Золото пробуждения

Девочка адресовала свой вопрос Энид, которая как правило, всегда находила остроумный ответ.

— По-моему это просто холодная вода, — пробормотала Мод, надеясь, что Энид, как обычно, добавит что-нибудь веселое, но подруга молчала. Она смотрела в тарелку, но как будто бы даже не видела ее. Ее глаза были стеклянными, и подруги не знали, как вывести ее из этого состояния. И только когда прозвенел звонок, давая им сигнал идти в класс пения к мисс Бэт, Энид, наконец, сказала: — Увидимся позже, — и встав из-за стола, ушла.

Как только Энид скрылась из виду, Милдред повернулась к Мод.

— И что будем делать?

— Я не знаю, Милли, — ответила Мод, собирая пустые тарелки и относя их в мойку. — Но, может, стоит дать ей время прийти в себя? Мистрис Метла на самом деле была довольно жестокой, распекая ее за неудачу.

— Наверное, — согласилась Милдред. — Я просто хочу, чтобы она снова начала разговаривать с нами. — Внезапно ее осенило. — Я знаю! Вечером мы должны прийти к ней в комнату, чтобы проведать ее. Дежурить будет мисс Дрилл, а после проверки мистрис Метлы все остальные преподаватели будут слишком уставшими, чтобы проверять нас. — Было видно, что Мод не нравится эта идея. — Ну же, Мод! Мы должны что-то сделать! — настаивала Милдред.

— Побыстрее, девочки! — позвала их мисс Бэт, открывая дверь в класс. — Мы сейчас начнем.

Заняв свое место, Милдред снова взглянула на Мод.

— Ну, хорошо, — сдалась та, поправляя свои очки и оглядывая класс. — Но где Энид сейчас?

Мисс Хардбрум шла по школьным коридорам, направляясь в лабораторию зелий. Она думала, какое зелье ей лучше принять, чтобы остановить тошноту и головную боль, которая преследовала ее с того самого момента, как мистрис Метла переступила порог школы.

Войдя в лабораторию, Констанс прикрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной и глубоко вздохнув, прикрыла глаза, наслаждаясь тишиной. Но услышав какой-то шум, она резко открыла глаза, оглядывая помещение в поисках постороннего.

За одной из парт сидела Энид Найтшайд. На ее лице были видны следы пролитых слез.

— Энид Найтшайд, что ты делаешь здесь в это время? И как ты вообще попала сюда? — сердито спросила Констанс девочку, заставив ту подскочить на ноги.

— Я использовала заклинание, открывающее двери, — нервно объяснила Энид, глядя на свои ботинки. — Я просто хотела побыть одна…

— Хорошо, — кивнула учительница, чем вызвала у Энид удивленный взгляд. — И раз уж ты здесь, может, расскажешь, почему ты решила прийти в лабораторию зелий?

Тяжело вздохнув, Энид посмотрела на грозную учительницу. Родители всегда учили ее, что честность — лучшая политика. И хотя Энид и не всегда следовала этому совету, она знала, что мисс Хардбрум всегда умела определять, когда ученица врет и с содроганием представляла последствия.

— Я бы хотела извиниться перед вами, — начала девочка. — Я провалила проверку, не показав того совершенства, о котором вы просили. Я не смогла этого сделать.

— Никто не планирует провал, Энид, — сказала Констанс, занимая место за своим столом и кивая Энид на первую парту. Энид села за указанную парту, глядя на учительницу грустными глазами. — Ты не должна извиняться передо мной.

— Нет, должна! — воскликнула Энид. — Я должна извиниться за то, что потерпела неудачу, когда знала, как правильно сварить зелье и не разочаровать мистрис Метлу!

— Ты уверена? — спросила Констанс, приведя ученицу в замешательство. Констанс понимала, почему Энид чувствовала необходимость прийти сюда, хотя и совершенно не винила ее в том, что произошло. По правде говоря, она винила себя.

— Что? — спросила Энид, спрашивая себя, слушала ли ее мисс Хардбрум вообще.

— Ты уверена, что сможешь изменить цвет пера с черного на белый? — спросила Констанс, доставая из ящика стола черное перо и устанавливая его на столе. Затем она щелкнула пальцами, зажигая огонь под котлом, стоящим перед ученицей. Энид недоверчиво смотрела на учительницу, прикусив губу. — Раньше я никогда не давала никому возможности попробовать снова, но теперь у тебя есть такой шанс. Измени цвет пера.

Энид кивнула головой, прежде чем достать книгу и открыть ее на нужной странице. Мисс Хардбрум снова щелкнула пальцами, и перед девочкой появился набор ингредиентов. Учительница и ученица работали молча. Единственными звуками, раздающимися в классе был скрип пера Констанс и шипение котла Энид. Через полчаса Энид подняла руку.

— Нет необходимости поднимать руку, когда в классе только ты и я, Энид, — заметила Констанс, поднимая голову от тетради, которую проверяла.

— Простите, мисс, — извинилась Энид. — Я по привычке.

— Хорошая привычка, — Кивнула Констанс, убирая со стола все, кроме стоящего вертикально черного пера. — Ну, давай, девочка! Мы не можем сидеть здесь весь день.

Энид глубоко вздохнула и обмакнув палец в зелье, указала им на перо, которое стало белоснежным.