Зеркальное отражение

― Ты спишь, ― прошептал он. ― Ты спишь в анабиозе, пока «Диавона» несётся к Беллиоре. Ты спишь, и тебе снится Волшебная страна, созданная Гурикапом. Снятся феи, снятся Элли и её сестра Энни, снятся твои приключения… Какой яркий сон начался у тебя на том самом спуске в подвал, когда ты забыл, куда идёшь и зачем! Это сон, мой Илле, ― и побег, и дружба, и любовь… которую ты, впрочем, путаешь с благодарностью за помощь. Потому что любви не бывает, и не бывает, чтобы мучители раскаялись, а рабы не позабыли о свободе. Наоборот, рабы из последних сил держатся за свои цепи, и никто из их хозяев не признается, что был неправ, когда наслаждался, мучая тех, кто не может дать отпор. Спи, Илле, и пусть тебе снится волшебство и чудеса, драконы, пещеры и ходячие замки. А потом ты проснёшься и будешь смотреть, как «Диавона» расстреливает с орбиты беллиорские города…

― Значит, мне нечего бояться, ― так же шёпотом ответил Ильсор. Голос его дрожал, в глазах стояли слёзы, и он плохо видел склоняющееся над ним лицо. ― Значит, смерти нет ни для меня, ни для тех, кого я люблю. Значит, здесь и сейчас мне можно всё.

Лицо его кривилось, голос прерывался, по вискам ручьями стекали слёзы.

― Ничего не было, ничего не было, ― бессвязно твердил он, ― и тебя нет, а значит, поцелуй меня, потому что я так хочу!

Даже сквозь слёзы он рассмотрел, как тёмный улыбается и как прекрасно становится его лицо.

― Ты понял, Илле, ― произнёс тёмный, склоняясь совсем низко. Губ касалось его дыхание, в котором не было тепла. ― Ты всё понял, ты умница, Илле. Я знал, что ты справишься.

Ильсор, желая прервать его, подался ему навстречу, раскрылся, поддаваясь напору, глухо застонал и обхватил поперёк спины, зарылся пальцами в густые спутанные волосы, теперь на удивление чистые. Он цеплялся за тёмного, как утопающий за соломинку, едва не повалив его на себя, повис на нём. Тёмный попробовал высвободиться, опираясь о землю, но Ильсор схватил его только крепче, перенося на него свой вес. Зарычав, тёмный попробовал стряхнуть его, но сразу не получилось, и они покатились по берегу. Ильсор выпустил его и оттолкнулся пятками от твёрдой земли, вскарабкался на устойчивое место и только тогда обернулся, тяжело дыша.

Тёмный сидел внизу, глядя ошарашенно, но во взгляде его проступало понимание ― и восхищение.

― Я же инженер, забыл? ― усмехнулся Ильсор, облизывая кровоточащий рот. ― Масса, угол, центр тяжести, все дела. А ты мне поверил? Ну хоть спасибо, что язык мне не прокусил.

― Хорош, ― признал тёмный. ― Я поверил. Но я всё равно прав: ты учишься. А теперь дай мне руку. Их время истекло.

Темнело теперь быстрее, чем раньше, и светило закатывалось совсем в другом месте.

― Так не бывает, ― бормотал Арант, то и дело оглядываясь на него. ― Ну не бывает же!

Несчастный астрофизик никак не мог принять свершившуюся катастрофу, и Мевиру показалось, что Арант даже пару раз ощупал себя, чтобы убедиться, что не спит.

― Как будто от того, что ты причитаешь, оно передумает, ― устало сказал Рини.

Они все ужасно устали и проголодались за то время, пока шли. Норон и Идер, которые охраняли отряд, уже почти не смотрели по сторонам, а Идер и вовсе повесил ружьё за спину. Мевир хотел напомнить им об осторожности, но горло у него саднило до боли, и голос никак не хотел прорываться сквозь боль. Оставалось только держаться за Айстана и смотреть вправо и влево, раз уж никто больше не смотрел.

Дождь сменился мелкой белой крупой; Мевир дрожал, лязгая зубами. Им с Эйгардом давали жаропонижающее, но он не мог понять, помогает оно или нет. Эйгарду, судя по его виду, и вовсе становилось хуже.

― А если мы встретим чудовищ? ― уныло спросил Эш. ― Что мы будем делать? Ноги уже видели, дальше что? Пасть с зубами?

― Замолчи! ― велели ему. ― Вдруг накличешь!

Они брели через лес, уже понимая, что не доберутся до темноты. Передатчик разобрали на части и тащили втроём. Было лучше пропустить сеанс связи, чем смотреть на Зотена, который выбивался из сил.

― Страшно? ― шёпотом спросил Рини, осматривая голые стволы, которые стояли вдоль дороги, омертвевшие, лишившиеся листьев и части ветвей.

― Не-е… ― устало отозвался Орне. ― Я вообще не смотрю.

― Немного осталось! ― приободрил своих спутников Норон. ― По моим расчётам, скоро граница Голубой страны, дальше не слишком долго.

― Вот когда мы по пещерам убегали, было тоже тяжело, но не так, ― проговорил Зотен. ― Даже странно, здесь же ровная дорога, а так устал, будто целый день кирпичи таскал.

― Э нет, кирпичи ты точно не таскал, ― усмехнулся Айстан и покрепче прижал к себе Мевира, чтобы тот смог опереться на него сильнее. ― Парни, если так дальше пойдёт, придётся останавливаться и плести носилки!

― Волокушу лучше, ― прохрипел Мевир. ― Так в лесу делают, когда тащить далеко. Но она на снегу хороша, а не на камнях.