Фандом: Доктор Кто, Мастер и Маргарита. — Нравятся вам мои цветы? — Нет. Некоторые вещи невозможно забыть, даже когда забыто всё остальное.
47 мин, 7 сек 2957
Рассилон щёлкнул хлетчером, и Доктор пропал из древней иудейской гробницы, сейчас же появившись под дубом в глухой английской провинции, где его с тревогой дожидалась Марта Джонс. В процессе аварийной обратной телепортации Рассилон ухитрился одеть Доктора как положено, так что Марта даже не догадалась, что что-то пошло не так.
— О'кей, мою линию мы выправили, — некто, выглядевший как молодой человек в странном клетчатом костюме, так и сяк вертевший в руке монокль, отделился от стены и, засунув руки в карманы, прошёлся по консольной комнате взад-вперёд. — Теперь я могу, наконец, идти?
Рассилон ухмыльнулся уголком губ и лениво прищурился:
— Терпение, мессир Доктор, терпение… Вы разве не хотите выручить своих друзей?
Доктор скривился и нервно дёрнул себя за косую чёлку:
— Во-первых, я даже не уверен, зачем они тебе так необходимы. И если Мастер вполне способен позаботиться о себе, то Роману я тебе в обиду не дам, так и знай!
— Ой, как поздно мы спохватились, — сварливо пожал плечами Рассилон. — Между прочим, она спасла тебе жизнь… — он растянул паузу и многозначительно добавил: — В глобальном смысле. А в локальном: если бы не она, то конкретно тебя в этом мире бы не было.
— Я не спорю, — пожал плечами Одиннадцатый Доктор, не вынимая рук из карманов. — Повторяю, меня беспокоит твоя мотивация, Рассилон. Только и исключительно твоя. Романа тебе мешала. Зачем бы ты взялся её спасать?
Он замер перед Рассилоном, покачиваясь с пятки на носок и обратно. Доктор чувствовал себя неуютно в рубке этой ТАРДИС. В ней было что-то от самого Рассилона: циничное, холодное и лениво-изучающее, как будто она смотрела за ним в каждый момент времени — и молчаливо осуждала каждый шаг.
Рассилон же явно кайфовал. Иногда Доктору даже казалось, что их безумный вояж — всего лишь повод, а на самом деле древнейший из таймлордов решил просто тряхнуть стариной и первый раз за неисчислимые тысячелетия выбраться в космос. Но такая мотивация была бы слишком… хм? Легкомысленной? На языке вертится «человеческой», но это лишь привычка, выработанная за долгие годы жизни рядом с Землёй. Слишком безобидной. Вот верное слово. Рассилон на то и Рассилон, чтобы ничего не делать просто так.
И потуги Доктора достать его Рассилона явно забавляли. Вот и сейчас он одарил Доктора ещё одной язвительной улыбкой (на левом нижнем клыке зачем-то золотая коронка), заложил руки за голову и мечтательно уставился в потолок:
— Эх, если бы я мог… Я бы много чего вам устроил. Но Матрица против.
Официальная версия состояла в том, что Матрица Галифрея вернула Рассилону жизнь досрочно. Но с тем непременным условием, что тот распутает несколько ключевых временных парадоксов. Что в них было «ключевым», Рассилон, разумеется, не уточнял, мотивируя это тем, что Доктору, как непосредственному участнику событий, об этом знать нельзя. Приходилось верить.
Доктор нервно забарабанил пальцами по подлокотнику второго кресла. Рассилон убедил его не только воспоминаниями об Арке Хамелеона, но и обещанием. Обещанием будущего. Разгадкой загадки, которая мучила Доктора уже много лет — с того момента, когда он второй раз встретил Клару Освальд: на этот раз в викторианском Лондоне. С тем, что без неё его существование уже давно могло закончиться, Доктор был согласен уже сейчас. Но Рассилон намекал, что и в будущем их пути пересекутся, причём самым жизненно важным образом. Но… только если он, Доктор, поможет отыскать Мастера. И Роману, поскольку их Арки Хамелеона были связаны.
После удаления третьего чужеродного элемента — предыдущего, десятого воплощения Доктора, — арка Мастера должна была нормализоваться и переместить его в то же место и время, что и арка Романы — её. Там их и должен был обнаружить разношёрстный экипаж рассилоновой ТАРДИС-50, на которой, помимо Рассилона и Доктора ошивались самые разнообразные создания, вроде сонтаранца Азазеракса, человека-кота с Новой Земли, отзывавшегося на кличку «Хиппо» и карионитки Эллы. С последней Доктор никак не мог поладить, а если честно — даже не пытался. А вот Рассилона Элла обожала. Видимо, дело было в том, что он происходил из тех же самых времён«тьмы и магии», что и она. То, что именно по воле Рассилона эта эра закончилась, Эллу, похоже, не волновало: кто-то выигрывает, кто-то проигрывает — это жизнь. «Зато есть, о чём поговорить», — замечала она, как-то двусмысленно облизывая острые зубы и накручивая на палец бурные рыжие локоны.
Рассилон в машине времени, Рассилон, путешествующий в команде и, наконец, Рассилон, который кому-то помогает, пусть и вынуждено — все чувства Доктора буквально вопили, что здесь был какой-то подвох. Но сейчас оттягивать поиски Романы и Мастера было больше нельзя.
— Ну что ж, — потёр руки Доктор. — Тогда за дело.
— О'кей, мою линию мы выправили, — некто, выглядевший как молодой человек в странном клетчатом костюме, так и сяк вертевший в руке монокль, отделился от стены и, засунув руки в карманы, прошёлся по консольной комнате взад-вперёд. — Теперь я могу, наконец, идти?
Рассилон ухмыльнулся уголком губ и лениво прищурился:
— Терпение, мессир Доктор, терпение… Вы разве не хотите выручить своих друзей?
Доктор скривился и нервно дёрнул себя за косую чёлку:
— Во-первых, я даже не уверен, зачем они тебе так необходимы. И если Мастер вполне способен позаботиться о себе, то Роману я тебе в обиду не дам, так и знай!
— Ой, как поздно мы спохватились, — сварливо пожал плечами Рассилон. — Между прочим, она спасла тебе жизнь… — он растянул паузу и многозначительно добавил: — В глобальном смысле. А в локальном: если бы не она, то конкретно тебя в этом мире бы не было.
— Я не спорю, — пожал плечами Одиннадцатый Доктор, не вынимая рук из карманов. — Повторяю, меня беспокоит твоя мотивация, Рассилон. Только и исключительно твоя. Романа тебе мешала. Зачем бы ты взялся её спасать?
Он замер перед Рассилоном, покачиваясь с пятки на носок и обратно. Доктор чувствовал себя неуютно в рубке этой ТАРДИС. В ней было что-то от самого Рассилона: циничное, холодное и лениво-изучающее, как будто она смотрела за ним в каждый момент времени — и молчаливо осуждала каждый шаг.
Рассилон же явно кайфовал. Иногда Доктору даже казалось, что их безумный вояж — всего лишь повод, а на самом деле древнейший из таймлордов решил просто тряхнуть стариной и первый раз за неисчислимые тысячелетия выбраться в космос. Но такая мотивация была бы слишком… хм? Легкомысленной? На языке вертится «человеческой», но это лишь привычка, выработанная за долгие годы жизни рядом с Землёй. Слишком безобидной. Вот верное слово. Рассилон на то и Рассилон, чтобы ничего не делать просто так.
И потуги Доктора достать его Рассилона явно забавляли. Вот и сейчас он одарил Доктора ещё одной язвительной улыбкой (на левом нижнем клыке зачем-то золотая коронка), заложил руки за голову и мечтательно уставился в потолок:
— Эх, если бы я мог… Я бы много чего вам устроил. Но Матрица против.
Официальная версия состояла в том, что Матрица Галифрея вернула Рассилону жизнь досрочно. Но с тем непременным условием, что тот распутает несколько ключевых временных парадоксов. Что в них было «ключевым», Рассилон, разумеется, не уточнял, мотивируя это тем, что Доктору, как непосредственному участнику событий, об этом знать нельзя. Приходилось верить.
Доктор нервно забарабанил пальцами по подлокотнику второго кресла. Рассилон убедил его не только воспоминаниями об Арке Хамелеона, но и обещанием. Обещанием будущего. Разгадкой загадки, которая мучила Доктора уже много лет — с того момента, когда он второй раз встретил Клару Освальд: на этот раз в викторианском Лондоне. С тем, что без неё его существование уже давно могло закончиться, Доктор был согласен уже сейчас. Но Рассилон намекал, что и в будущем их пути пересекутся, причём самым жизненно важным образом. Но… только если он, Доктор, поможет отыскать Мастера. И Роману, поскольку их Арки Хамелеона были связаны.
После удаления третьего чужеродного элемента — предыдущего, десятого воплощения Доктора, — арка Мастера должна была нормализоваться и переместить его в то же место и время, что и арка Романы — её. Там их и должен был обнаружить разношёрстный экипаж рассилоновой ТАРДИС-50, на которой, помимо Рассилона и Доктора ошивались самые разнообразные создания, вроде сонтаранца Азазеракса, человека-кота с Новой Земли, отзывавшегося на кличку «Хиппо» и карионитки Эллы. С последней Доктор никак не мог поладить, а если честно — даже не пытался. А вот Рассилона Элла обожала. Видимо, дело было в том, что он происходил из тех же самых времён«тьмы и магии», что и она. То, что именно по воле Рассилона эта эра закончилась, Эллу, похоже, не волновало: кто-то выигрывает, кто-то проигрывает — это жизнь. «Зато есть, о чём поговорить», — замечала она, как-то двусмысленно облизывая острые зубы и накручивая на палец бурные рыжие локоны.
Рассилон в машине времени, Рассилон, путешествующий в команде и, наконец, Рассилон, который кому-то помогает, пусть и вынуждено — все чувства Доктора буквально вопили, что здесь был какой-то подвох. Но сейчас оттягивать поиски Романы и Мастера было больше нельзя.
— Ну что ж, — потёр руки Доктор. — Тогда за дело.
Страница 10 из 13
