Фандом: Гарри Поттер. Если б Грейнджер знала, чем для нее обернутся ближайшие дни, она бы точно не отправилась на задание в одиночку.
139 мин, 40 сек 13400
«Интересно, она красивая? Красивая? Она? Эта жаба-то?! Ядовитая напасть, а не земноводное!»
Уже не одну минуту это противное создание не просто смотрит — глазеет! Хорошо, не облизывается.
Драко передернуло. Перебирая вилкой яичницу на тарелке, он прервал это представление типа Малфой-я-тебя-съем:
— В чем дело, жаба? Я, что, похож на блюдо с насекомыми? Так оно рядом с тобой. Приятного аппетита, — Драко ухмыльнулся и не спеша положил небольшой кусок омлета в рот прямо под пристальным взглядом лягушки. — Как говорится, всё, что могу… И не надо упрекать меня в негостеприимстве.
Гермиона смотрела в самодовольное лицо, стараясь не замечать не только соблазнительных запахов, но и огромное, мерзкое, копошащее зрелище на тарелке неподалеку. Старалась. Очень старалась. Изо всех сил! С устрашающей регулярностью Гермиона сдерживала неприятные позывы в желудке.
«Только не здесь! Только не на глазах у Малфоя! Он ведь специально это сделал. Вот мстительный гад! Высыпал, наверное, половину содержимого кладовки. Самые отвратительные ингредиенты для зелий… Фу, гадость какая! Не иначе, это мелкая месть. За ванну… Как минимум».
— Я это есть не стану, — выдавила из себя Гермиона. — Я же сказал.
— Знаешь, ужин в моем доме может заполучить только красивая девушка, а вот для завтрака даже ей нужно постараться!
— Ни стыда у тебя, Малфой, ни совести…
— Я и говорю: идеал! Совершенно ничего лишнего!
— Может, прекратишь уже испытывать мое и без того волшебное терпение и поднимешь свою идеальную малфоевскую задницу ради фруктового салата, — слегка облизнувшись, Гермиона добавила: — Или… того, что у тебя на тарелке.
— Держи свой длинный язык при себе! — Драко с ужасом представил, как лягушка пытается урвать себе кусочек омлета.
— Ничего не могу обещать. Что, решил уморить меня голодом? — она подползла поближе и приподнялась на задних лапках.
Малфой резко отодвинул свою тарелку:
— Подумай лучше о другом: у тебя есть прекрасный повод сознаться хотя бы в том, кто ты. И я не про имя. С ним мы потом определимся.
— А как же магический контракт?
— А там не написано, что мне запрещается узнать об этом раньше, чем ты запланировала, — Драко намеренно выделил окончание. — Для самца ты слишком крупное земноводное. — «Твои словечки меня не проведут!»
— И что с того? Я же ненастоящая лягушка. Хочешь узнать, кто я прямо сейчас? Тогда не стоит дожидаться, когда ты меня обратишь! Что ж, разорвем наш договор, и я скажу тебе имя. Давай, целуй меня! Мой длинный язык доставит тебе массу удовольствия! Интересно, мои поцелуи тоже ядовитые? Подумай об этом… Ванна и всё остальное покажется тебе сущей ерундой, уж поверь!
— Оральные угрозы со мной не пройдут! Не мечтай! Да, поцелуй разорвет контракт. Но только и твое обратное обращение затянется на неопределенное время. Не зря же ты так на меня насела. Должно быть, колдомедики называют внушительные сроки… Я ведь прав? И что-то мне подсказывает, что ты сама в восторге от собственной идеи с поцелуем, — Драко заговорил очень медленно, хищно растягивая слова: — Просто представь… Ты… и я…
Гермиона даже палочку на стол уронила. Ох, как же захотелось стереть эту самодовольную ухмылку перед глазами!
«Нет! Я… и Малфой?! Целуемся?! — Грейнджер ясно вспомнила сцену из спальни. — Нет. Нет? — лягушка протяжно квакнула. — Так… Это уже слишком! Он же издевается! Я и он… Я… и… он»…
Гермиона отогнала от себя жутко сладкое видение.
«Представь, значит… Не на ту напал!» — она схватила палочку со стола и ответила как можно более противным голосом:
— Если ты очень просишь — я могу. Тогда и ты вообрази, Малфой, как я подкрадываюсь к тебе спящему и запускаю свой длинный язык прямо… в ухо! Ну, и как тебе? Ты меня знаешь. Я сделаю это! И контракт не разрушу, и массу удовольствия получу. Особенно от твоих возмущенных криков типа: «Это моя постель! Мое ухо!» И бла-бла-бла.
Драко опять передернуло.
«Неплохо… для девчонки!»
— Бла-бла-бла — это самый весомый аргумент в любом споре, — ехидно заявил он. — А еще бе-бе-бе. Ох-хо-хо и, конечно же, твое «ква-ква-ква». И не думай, что я не изучал лягушачьи повадки. Это я про твои брачные песни, между прочим. Жизнь, знаешь ли, заставила, — Малфой отправил очередной кусок омлета в рот. Мало ли! Еще утащит…
— Интересно, мою якобы нелепую теорию с принцем ты сам проверял? — так же ехидно поинтересовалась Гермиона. — А я-то так надеялась, что стану первой… — она тут же спохватилась, — лягушкой в твоей сказочной жизни, мой принц! Целуй меня… Страстно! И разойдемся на этом.
Драко замер. Вилка с очередной порцией омлета — тоже.
— Приятного аппетита, сладенький, — лягушка снова уставилась на Малфоя.
А он, опустив взгляд на стол и прикрыв глаза ладонью, пытался поесть. Опять. Без новых заявлений. Без наглого вмешательства лягушки. Просто поесть! И Драко, определенно, так быстро еще этого не делал. Со звоном бросив вилку на пустую тарелку, он залпом осушил бокал с соком.
— Иди ко мне, — Гермиона наигранно почмокала губами.
Уже не одну минуту это противное создание не просто смотрит — глазеет! Хорошо, не облизывается.
Драко передернуло. Перебирая вилкой яичницу на тарелке, он прервал это представление типа Малфой-я-тебя-съем:
— В чем дело, жаба? Я, что, похож на блюдо с насекомыми? Так оно рядом с тобой. Приятного аппетита, — Драко ухмыльнулся и не спеша положил небольшой кусок омлета в рот прямо под пристальным взглядом лягушки. — Как говорится, всё, что могу… И не надо упрекать меня в негостеприимстве.
Гермиона смотрела в самодовольное лицо, стараясь не замечать не только соблазнительных запахов, но и огромное, мерзкое, копошащее зрелище на тарелке неподалеку. Старалась. Очень старалась. Изо всех сил! С устрашающей регулярностью Гермиона сдерживала неприятные позывы в желудке.
«Только не здесь! Только не на глазах у Малфоя! Он ведь специально это сделал. Вот мстительный гад! Высыпал, наверное, половину содержимого кладовки. Самые отвратительные ингредиенты для зелий… Фу, гадость какая! Не иначе, это мелкая месть. За ванну… Как минимум».
— Я это есть не стану, — выдавила из себя Гермиона. — Я же сказал.
— Знаешь, ужин в моем доме может заполучить только красивая девушка, а вот для завтрака даже ей нужно постараться!
— Ни стыда у тебя, Малфой, ни совести…
— Я и говорю: идеал! Совершенно ничего лишнего!
— Может, прекратишь уже испытывать мое и без того волшебное терпение и поднимешь свою идеальную малфоевскую задницу ради фруктового салата, — слегка облизнувшись, Гермиона добавила: — Или… того, что у тебя на тарелке.
— Держи свой длинный язык при себе! — Драко с ужасом представил, как лягушка пытается урвать себе кусочек омлета.
— Ничего не могу обещать. Что, решил уморить меня голодом? — она подползла поближе и приподнялась на задних лапках.
Малфой резко отодвинул свою тарелку:
— Подумай лучше о другом: у тебя есть прекрасный повод сознаться хотя бы в том, кто ты. И я не про имя. С ним мы потом определимся.
— А как же магический контракт?
— А там не написано, что мне запрещается узнать об этом раньше, чем ты запланировала, — Драко намеренно выделил окончание. — Для самца ты слишком крупное земноводное. — «Твои словечки меня не проведут!»
— И что с того? Я же ненастоящая лягушка. Хочешь узнать, кто я прямо сейчас? Тогда не стоит дожидаться, когда ты меня обратишь! Что ж, разорвем наш договор, и я скажу тебе имя. Давай, целуй меня! Мой длинный язык доставит тебе массу удовольствия! Интересно, мои поцелуи тоже ядовитые? Подумай об этом… Ванна и всё остальное покажется тебе сущей ерундой, уж поверь!
— Оральные угрозы со мной не пройдут! Не мечтай! Да, поцелуй разорвет контракт. Но только и твое обратное обращение затянется на неопределенное время. Не зря же ты так на меня насела. Должно быть, колдомедики называют внушительные сроки… Я ведь прав? И что-то мне подсказывает, что ты сама в восторге от собственной идеи с поцелуем, — Драко заговорил очень медленно, хищно растягивая слова: — Просто представь… Ты… и я…
Гермиона даже палочку на стол уронила. Ох, как же захотелось стереть эту самодовольную ухмылку перед глазами!
«Нет! Я… и Малфой?! Целуемся?! — Грейнджер ясно вспомнила сцену из спальни. — Нет. Нет? — лягушка протяжно квакнула. — Так… Это уже слишком! Он же издевается! Я и он… Я… и… он»…
Гермиона отогнала от себя жутко сладкое видение.
«Представь, значит… Не на ту напал!» — она схватила палочку со стола и ответила как можно более противным голосом:
— Если ты очень просишь — я могу. Тогда и ты вообрази, Малфой, как я подкрадываюсь к тебе спящему и запускаю свой длинный язык прямо… в ухо! Ну, и как тебе? Ты меня знаешь. Я сделаю это! И контракт не разрушу, и массу удовольствия получу. Особенно от твоих возмущенных криков типа: «Это моя постель! Мое ухо!» И бла-бла-бла.
Драко опять передернуло.
«Неплохо… для девчонки!»
— Бла-бла-бла — это самый весомый аргумент в любом споре, — ехидно заявил он. — А еще бе-бе-бе. Ох-хо-хо и, конечно же, твое «ква-ква-ква». И не думай, что я не изучал лягушачьи повадки. Это я про твои брачные песни, между прочим. Жизнь, знаешь ли, заставила, — Малфой отправил очередной кусок омлета в рот. Мало ли! Еще утащит…
— Интересно, мою якобы нелепую теорию с принцем ты сам проверял? — так же ехидно поинтересовалась Гермиона. — А я-то так надеялась, что стану первой… — она тут же спохватилась, — лягушкой в твоей сказочной жизни, мой принц! Целуй меня… Страстно! И разойдемся на этом.
Драко замер. Вилка с очередной порцией омлета — тоже.
— Приятного аппетита, сладенький, — лягушка снова уставилась на Малфоя.
А он, опустив взгляд на стол и прикрыв глаза ладонью, пытался поесть. Опять. Без новых заявлений. Без наглого вмешательства лягушки. Просто поесть! И Драко, определенно, так быстро еще этого не делал. Со звоном бросив вилку на пустую тарелку, он залпом осушил бокал с соком.
— Иди ко мне, — Гермиона наигранно почмокала губами.
Страница 11 из 39
