Фандом: Гарри Поттер. На третьем Испытании Турнира Волдеморт вынуждает Виктора Крама принять Метку. После этого ему уже нет дороги назад, в Болгарию. Крам остается в Британии, в рядах Пожирателей Смерти. Три года его жизни — с момента принятия Метки и до последнего мгновения 2 мая 1998 года.
238 мин, 11 сек 18168
— Анна Фоминична говорила, — вспоминаю ее рассказ, — что надо просто не сесть на корабль. И тогда можно вернуться.
— Анна Фоминична… — грустно хмыкает Игорь Александрович. — Она не сказала, что вернуться могут единицы. Я не смог. И ты не сможешь.
— Почему? — смотрю на покачивающийся на воде корабль.
— Потому что, — отвечает Игорь Александрович, но потом смягчается. — Я не знаю, как сказать. Потом поймешь.
— Потом? — поворачиваюсь к директору Дурмстранга. — Когда — «потом»?
— Не знаю, — Игорь Александрович пожимает плечами. — Я тоже узнал многое потом.
— А как вы умерли? — задаю глупо звучащий вопрос.
— Как умер… — мужчина вскидывает голову, смотрит на небо. Перевожу взгляд туда же. Ничего, кроме серой хмари. — Змея укусила.
— Лорд сказал, что вас убили…
— А кто сказал, что это не было убийством? — совершенно не к месту фыркает мой собеседник. — Вот по его приказу змея и укусила.
— Я видел у него змею, — тихо говорю. — Гладкая такая. Длинная.
— Угу, — кивает Игорь Александрович. — Именно она.
— Жаль.
— Ну… что ж поделать, — философски замечает мой собеседник.
— А меня, похоже, завалило обрушившейся стеной, когда Лорд Хогвартс штурмовал, — говорю.
— Лорд? — Игорь Александрович прищуривается, а потом разочарованно вздыхает: — Все-таки «Лорд»…
Молчу.
— Как ты решился? — спрашивает он спустя минуту молчания.
— Так и решился, — пожимаю плечами.
Игорь Александрович с любопытством на меня глядит, а затем, видя, что я не собираюсь отвечать, говорит:
— Когда-то я учился в школе — тоже в Дурмстранге. На два класса младше меня училась девочка, Аня Романова. Я был видным женихом, но мне никто не был нужен. Только она. У девочки был отец — сильный маг. У этого мага была организация, ставящая своей целью захват власти в Британии. И я знал, что он не подпустит меня к ней, если я не докажу, что чего-то стою. Тогда самым логичным способом мне показался вариант — принять Метку.
— Аня Романова? — переспрашиваю. — Это… Анна Фоминична? Но ведь она Риддл…
— Риддл. По отцу, — кивает Игорь Александрович. — По матери — Романова.
— Вы любили Анну Фоминичну? — спрашиваю совершенно идиотскую вещь.
— Любил, — соглашается директор.
— А… потом что?
— Потом… потом я долго и старательно служил Лорду. Служил, надеясь, что он позволит мне быть рядом с ней. Хотя бы увидеться. Но не увиделся. Потом Лорд умер в первый раз, меня загребли в Азкабан. И я понял, что все мои робкие надежды на встречу и какое-то счастье разбиты. Чтобы не сгнить там, рассказал все, что знал.
— Но ведь потом вы с ней встретились.
— Да. Когда приехал на Турнир. Только я потом сбежал, а она вернулась к Лорду. Впрочем, она от него и не уходила…
— Не говорите так, — возражаю. — Анна Фоминична…
— Ты же помнишь змею? — перебивает меня Игорь Александрович и зачем-то добавляет: — И я ее помню. Все годы, когда я жил с надеждой на встречу, эта клятая змея висела у Лорда на шее.
— Причем тут змея? — хмурюсь.
— Так у Анны анимагическая форма — змея, — кривится мой собеседник.
— Нет у нее никакой анимагической формы…
— Есть-есть. И именно эта змея меня и укусила. В буквальном смысле.
Не понимаю.
— Но она же сказала…
— Анна много что говорила, — фыркает Игорь Александрович и спрашивает: — Ты ей верил?
— Анна Фоминична… — с трудом говорю. — Анна Фоминична… поддерживала меня все три года, когда Лорд вынудил принять Метку…
На лице Игоря Александровича проскальзывает интерес.
Решаться рассказать трудно. Но потом я плюю на все. Какая разница, если я уже мертв?
— Если бы не она, — медленно произносит Игорь Александрович, — я бы не принял Метку. Именно она в свое время убедила меня в этом. Сказала, что без нее нам будет невозможно быть вместе. И тебя она убедила, что ты должен идти к Лорду, якобы чтобы «помогать». Только ты понимаешь, что ты больше помогал не несчастным магглам, а Лорду? Варил зелья, лечил других Рыцарей. Скольким ты помог на самом деле? И была ли это помощь?
Молчу.
— Так Дамблдор был прав, надо было сразу сказать ему… еще тогда, когда я только получил Метку…
— И что? — фыркает директор Дурмстранга. — Ты думаешь, ты ему был нужен? Дамблдору было начхать на тебя. Он бы отправил тебя в Азкабан, не задумываясь.
— Но я же спас Поттера…
— И что? У тебя была Метка, Вить. И это бы сыграло ему на руку. Да и… Даже если бы Дамблдор и согласился тебя оставить, ты бы все равно был бы вовлечен в эту войну. Только уже на стороне Дамблдора. И не факт, что ты бы прожил три эти года.
— Тогда… Гермиона… — слезы меня душат.
— И с Гермионой у тебя бы ничего не сложилось все равно, — качает головой Игорь Александрович. — Вить, ты не понял? Ты мясо. Ты был мясом у Лорда, и был бы у Дамблдора.
— Анна Фоминична говорила, что я герой, — все, что могу сказать.
— Ну конечно, она говорила, — фыркает мой собеседник. — Она и не то сказать может. Ты самый лучший, самый смелый, самый сильный. Только надо вот еще чуть-чуть, еще немножко. И все будет хорошо. Так ведь, Вить?
Холодный ветер бьет в лицо брызги.
— Анна Фоминична… — грустно хмыкает Игорь Александрович. — Она не сказала, что вернуться могут единицы. Я не смог. И ты не сможешь.
— Почему? — смотрю на покачивающийся на воде корабль.
— Потому что, — отвечает Игорь Александрович, но потом смягчается. — Я не знаю, как сказать. Потом поймешь.
— Потом? — поворачиваюсь к директору Дурмстранга. — Когда — «потом»?
— Не знаю, — Игорь Александрович пожимает плечами. — Я тоже узнал многое потом.
— А как вы умерли? — задаю глупо звучащий вопрос.
— Как умер… — мужчина вскидывает голову, смотрит на небо. Перевожу взгляд туда же. Ничего, кроме серой хмари. — Змея укусила.
— Лорд сказал, что вас убили…
— А кто сказал, что это не было убийством? — совершенно не к месту фыркает мой собеседник. — Вот по его приказу змея и укусила.
— Я видел у него змею, — тихо говорю. — Гладкая такая. Длинная.
— Угу, — кивает Игорь Александрович. — Именно она.
— Жаль.
— Ну… что ж поделать, — философски замечает мой собеседник.
— А меня, похоже, завалило обрушившейся стеной, когда Лорд Хогвартс штурмовал, — говорю.
— Лорд? — Игорь Александрович прищуривается, а потом разочарованно вздыхает: — Все-таки «Лорд»…
Молчу.
— Как ты решился? — спрашивает он спустя минуту молчания.
— Так и решился, — пожимаю плечами.
Игорь Александрович с любопытством на меня глядит, а затем, видя, что я не собираюсь отвечать, говорит:
— Когда-то я учился в школе — тоже в Дурмстранге. На два класса младше меня училась девочка, Аня Романова. Я был видным женихом, но мне никто не был нужен. Только она. У девочки был отец — сильный маг. У этого мага была организация, ставящая своей целью захват власти в Британии. И я знал, что он не подпустит меня к ней, если я не докажу, что чего-то стою. Тогда самым логичным способом мне показался вариант — принять Метку.
— Аня Романова? — переспрашиваю. — Это… Анна Фоминична? Но ведь она Риддл…
— Риддл. По отцу, — кивает Игорь Александрович. — По матери — Романова.
— Вы любили Анну Фоминичну? — спрашиваю совершенно идиотскую вещь.
— Любил, — соглашается директор.
— А… потом что?
— Потом… потом я долго и старательно служил Лорду. Служил, надеясь, что он позволит мне быть рядом с ней. Хотя бы увидеться. Но не увиделся. Потом Лорд умер в первый раз, меня загребли в Азкабан. И я понял, что все мои робкие надежды на встречу и какое-то счастье разбиты. Чтобы не сгнить там, рассказал все, что знал.
— Но ведь потом вы с ней встретились.
— Да. Когда приехал на Турнир. Только я потом сбежал, а она вернулась к Лорду. Впрочем, она от него и не уходила…
— Не говорите так, — возражаю. — Анна Фоминична…
— Ты же помнишь змею? — перебивает меня Игорь Александрович и зачем-то добавляет: — И я ее помню. Все годы, когда я жил с надеждой на встречу, эта клятая змея висела у Лорда на шее.
— Причем тут змея? — хмурюсь.
— Так у Анны анимагическая форма — змея, — кривится мой собеседник.
— Нет у нее никакой анимагической формы…
— Есть-есть. И именно эта змея меня и укусила. В буквальном смысле.
Не понимаю.
— Но она же сказала…
— Анна много что говорила, — фыркает Игорь Александрович и спрашивает: — Ты ей верил?
— Анна Фоминична… — с трудом говорю. — Анна Фоминична… поддерживала меня все три года, когда Лорд вынудил принять Метку…
На лице Игоря Александровича проскальзывает интерес.
Решаться рассказать трудно. Но потом я плюю на все. Какая разница, если я уже мертв?
— Если бы не она, — медленно произносит Игорь Александрович, — я бы не принял Метку. Именно она в свое время убедила меня в этом. Сказала, что без нее нам будет невозможно быть вместе. И тебя она убедила, что ты должен идти к Лорду, якобы чтобы «помогать». Только ты понимаешь, что ты больше помогал не несчастным магглам, а Лорду? Варил зелья, лечил других Рыцарей. Скольким ты помог на самом деле? И была ли это помощь?
Молчу.
— Так Дамблдор был прав, надо было сразу сказать ему… еще тогда, когда я только получил Метку…
— И что? — фыркает директор Дурмстранга. — Ты думаешь, ты ему был нужен? Дамблдору было начхать на тебя. Он бы отправил тебя в Азкабан, не задумываясь.
— Но я же спас Поттера…
— И что? У тебя была Метка, Вить. И это бы сыграло ему на руку. Да и… Даже если бы Дамблдор и согласился тебя оставить, ты бы все равно был бы вовлечен в эту войну. Только уже на стороне Дамблдора. И не факт, что ты бы прожил три эти года.
— Тогда… Гермиона… — слезы меня душат.
— И с Гермионой у тебя бы ничего не сложилось все равно, — качает головой Игорь Александрович. — Вить, ты не понял? Ты мясо. Ты был мясом у Лорда, и был бы у Дамблдора.
— Анна Фоминична говорила, что я герой, — все, что могу сказать.
— Ну конечно, она говорила, — фыркает мой собеседник. — Она и не то сказать может. Ты самый лучший, самый смелый, самый сильный. Только надо вот еще чуть-чуть, еще немножко. И все будет хорошо. Так ведь, Вить?
Холодный ветер бьет в лицо брызги.
Страница 65 из 66
