Злоключения одноглазого

Приключения начинаются

Комната. За столом сидит мужчина в голубой футболке и чёрных шортах. Взор его был устремлён в тетрадку, а сам он отнюдь не весел. Заковыристые буквы плясали со строки на строку и никак не хотели превращаться в слова. За окном темно, а настольная лампа то и дело мигала, но это не мешало парню писать. Ручка печально плясала по листку и резко дала в сторону — на кухне что-то загремело. Затем послышался мат и всеобщая возня. Недолго думая, музыкант отставил писанину и отправился на кухню. То, что он увидел, вызвало у парня улыбку: подросток и ирокез полотенцами вытирали пол и бросали обвинения в адрес супа, а рядом сидел за газетой верзила и искренне издевался над товарищами.

— Что ученик, что учитель — у обоих руки дырявые. Дуршлаг имитируете? — спросил негр.

— Джави, отстань! Шов, тащи ещё тряпок!

— Сейчас, дядя, — мальчишка бросился к выходу, но столкнулся с гитариста. — Пап?!

— Полный курс в ванную… В поисках тряпки, — пояснил Лео. — Поторопись, юнга.

Когда тот скрылся, Лео уселся за стол и с усмешкой принялся следить за занятием Ральфи. Тоска куда-то подевалась. Рядом с ним его верные друзья: грубиян, но честный и добрый Джавади и странный и хозяйственный Ральфи. Без этих двоих его жизнь была бы серой и скучной. Вот, к примеру, сегодня клавишник учил Шва готовить. В итоге получилось это: мальчишка случайно задел кастрюлю, и та с грохотом упала на пол — суповый потоп гарантирован.

— С чем суп? — неожиданно спросил Лео.

— Со всем. Называется «Заебушка»…

— Как-как? «Заебушка»? Замечательное название для супа! В честь тебя назвали?

— Джави! — Ральфи от злости покраснел. — Где Шов? Нужны…

— Тряпки? — Подросток влетел на кухню с тазом доверху заполненным тряпками.

Спустя десять минут с супом было покончено, а ещё через тридцать парни перекусили наскоро сделанными бутербродами. Все разошлись кто куда, а Лео вернулся к своему прежнему занятию. Письмо. Столько хочется рассказать, но руки трясутся, да и листка не хватит. Гитариста переполняли эмоции, ведь немудрено. Он столько скрывал правду, а тут надо всё объяснить на каком-то крохотном листочке — сам Лео сказать не в силах. Эта тайна тяготила его целых восемнадцать лет, и вот завтра всё решится! Но поможет ли это? Поймёт ли его Шов? Не возненавидит? Посмотрим…

— Пап! — мальчишка обнял мужчину сзади. — А ты чего это тут пишешь?

— Да ничего… Так… Решил в кой-то веке сам написать песню…

— Ты же всегда играешь чужое. С чего бы вдруг?

— Шов, уже поздно. Иди спать.

Ни солоно хлебавши, подросток ушёл к себе, а Лео продолжил писать. Ему так хотелось отдать это письмо сейчас, но знал — не время. Надо подождать до завтра, а дальше всё само утрясётся. Музыкант прочитал написанное и поставил точку, и только после этого пошёл спать.

Спустя 3 часа.

Все спали, и только Шов не спал. Он лежал и думал о странном поведении отца. Да он уже битый час об этом думает! Мальчик никак не мог понять, что же произошло с Лео. Может, это всё его песня? Что такого написал мужчина, что резко отправил сына спать, не желая продолжать разговор? Тайны, одни тайны. Не в силах терпеть боле, Шов выбрался из-под душного одеяла и опустил ноги на пол. Сразу обдало холодом. Пытаясь не дышать, подросток на цыпочках проследовал в комнату отца. Тот дрых, свернувшись в калачик, и громко сопел. Тем не менее парень знал, что сон Лео чуток, и пытался производить меньше шума. Дойдя до стола, он сразу заприметил конверт и, взяв его с собой, вышел из комнаты. Закрывшись в туалете и включив свет, Шов нетерпеливо разорвал конверт и принялся читать.

«Дорогой Шов,»

Вот тебе исполнилось восемнадцать. Это не просто очередное День Рождение, не обычная дата. Вовсе нет! Ты уже взрослый и сам можешь решать, что тебе делать дальше. Если хочешь, можешь пойти учиться или отправиться на поиски себя… Но не об этом речь! (Хотя я бы выбрал второе, так как учёба — скучно) Всю жизнь я был для тебя папой, а Ральфи и Джавади дядями. Но ведь это не так. Всё, что я тебе рассказывал — ложь. У меня никогда не было жены, а твоя мама не погибла на железной дороге. Начну с самого начала. Я обычный музыкант, который подрабатывает, играя чужую музыку. Джави и Ральфи — мои партнёры. Их прошлое тебе известно… Но я опять ухожу от темы! Ты — не мой сын. Печально, но это так. Восемнадцать лет назад я гулял у реки и нашёл там тебя. Вот такая грустная история… Если хочешь, можешь меня ненавидеть. Я заслужил это. Прости за всё, мой одноглазый Джо (прям как в сопливой драме).

Лгун Лео.