Жизнь моя как ветер

Фары выхватили из темноты черный силуэт на обочине. Степан Юрьевич в первый момент не подумал даже, что это человек, принял его рекламный плакат. Сейчас такие были в моде — в виде человеческих фигур. Спохватившись, он нажал на тормоз. Неизвестно, как занесло сюда этого автостопщика-экстремала, но другой попутной машины ему пришлось бы ждать, скорее всего, до утра.

— С-с-спасибо, — сказал попутчик, устраиваясь на сиденье.

— Артем.

Лицо у него белое с оттенком в синеву. Интересно, сколько он проторчал здесь? И днем-то было нежарко, минус три, а к ночи и вообще похолодало; бортовой термометр показывал -13?, но Степан Юрьевич знал, что в лесу еще холоднее.

Степан Юрьевич тоже представился и сказал, что может довезти только до Березово.

— Там автобус ходит? — невпопад спросил Артем.

Автобусы, насколько было известно Степану Юрьевичу, в Березово не ходили отродясь.

— Электричка, — ответил Степан Юрьевич.

Артем кивнул — механически, резко. В салоне установилась тишина. Соскучившись, Степан Юрьевич включил радио.

— И сегодня многие наши слушатели празднуют Хэллоуин! — противоестественно бодрым, как это у них заведено, голосом произнес ди-джей.

— Этот праздник уходит корнями в мрачное средневековье. Легенды говорят, что в этот день духи собираются на шабаш — в последний раз, до весны. По небу мчит Дикая Охота и забирает с собой тех, кто по неосторожности вышел из дома… — Напридумывают же, — пробурчал Степан Юрьевич, крутя ручку настройки в поисках другой станции.

— Все с Запада тащат, как будто своих праздников у нас нет! Тыквы эти… Но другую станцию поймать не удалось. Среди треска помех Степан Юрьевич потерял и ту, где рассказывали о Хэллоуине. Отчаявшись, он выключил приемник.

Артем тем временем отогрелся, лицо его немного порозовело.

— А вы не слышали про такой отель, «Лукоморье Парк»? — спросил он.

Степан Юрьевич задумался. И вспомнил, где видел рекламный щит в виде человеческой фигуры.

— Тут недалеко вроде была турбаза, — сказал он.

— «Ладожские переливы» называлась. Только бросили ее… недавно вроде, говорят, снова выкупили, что-то пытаются сделать там. Она на берегу, там парк еще такой большой?

Артем кивнул:

— Вы не очень торопитесь? У меня есть деньги… в номере остались… если вы меня туда подбросите, я заплачу.

Степан Юрьевич удивленно посмотрел на попутчика.

— Так это километров пятнадцать будет, — сказал он.

— По дороге если… Как же вы… Он только теперь заметил легкие ботинки случайного попутчика, которые совсем не сочетались с теплой зимней курткой.

Артём усмехнулся, но как-то невесело:

— Я в парк вышел, думал прогуляться перед сном.

Степан Юрьевич покачал головой, притормозил и развернулся.

— Пятьсот рублей, — сказал он.

— Хорошо, — сказал Артем.

— Слушайте, — спохватился Степан Юрьевич.

— Там на заднем сиденье бутылка водки есть. Она начатая, правда. Вы, наверное, замерзли? Угощайтесь.

— Спасибо, — слабо улыбнулся Артем.

— Очень кстати.

Он перегнулся назад. От его куртки пахло странно — сладкими травами, лошадью и чем-то еще… медный такой запах, неприятный. Звякнуло стекло. Артем уселся на сиденье, открутил пробку, отхлебнул. Степан Юрьевич покосился на попутчика. Он предчувствовал интересную историю; ради нее, не за пятьсот же рублей он и согласился подвезти заплутавшего гуляку. Артем не выглядел пьяным, что объяснило бы многое — он производил впечатление человека, глубоко чем-то потрясенного.

И история не замедлила воспоследовать.

— Праздник был очень шумный, — отхлебнув еще раз, сказал Артем.

На Степана Юрьевича он не смотрел; адресатом рассказа являлся, судя по направлению его взгляда, потертый бардачок «девятки».

— У меня заболела голова. Я решил выйти, прогуляться по парку.

… Настя сочувственно чмокнула Артема в щечку, когда он сказал, что пойдет посидит в номере, и удрала гадать с подругами. Профессиональная гадалка по рунам входила в оплаченную программу мероприятий, посвященных Хэллоуину. Собственно, это Настя и затащила Артема в этот отель на берегу Ладожского озера. Сам он глубоко равнодушен что к Таро, что к рунам, что к Пасхе, что к Хэллоуину.

Просто хотелось сделать приятное своей девушке.

В номере голова у Артема разболелась еще сильнее. Батареи жарили вовсю, было очень душно. Он накинул куртку и спустился в холл, решив немного пройтись по парку, который начинался сразу за отелем. В холле было шумно. Артем увидел людей в ярких фольклорных костюмах, и узнал приглашенный коллектив. Артисты честно отработали праздничную программу и, видимо, собирались уезжать. Артем принялся пробираться сквозь веселую, пахнущую сырным супом, печеной тыквой и водкой толпу. Он был уже у самых дверей, когда кто-то поймал его за рукав. Он обернулся. Это оказалась девушка с толстой русой косой. Пуховик был накинут прямо поверх синего льняного платья.

— Поедемте с нами! — умоляюще сказала она.

— Еще одного человека надо, а то лошадей не дадут!

Артем видел конюшни позади отеля. Видимо, после выступления хозяин отеля расщедрился на бесплатный аттракцион для артистов.