Жестокость

— Молчи, блядь,— прикрикнул на нее третий, среднего роста, смуглый, похожий на кавказца мужик, с такими же татуировками на руках, как и других, выйдя из-за спины первого. — Не хер сиськи на показ выставлять. Или хочешь, чтобы я тебе их отрезал? Он подошёл к девушке и ножом медленно провел по ложбине между грудей. — Отрезать, сучка?

— Пожалуйста, не надо,— пролепетала девушка.

— Не надо! А сидеть восемь лет из-за такой вот бляди восемь лет надо?— третий мужик явно накручивал себя.

— Пожалуйста. Ну что я вам сделала?— заплакала девушка

— Это мы тебе сделаем,— ответил третий, сначала все вместе вы… ем, а потом я сам тебе бутылку в п… у затолкаю.

— Хорош базарить. Весло, -остановил его здоровый. По манере держаться и говорить было видно, что он у них главный.

— Где твой парень?

— Откуда вы…

— Видели вас на машине. И слышали, как ты ему даешь. Весло хотел было сразу вас там пришить, да я решил кайф продлить. Где он?

— Спит.

— А тебя отпустил, чтобы вы… али? Или сама напрашиваешься?— смуглому явно нравилось видеть выражение страха на красивом лице Надежды. Он играл ножом перед её лицом, касался кончиком лезвия её грудей, щекотал шею. Затем снова сел рядом и бесстыдно задрал подол сарафана. Надежда одернула подол и сильнее сдвинула ноги.

— Ноги раздвинь, блядь!— удар в скулу, от которого потемнело в глазах, заставил девушку подчиниться.

— Во дает, подруга, ты же без трусов!— смуглый шарил у девушки между ног, сжимал клитор, больно мял волосы,— точно хочет, чтоб её трахнули. — Ну и где тебя? В беседке или к дереву привязать?

Он притянул к себе девушку и начал грубо её целовать. Надежда тихонько скулила от боли и унижения. Ширинки у мужиков набухли бугорками членов. Коренастый тоже сел рядом, начал целовать Надежду.

— Отведем её в коттедж, Мирон,— обратился главарь к коренастому. — А то орать начнет, услышит кто-нибудь.

— Может у них на даче…, -вставил слово Весло.

— Нет, хозяин сказал все в подвале делать.

— Не много ли ты его слушаешь, Бурят,— желчно возразил Весло.

— Заткнись! Кто тебя после зоны подобрал…?

Подобрал? Я что тебе падаль! — Он ударил главаря, а затем неожиданно ловко увернувшись от удара Мирона, свалил его подножкой. Началась драка. Путь на свободу оказался свободным. Девушка вырвалась из беседки и с криком побежала по запруде назад, на свой берег. Она быстро до него добежала и устремилась к своей даче, до которой оставалось метров сто, как вдруг её кто-то сильно дернул её за руку, с силой прижал к березе. Закрыв рот. Тут же лезвие ножа блеснуло перед её лицом.

— И куда ты побежала блядь,— заявил высокий, небритый мужик, с мощной мускулатурой.

— Помогите мне…, — простонала Надежда

— Помоги? — мужик расхохотался,— Ты не поняла тварь, куда попала?— мы охотимся за такими как вы. Иногда здесь ловим, чаще на трассе. Отводим вас в подвал, во все щели трахаем, издеваемся, а потом…

Подбежавший Весло ударил девушку в живот, а когда она стала падать, придержал за волосы. Надежда закричала от боли.

— Заткнись, сука.— Весло поставил девушку на колени. Тут же появились Мирон с Бурятом.

— Ну как?— обратился к ним четвертый,

— Нормально, Васек,— отозвался Мирон,— спектакль прошел как по нотам, и к Надежде,— купилась сучка, сбежать решила.

— Я, я не буду…,-пролепетала девушка невпопад.

Все расхохотались, а Васек, по-видимому действительно здесь старший, продолжал,— хахаль твой связанный лежит, Весло его чуть позже приведет. Так что…

— ты сколько раз вчера своему кобелю давала?

— Два.

— А минет делала?

— Да.

— А сейчас мне сделаешь, Он расстегнул ширинку. Надежда пыталась дернутся, толкнула мужика руками.

— Бурят, стоишь чего? Руки ей вяжи. Бурят ловко связал девушки руки за спиной.

— Надо делать, как они говорят, тогда может шанс появится,— подумала Надежда и, подавляя тошноту и отвращение, стала делать им минет.

После этого её подняли на ноги и, завязав рот, принялись лапать. Больно мяли грудь, рвали волосы на лобке, лезли во влагалище.

— Размялись и ладно,— подвел итог Василий, — повели её мужики, а ты Весло приведи нё кобеля.

— Кто— нибудь, ну хоть кто нибудь, помогите мне,— мысленно молилась Надежда, идя по той же запруде, по которой бежала несколько минут назад к спасению. Но на запруде никого не было. Брошенные дачи смотрели на процессию пустыми глазницами окон. Мирон снял ремень и, время от времени больно бил девушку по спине и ягодицам. Девушка стонала, по щекам текли слезы. Все это только забавляло мучителей. Вскоре они вошли во двор коттежда, довольно запущенный и заросший, на удивление травой, в противоположность ухоженному дому.

С перил крыльца Мирон взял пустую бутылку и, задрав у Надежды подол, принялся толкать её во влагалище. Бурят, развязал девушке рот. Она закричала от боли и страха. Садисты расхохотались. Сопровождая толчками, девушка спустилась по ступенькам к железной двери подвала. Мирон ловко открыл ключом мудреный замок, — Проходи милая.