Фандом: Лабиринт. Заключительная часть цикла «На перекрестке дорог». На Перекрестке приходит время очередного бала Тысячелетия. Хранительнице становится известно, что традиционно на этих балах один из гостей исчезает без следа. Ее попытка спасти своих друзей оборачивается крахом. Повелитель Авалона, лорд Ганконер становится новой жертвой или пешкой в непонятной игре. И наступает черед королю гоблинов Джарету сделать свой ход.
229 мин, 23 сек 21508
Настроение было пакостное. После долгих часов в душной машине, пропахшей бензином, болела голова. Только баня — роскошная, на манер римской, вернула Ганконеру ясность мыслей. Мылись они отдельно от хозяев, и это его весьма обрадовало.
— Джарет, я умоляю тебя, не пытайся сбежать. Пусть нас хотя бы до моря довезут. И язык нужно выучить.
— Согласен, — Джарет блаженствовал в теплой воде с ароматной пеной. — А еще нам понадобятся ключи от ошейников.
Ошейники с них не сняли. Должно быть их запирающий механизм не портился от воды.
В дверь купальни требовательно постучали. Джарет зарычал.
— Не наглей, нам и так дали целый час, — Ганконер вылез из воды и начал одеваться. — Интересно, здесь шелк дешевый, или наши хозяева очень богатые?
— Скорее второе, — Джарет придирчиво осмотрел свой костюм из бирюзового шелка. Свободный покрой, добротный пошив, но совершенно не соответствует его излюбленному стилю. — Обрати внимание, рубашки сшиты так, что ворот не закрывает ошейник.
— Хочешь сказать, что для рабов здесь шьют особую одежду? Из шелка?
— А почему нет? Ладно, пошли. Я умираю от голода.
— Эдрик для тебя — не пара.
Уна с удивлением посмотрела на Нимуэ. До сих пор первая леди Благого двора не позволяла себе откровенничать с королевой. Хотя все знали, кем они приходятся друг другу.
— Не ты ли первая на совете выступила за объединение дворов?
— За объединение — да. Но брак — не единственный способ достижения этой цели. Ты не любишь его, а он в тебя влюблен. Следовательно, удержать ваш союз в политических рамках не получится. Эдрик пожелает близости.
Уна содрогнулась.
— Вот именно, — Нимуэ повертела на пальце золотое кольцо с сапфиром. — Я не любила твоего отца, Уна. Много лет я была его фавориткой, но любила другого.
— Ганконера? — Уна села на скамейку. Они гуляли по дворцовому парку вдвоем. Уна не доверяла Нимуэ, но ее неожиданной откровенностью следовало воспользоваться.
— Да, — Нимуэ мечтательно улыбнулась. — И если бы он любил меня так, как полюбил потом Алиссу, я бы не задумываясь бросила двор и ушла с ним. Но это дело прошлое. А мы говорим о будущем.
— Я не допущу войну, если ты имеешь в виду такой способ объединения.
— Разумеется, нет, — Нимуэ состроила презрительную гримаску. — Война — мужское дело. Ты знаешь, что у Эдрика нет детей?
— Знаю. И что?
— В случае его смерти трон Неблагого двора наследует Фиона. Я прекрасно знаю эту змею. Сейчас она затаилась и ждет. При объединении дворов она потеряет все шансы стать королевой. Как только ты дашь положительный ответ Эдрику, она начнет действовать. Уверена, он не доживет до свадьбы. А виноватой окажешься ты, дитя мое. Фиона мастерски умеет перекладывать свою вину на других.
— Но если я откажу Эдрику, объединения не произойдет тем более, — Уна нахмурилась, пытаясь понять, к чему клонит Нимуэ.
— Совет Неблагого двора, за исключением Фионы, желает объединения не меньше нашего. Если Эдрик провалит возложенную на него миссию, не добившись твоего согласия, против него поднимется возмущение. Его свергнут, но в этом случае у Фионы не будет шансов захватить престол. А с Паком мы всегда договоримся. За хорошую плату он отречется в твою пользу. И ты станешь королевой всех сидов, мой дорогая девочка.
— Ты уже договорилась с Паком, верно?
— Умница, — Нимуэ просияла улыбкой. — Может я и никудышная мать, но не хочу потерять тебя снова, Уна. Я ведь так долго верила, что ты умерла. И я благодарна Джарету за то, что он развил твой талант. Но я никогда не прощу его за другое.
— Он не виноват, что я его люблю, — Уна подавила в себе желание уткнуться в плечо Нимуэ и выплакаться за все последние месяцы.
— Но он виноват в том, что не отпустил тебя, даже узнав о намерениях Эдрика. Ты больше не его ученица, Уна, — Нимуэ встала. — Когда дворы объединятся, тебе придется освободиться самой. Королева всех сидов не может зависеть от короля гоблинов. И я говорю не о любви. Джарет подчинил тебя. И ты знаешь, чем это чревато.
«Если он погибнет, я умру, — эта мысль неожиданно больно обожгла Уну. — А если просто не вернется? Что будет со мной в этом случае? Может быть, наша связь постепенно ослабнет?»
Она вскочила, не желая додумывать до конца.
— Ты права! Так и сделаем.
— Я рада, что мы сумели договориться, моя королева, — Нимуэ осторожно взяла ее руку и поцеловала.
— Джарет, я умоляю тебя, не пытайся сбежать. Пусть нас хотя бы до моря довезут. И язык нужно выучить.
— Согласен, — Джарет блаженствовал в теплой воде с ароматной пеной. — А еще нам понадобятся ключи от ошейников.
Ошейники с них не сняли. Должно быть их запирающий механизм не портился от воды.
В дверь купальни требовательно постучали. Джарет зарычал.
— Не наглей, нам и так дали целый час, — Ганконер вылез из воды и начал одеваться. — Интересно, здесь шелк дешевый, или наши хозяева очень богатые?
— Скорее второе, — Джарет придирчиво осмотрел свой костюм из бирюзового шелка. Свободный покрой, добротный пошив, но совершенно не соответствует его излюбленному стилю. — Обрати внимание, рубашки сшиты так, что ворот не закрывает ошейник.
— Хочешь сказать, что для рабов здесь шьют особую одежду? Из шелка?
— А почему нет? Ладно, пошли. Я умираю от голода.
— Эдрик для тебя — не пара.
Уна с удивлением посмотрела на Нимуэ. До сих пор первая леди Благого двора не позволяла себе откровенничать с королевой. Хотя все знали, кем они приходятся друг другу.
— Не ты ли первая на совете выступила за объединение дворов?
— За объединение — да. Но брак — не единственный способ достижения этой цели. Ты не любишь его, а он в тебя влюблен. Следовательно, удержать ваш союз в политических рамках не получится. Эдрик пожелает близости.
Уна содрогнулась.
— Вот именно, — Нимуэ повертела на пальце золотое кольцо с сапфиром. — Я не любила твоего отца, Уна. Много лет я была его фавориткой, но любила другого.
— Ганконера? — Уна села на скамейку. Они гуляли по дворцовому парку вдвоем. Уна не доверяла Нимуэ, но ее неожиданной откровенностью следовало воспользоваться.
— Да, — Нимуэ мечтательно улыбнулась. — И если бы он любил меня так, как полюбил потом Алиссу, я бы не задумываясь бросила двор и ушла с ним. Но это дело прошлое. А мы говорим о будущем.
— Я не допущу войну, если ты имеешь в виду такой способ объединения.
— Разумеется, нет, — Нимуэ состроила презрительную гримаску. — Война — мужское дело. Ты знаешь, что у Эдрика нет детей?
— Знаю. И что?
— В случае его смерти трон Неблагого двора наследует Фиона. Я прекрасно знаю эту змею. Сейчас она затаилась и ждет. При объединении дворов она потеряет все шансы стать королевой. Как только ты дашь положительный ответ Эдрику, она начнет действовать. Уверена, он не доживет до свадьбы. А виноватой окажешься ты, дитя мое. Фиона мастерски умеет перекладывать свою вину на других.
— Но если я откажу Эдрику, объединения не произойдет тем более, — Уна нахмурилась, пытаясь понять, к чему клонит Нимуэ.
— Совет Неблагого двора, за исключением Фионы, желает объединения не меньше нашего. Если Эдрик провалит возложенную на него миссию, не добившись твоего согласия, против него поднимется возмущение. Его свергнут, но в этом случае у Фионы не будет шансов захватить престол. А с Паком мы всегда договоримся. За хорошую плату он отречется в твою пользу. И ты станешь королевой всех сидов, мой дорогая девочка.
— Ты уже договорилась с Паком, верно?
— Умница, — Нимуэ просияла улыбкой. — Может я и никудышная мать, но не хочу потерять тебя снова, Уна. Я ведь так долго верила, что ты умерла. И я благодарна Джарету за то, что он развил твой талант. Но я никогда не прощу его за другое.
— Он не виноват, что я его люблю, — Уна подавила в себе желание уткнуться в плечо Нимуэ и выплакаться за все последние месяцы.
— Но он виноват в том, что не отпустил тебя, даже узнав о намерениях Эдрика. Ты больше не его ученица, Уна, — Нимуэ встала. — Когда дворы объединятся, тебе придется освободиться самой. Королева всех сидов не может зависеть от короля гоблинов. И я говорю не о любви. Джарет подчинил тебя. И ты знаешь, чем это чревато.
«Если он погибнет, я умру, — эта мысль неожиданно больно обожгла Уну. — А если просто не вернется? Что будет со мной в этом случае? Может быть, наша связь постепенно ослабнет?»
Она вскочила, не желая додумывать до конца.
— Ты права! Так и сделаем.
— Я рада, что мы сумели договориться, моя королева, — Нимуэ осторожно взяла ее руку и поцеловала.
Страница 14 из 63
