Зеркальное отражение

― Я нашла то место, через которое в нашу страну проникло зло, ― сказала фея. Она уже успела поправить причёску и взмахом палочки отчистить себя от грязи и даже в грубой одежде была неотразима. ― Это небольшая полянка в лесу, она находится недалеко от владений короля Тонконюха. На полянке стоит небольшое возвышение вроде обложенной камнем трубы, которая заканчивается отверстием. Из этого отверстия проникает серый туман.

― Так он будет оттуда течь до тех пор, пока не покроет всю нашу страну и не разрушит её? ― с ужасом спросил Прем Кокус. В толпе собравшихся, которые слушали Стеллу, раздался женский плач.

― Кто-то снял печать, которой Гуррикап замкнул антипод нашей страны, ― сказала Стелла. ― Я пыталась закрыть проход своими чарами, но их сносит и утягивает внутрь. Ведь не только зло проникает сюда, но и всё доброе утекает на другую сторону. Я не рискнула проникнуть туда тоже и не знаю, сколько там осталось тумана, но я сделала из бумаги птичку, привязала на нитку и отправила туда. Она сообщила мне, что на той стороне находится такое же место, как и здесь, только гораздо более недоброе.

― Но это антипод той страны, которую только что создал Гуррикап, или на той стороне есть свой Изумрудный город? ― спросил Урфин. ― Если второе, может, получится договориться с тамошним правителем, вдруг у него есть своя печать, чтобы закрывать проход с той стороны?

― Не думаю, ― возразила Стелла и поёжилась, наверное, от того, что солнце совсем не грело. ― Если правитель и есть, он наверняка заинтересован в поражении и порабощении нашей страны.

― Но что же нам делать? ― спросил кто-то позади Урфина, и он, обернувшись, узнал Фе-Мая.

― Противостоять злу, пока печать не будет найдена и возвращена на место, ― сказала Стелла.

― Но как? ― уточнил кто-то из Жевунов. ― Зло ― оно же страшное! А это даже посильнее Арахны будет!

Его поддержали. Стелла жестом установила тишину.

― Если зло не сможет проникнуть в вашу душу, то вы уже победили, ― сказала она. ― И дело вовсе не в том, кто больше по размеру или у кого больше оружия.

Урфин мысленно восхитился: парой фраз она заставила задуматься всех собравшихся.

От входа в Пещеру примчался Тини, громко крича и размахивая руками.

― Отойдите все подальше! ― велел он. ― И вон тот вертолёт отгоните тоже!

Наступал важный момент; развёрнутый лагерь опустел за несколько минут, все жались поближе к лесу. Грохнул взрыв, что-то рухнуло, Урфин зажал уши, дети разревелись, а из Пещеры поднялся столб пыли.

― Я могу помочь укрепить своды, ― сказала Стелла, когда гул затих. ― Пока что не было обвалов, горы ведь ещё не сдвигались?

― Было бы замечательно, ― ответил Адиэ.

― Обвал возможен в любую минуту, ― заметил Бу-Сан. Он держал горсть тех пластинок, которые были настолько чуткими, что улавливали малейшие колебания. ― Нужно немного подождать и тогда уже идти смотреть результат.

― Узконаправленный взрыв мог и помочь, ― задумчиво промолвил Ружеро, ― насколько я в этом понимаю.

― Не теперь, потому что мешает изгиб коридора, ― поправил Тини. ― Стихло вроде, пойдём. Остальные, стойте тут!

Урфин послушался вместе со всеми и следил, как геологи и взрывотехники удаляются от них. Он смертельно устал и ему хотелось сдаться. Так уже бывало, и ничем хорошим это не кончалось, поэтому он отогнал это желание и заставил себя стоять прямо и следить за тем, что происходит у Пещеры. Ему уже не было ничего жалко, ни погибший урожай, ни окаменевших гномов, ни одичавшего Гуамоко. Всё когда-нибудь приходит к концу, не его вина, что пришлось быть свидетелем, просто так сложилось.

С неба медленно осыпались какие-то клочья, поднятые в воздух взрывом, летел пепел от костров, подхваченный воздушной волной.

― А это ещё что? ― спросил Урфин и посмотрел на небо, которое быстро затягивало высокими и плотными серыми облаками. ― Крошка какая-то…

На его ладони белые крошки мигом превратились в капли воды, и только тут он сообразил: в Волшебной стране пошёл снег.

Раскапывание Пещеры и укрепление сводов началось тут же. Стелла без страха вошла в обвалившийся коридор и стала водить волшебной палочкой, указывая на стены и потолок.

― Но всё же поторопитесь, ― сказала она, перешагивая через обломки камней. ― Если горы решат рухнуть, то моя магия их не удержит. Это же колдовство гораздо более сильного волшебника.

― Что вы имели в виду, когда говорили о том зле, которое увело полковника Мон-Со? ― спросил Урфин, помогая фее спуститься по заваленной камнями дороге вниз к лагерю.

― Я полагаю, что этот туман в некотором смысле разумен, но не стала пугать людей, ― ответила Стелла, опираясь на его руку. ― Возможно, он читает мысли ― и претворяет в жизнь самые плохие.

― То есть, нам теперь надо бояться собственной фантазии? ― не выдержал Урфин. ― Так чьей же фантазией было то зло?

― Я этого не знаю, ― сказала Стелла. ― Но если у тумана или у того, что за ним стоит по ту сторону, есть персонификация, то это плохо.