитивно.

— Для наших обстоятельств большего и не нужно, — кивнул Федя.

— Смотри, — сказал я, указывая на двигатель, — машинка-то на дизеле.

— Тем проще и, кстати, дешевле.

— Чувствую я, твои деньги пока останутся бесполезными бумажками. Сейчас это совсем неважно.

— Тут есть ещё один аккумулятор, — Федя обратил внимание на темный угол гаражного помещения.

Я подошел к Федору, который склонившись рассматривал устройство.

— Ну что? Проверим нашу теорию?

— А что ещё остается? Вытащи пока старый из машины.

Я направился к открытому капоту и мельком взгляд вновь скользнул на недавно убитом человеке, который все ещё лежал на траве.

— Ты знаешь, что это?

Мне не пришлось пояснять Федору, что я имел ввиду. Он ответил не сразу. Взяв не без труда в руки аккумулятор, и повернувшись ко мне лицом, я заметил, как он слегка напрягся, тоже кинув взгляд на неподвижный труп.

— Не было особо времени подумать. Я вспомнил про метаморфозы у собаки, которую разделывала меньше суток назад Ирка. Про потертую шерсть, про язвы, про изменившуюся грудную клетку… — с тяжелым вздохом он водрузил аккумулятор на край капота и посмотрел на меня. — Я думаю, что болезнь способна изменить организм зараженного. Медленно, но, как мы видим, верно.

Признаться, у меня витала в голове подобная мысль, но я всеми силами не хотел её допустить. Несколько секунд мы молчали, невольно слушая громкий стрекот ночных насекомых, повисшего над округой.

— Они стихли, — заметил Федя. — Там, за воротами.

— Слышу, — отозвался я. — Но ненадолго. Стоит нам завести эту, как я думаю, «тарахтелку» — сбежится вновь вся округа. Давай проверим аккумулятор. Я все же надеюсь, что все дело в нем.

— Давай, — моментально согласился Федор.

Я снял источник питания машины и подсоединил вместо него, тот, что притащил из угла Федя.

— Ну, что? Пробуем? — спросил я, и не дожидаясь ответа сел за руль автомобиля. Даже до конца не провернув ключ, я понял, что все дело было в аккумуляторе. Сверху на панели зажглись оранжевые датчики, оповещая об открытых дверцах, и о недостаточном уровне бензина. Как я и предполагал машина громко, словно откашлявшись, завелась.

— Отлично! — крикнул Федя, и дал мне знак рукой, чтобы я заглушил двигатель, но я не торопился, решив, что неплохо было бы проехать хотя бы несколько метров вперед, чтобы оценить до конца состояние простоявшего здесь, бог знает сколько, мерина. Я выжал сцепление и раздались громкие методичные стуки, и спустя несколько рывков вперед заглохла.