Фандом: Гарри Поттер. «Тебя никто не укусит. Тебя никто не обидит», — кому из них трудно быть героем, а кому легко? Сумбурная ночная интерпретация большой любви. И снова такой разный Драко, причём в рамках одной короткой истории… Короткой?
8 мин, 37 сек 17517
— Целитель! Мистер Малфой! — «Что ещё? Что за хрень? Сплю же. Весь день на ногах. Сон такой милый, лучистый. Гарри лежит на полянке в Запретном лесу. Лето, птички, паучки, цветочки. Голос Хагрида перекликается в чащобе с какими-то одному ему известными ручными тварями. Подкрадываюсь осторожно, выползаю из-за куста, пригнувшись. Вот он, гриффиндорец! Попался! Один! Без команды! Спит? Глаза закрыты, голова на кочке, волосы шевелит тёплый ветерок. Сейчас вскину палочку:» Авада Кедавра!«…»
Жучок ползёт по его мантии, по груди, забирается на подбородок, карабкается на нос. Поттер морщится и чихает во сне, отмахивается руками от щекотки, от опасностей, от врагов, от Драко Малфоя… Сажусь тихонько на колени, снимаю бесстыжую букашку, перебирающую лапками его длинные смоляные ресницы. Он вскрикивает не просыпаясь, что-то шепчет отчаянно и испуганно. Осторожно прижимаю палец к его горячим губам: «Тише. Не бойся. Что ты, Поттер? Г-а-рр-и… Тебя никто не укусит. Тебя никто не обидит. Я буду рядом. Ты хочешь?»
— Мистер Малфой! Целитель! Ну же! Драко. Вы слышите? — трясут, даже бьют по щекам. «Вы что, охуели?!»
— Целитель. Главный аврор. Ранен. Тяжело…
Дверь хлопает так, что будит сонный этаж. По лестничным пролётам вниз, через ступеньки, только перила гудят в напряжённых руках.
— Где он?! — страшный взгляд через окошко приёмного покоя.
— Э? Кто? — «Тупая фельдшерица! Овца!» — Ах! В первой операционной!
Дыханье рвёт лёгкие в клочья, сердце грохочет камнепадом, руки дрожат, ноги ватные…
— Прошу посторонних покинуть помещение! — целитель Малфой уверенно вошёл в операционную и по-хозяйски раздвинул плечи сгрудившихся над раненым командором мракоборцев. — Кто-то не слышит? — Авроры расступились, потоптались, насупившись, начали пятиться к двери. Целитель окинул спокойным взглядом взволнованные растерянные лица врачей реанимационной бригады: — Работаем, господа!
Жучок ползёт по его мантии, по груди, забирается на подбородок, карабкается на нос. Поттер морщится и чихает во сне, отмахивается руками от щекотки, от опасностей, от врагов, от Драко Малфоя… Сажусь тихонько на колени, снимаю бесстыжую букашку, перебирающую лапками его длинные смоляные ресницы. Он вскрикивает не просыпаясь, что-то шепчет отчаянно и испуганно. Осторожно прижимаю палец к его горячим губам: «Тише. Не бойся. Что ты, Поттер? Г-а-рр-и… Тебя никто не укусит. Тебя никто не обидит. Я буду рядом. Ты хочешь?»
— Мистер Малфой! Целитель! Ну же! Драко. Вы слышите? — трясут, даже бьют по щекам. «Вы что, охуели?!»
— Целитель. Главный аврор. Ранен. Тяжело…
Дверь хлопает так, что будит сонный этаж. По лестничным пролётам вниз, через ступеньки, только перила гудят в напряжённых руках.
— Где он?! — страшный взгляд через окошко приёмного покоя.
— Э? Кто? — «Тупая фельдшерица! Овца!» — Ах! В первой операционной!
Дыханье рвёт лёгкие в клочья, сердце грохочет камнепадом, руки дрожат, ноги ватные…
— Прошу посторонних покинуть помещение! — целитель Малфой уверенно вошёл в операционную и по-хозяйски раздвинул плечи сгрудившихся над раненым командором мракоборцев. — Кто-то не слышит? — Авроры расступились, потоптались, насупившись, начали пятиться к двери. Целитель окинул спокойным взглядом взволнованные растерянные лица врачей реанимационной бригады: — Работаем, господа!
Страница 3 из 3
