Фандом: Гарри Поттер. О жаре, непонимании, фатализме и дожде.
29 мин, 18 сек 425
Грейнджер села на скамейку, прислонилась затылком к прохладному металлу шкафчика.
И чего она так разозлилась? Ведь с самого начала знала, что Снейп не из тех, кто поет дифирамбы. Он нравился ей именно уверенностью в своей правоте, возведенной в степень абсолюта. Спокойствием. А теперь, получается, Северус раздражает тем, что он такой, какой есть. Каким и был.
Значит, она изменилась? Переросла?
Интересно, почему Анна не ушла? У нее-то какие проблемы дома? Вроде бы живет одна, парня нет…
Интересно, где пропадает дежурная Картер? Ни разу за столько часов не столкнулись. Очень странно.
Но что же все-таки с мамой?
Грейнджер отключилась, сидя у шкафчиков, когда над Сиднеем уже плыл пылающий солнечный диск в мареве сиреневых и розовых облаков.
20 января 2006 года
6:47 a.m.
Ей снилась бесконечная винтовая лестница с резными перилами и маленькими ступеньками. Узкими настолько, что ногу невозможно было поставить. Гермиона поднималась медленно, шаг за шагом. Мучительно ныли колени, ладони соскальзывали с перил.
На мгновение она представила, как теряет равновесие и кубарем катится вниз, ударяясь о холодные ступени. Представила — и поскользнулась на самом деле. Успела еще удивиться, что падать совсем не больно…
— Гермиона! — прогремело где-то над головой.
Глаза нестерпимо жгло, во рту пересохло. Кажется, лучше бы и не ложилась, чем проснуться вот так — на полу, с тяжелой головой и усталым, непослушным телом.
— Или вставай, или иди домой, слышишь?
Гермиона подняла голову — Анна и Джессика возвышались над ней. Кореянка выглядела до отвращения бодрой, Картер — до мерзости довольной.
— Пей, — сказала Ли, протягивая стаканчик с кофе. — Ужасно выглядишь.
Грейнджер с трудом поднялась, пытаясь размять затекшие мышцы. Добралась до раковины, с отвращением изучила в зеркале свое лицо, особое внимание уделив темным кругам вокруг глаз.
— Который час?
— Почти семь, — ответила Джесси, стягивая форму. — У тебя ведь сегодня выходной. Почему ты не поехала домой?
— А ты почему? — парировала Гермиона, доставая из шкафчика зубную щетку. — И где ты пропадала вчера вечером? Мне досталась твоя аппендэктомия. Стоун сказала, ты не отвечала на вызов.
— Серьезно? — Картер огорченно хлопнула дверцей. — Наверное, батарейка в пейджере села.
— Как же ты дежурила? — подняла брови Анна.
Гермиона повернулась, окинув внимательным взглядом Джессику, заплетающую косу. Усмехнулась и вернулась к чистке зубов. Ли пробормотала: «А, понятно!» и сосредоточилась на кофе.
— Что? — не поняла Картер. — Что?!
— Лгунья, — пропела Анна. — Я-то думала, у Грейнджер пропал нюх, а она с самого начала была права.
— Да о чем вы?! — разозлилась Джесси.
Ли открыла рот, чтобы просветить ее, но не успела сказать и слова: дверь распахнулась и вошла доктор Стоун.
— Анна, ты сегодня со мной. Грейнджер, у тебя выходной и переработка больше суток, иди домой… Где доктор Симпсон?
— Я не уйду, — перебила Гермиона. — Миссис Уилкинс еще не выписали. Анализы чистые, но у нее явные проблемы с памятью. Я попросила консультацию нейрохирурга, заказала МРТ и…
Стоун вздохнула:
— Сделай все, что можно. Но если ничего не найдешь, оформляй выписку и иди домой! Смотреть на тебя страшно. И чтобы я этого, в черном, больше в отделении не видела.
— Кого в черном? — живо заинтересовалась Джесси.
Выражение лица Анны не поддавалось описанию.
— Друг пациентки, — быстро ответила Гермиона, взглядом призывая Анну молчать.
— Картер, если ты будешь и дальше дежурить так продуктивно, как вчера, я сделаю все, чтобы ты провалила экзамен, — отчеканила Стоун.
— Я была на месте, ничего не случилось! — запротестовала Джесс. — За всю ночь всего один вызов и был!
— И ты на него не ответила! — отрезала Миранда. — Так что шагом марш в приемный покой и постарайся не попадаться мне на глаза. И… что это у тебя на шее, черт побери?!
— Вот об этом мы и говорили, — еле слышно пробормотала Анна.
Джессика залилась краской, одернула халат, пытаясь прикрыть красноватый след. Гермиона внимательно изучала свои кроссовки.
— Вон. Все вон, — выплюнула Стоун. — За работу. Ты тоже, Картер. И найдите мне Симпсона!
Они вылетели из раздевалки как ошпаренные. Гермиона едва успела накинуть халат.
— Расскажешь? — спросила Анна у Джессики, делая как можно более равнодушный вид.
— Нечего рассказывать, — отрезала девушка, сворачивая к лестнице.
— Что и требовалось доказать, — пожала плечами Ли. — Осталось найти Мэтта и посмотреть на его шею.
Даже со спины было видно, что Картер смущена. Но довольна.
Гермиона, все еще улыбаясь, отправилась к матери.
20 января 2006 года
05:30 p.m
Томограмма оказалась чистой: ни опухоли, ни аневризмы. Электроэнцефалограмма в порядке. Нейрохирург не нашел никаких отклонений. Ничего. В итоге Стоун проверила карту и велела выписывать.
И чего она так разозлилась? Ведь с самого начала знала, что Снейп не из тех, кто поет дифирамбы. Он нравился ей именно уверенностью в своей правоте, возведенной в степень абсолюта. Спокойствием. А теперь, получается, Северус раздражает тем, что он такой, какой есть. Каким и был.
Значит, она изменилась? Переросла?
Интересно, почему Анна не ушла? У нее-то какие проблемы дома? Вроде бы живет одна, парня нет…
Интересно, где пропадает дежурная Картер? Ни разу за столько часов не столкнулись. Очень странно.
Но что же все-таки с мамой?
Грейнджер отключилась, сидя у шкафчиков, когда над Сиднеем уже плыл пылающий солнечный диск в мареве сиреневых и розовых облаков.
20 января 2006 года
6:47 a.m.
Ей снилась бесконечная винтовая лестница с резными перилами и маленькими ступеньками. Узкими настолько, что ногу невозможно было поставить. Гермиона поднималась медленно, шаг за шагом. Мучительно ныли колени, ладони соскальзывали с перил.
На мгновение она представила, как теряет равновесие и кубарем катится вниз, ударяясь о холодные ступени. Представила — и поскользнулась на самом деле. Успела еще удивиться, что падать совсем не больно…
— Гермиона! — прогремело где-то над головой.
Глаза нестерпимо жгло, во рту пересохло. Кажется, лучше бы и не ложилась, чем проснуться вот так — на полу, с тяжелой головой и усталым, непослушным телом.
— Или вставай, или иди домой, слышишь?
Гермиона подняла голову — Анна и Джессика возвышались над ней. Кореянка выглядела до отвращения бодрой, Картер — до мерзости довольной.
— Пей, — сказала Ли, протягивая стаканчик с кофе. — Ужасно выглядишь.
Грейнджер с трудом поднялась, пытаясь размять затекшие мышцы. Добралась до раковины, с отвращением изучила в зеркале свое лицо, особое внимание уделив темным кругам вокруг глаз.
— Который час?
— Почти семь, — ответила Джесси, стягивая форму. — У тебя ведь сегодня выходной. Почему ты не поехала домой?
— А ты почему? — парировала Гермиона, доставая из шкафчика зубную щетку. — И где ты пропадала вчера вечером? Мне досталась твоя аппендэктомия. Стоун сказала, ты не отвечала на вызов.
— Серьезно? — Картер огорченно хлопнула дверцей. — Наверное, батарейка в пейджере села.
— Как же ты дежурила? — подняла брови Анна.
Гермиона повернулась, окинув внимательным взглядом Джессику, заплетающую косу. Усмехнулась и вернулась к чистке зубов. Ли пробормотала: «А, понятно!» и сосредоточилась на кофе.
— Что? — не поняла Картер. — Что?!
— Лгунья, — пропела Анна. — Я-то думала, у Грейнджер пропал нюх, а она с самого начала была права.
— Да о чем вы?! — разозлилась Джесси.
Ли открыла рот, чтобы просветить ее, но не успела сказать и слова: дверь распахнулась и вошла доктор Стоун.
— Анна, ты сегодня со мной. Грейнджер, у тебя выходной и переработка больше суток, иди домой… Где доктор Симпсон?
— Я не уйду, — перебила Гермиона. — Миссис Уилкинс еще не выписали. Анализы чистые, но у нее явные проблемы с памятью. Я попросила консультацию нейрохирурга, заказала МРТ и…
Стоун вздохнула:
— Сделай все, что можно. Но если ничего не найдешь, оформляй выписку и иди домой! Смотреть на тебя страшно. И чтобы я этого, в черном, больше в отделении не видела.
— Кого в черном? — живо заинтересовалась Джесси.
Выражение лица Анны не поддавалось описанию.
— Друг пациентки, — быстро ответила Гермиона, взглядом призывая Анну молчать.
— Картер, если ты будешь и дальше дежурить так продуктивно, как вчера, я сделаю все, чтобы ты провалила экзамен, — отчеканила Стоун.
— Я была на месте, ничего не случилось! — запротестовала Джесс. — За всю ночь всего один вызов и был!
— И ты на него не ответила! — отрезала Миранда. — Так что шагом марш в приемный покой и постарайся не попадаться мне на глаза. И… что это у тебя на шее, черт побери?!
— Вот об этом мы и говорили, — еле слышно пробормотала Анна.
Джессика залилась краской, одернула халат, пытаясь прикрыть красноватый след. Гермиона внимательно изучала свои кроссовки.
— Вон. Все вон, — выплюнула Стоун. — За работу. Ты тоже, Картер. И найдите мне Симпсона!
Они вылетели из раздевалки как ошпаренные. Гермиона едва успела накинуть халат.
— Расскажешь? — спросила Анна у Джессики, делая как можно более равнодушный вид.
— Нечего рассказывать, — отрезала девушка, сворачивая к лестнице.
— Что и требовалось доказать, — пожала плечами Ли. — Осталось найти Мэтта и посмотреть на его шею.
Даже со спины было видно, что Картер смущена. Но довольна.
Гермиона, все еще улыбаясь, отправилась к матери.
20 января 2006 года
05:30 p.m
Томограмма оказалась чистой: ни опухоли, ни аневризмы. Электроэнцефалограмма в порядке. Нейрохирург не нашел никаких отклонений. Ничего. В итоге Стоун проверила карту и велела выписывать.
Страница 6 из 9
