Золото пробуждения

Констанс Хардбрум была сильной ведьмой, и правой рукой директрисы. Она поддерживала дисциплину среди учениц, упорно работала, следила за соблюдением школьных правил, служила примером для девочек и поддерживала доброе имя школы Кэкл. Именно сейчас Амелия поняла, что они с Констанс были гораздо больше похожи, чем она изначально думала.

Направляясь вместе с коллегами во двор, директриса решила не делиться с ними своими переживаниями.

— Я в порядке. Но боюсь, у нас есть более неотложные дела.

— Что сказала мистрис Метла? — тихо спросила Имоджен. Давина топталась рядом, сцепив пальцы на руках и втайне надеясь на хороший исход, но сомневаясь в том, что он будет.

— Она сказала, что нам есть о чем беспокоиться.

— Но беспокоиться в связи с чем? — спросила Давина. — Мой класс с проверкой, вроде справился.

— Мой тоже, — добавила Имоджен. — Хотя… — Амелия взглянула на учительницу физкультуры, ожидая, когда та продолжит. — Она почти ничего не спрашивала. Немного понаблюдала за игрой девочек и все. А потом пошла в класс…

— Констанс, — закончила за нее мисс Кэкл.

В это время учительница зельеварения сама появилась во дворе. Ее руки были скрещены на груди, осанка прямая, а лицо не выражало эмоций.

— Вас зовут, — спокойно сказала она, будто бы это был обычный день, хотя она точно знала, что произошедшее в ее классе девочки будут обсуждать не один день.

— Что случилось? — спросила Имоджен, нарушив повисшее молчание.

— Энид Найтшайд не справилась с зельем изменения цвета, — пояснила мисс Хардбрум, надеясь избежать объяснений, которые могут нанести вред ее репутации в школе. В своих «неудачах» она должна была винить только себя. Мистрис Метла всегда повторяла ей это в ее студенческие годы, и устроившись на работу в школу Кэкл, Констанс продолжала так считать. Констанс всегда стремилась к совершенству и того же требовала от своих учеников. А потому свой небольшой спор с Хекети Метлой она предпочла не афишировать.

— Но я думала, ваше заклинание сделает их идеальными ученицами? — поинтересовалась Имоджен с невежеством, которое могла проявить только не-ведьма, ничего не знающая о заклинаниях и чарах.

Вздохнув, Констанс вернулась к реальности. Объяснять простому смертному магическую терминологию было довольно непросто, а потому она решила быть краткой.

— Заклинание, которое я применила, было производным из двух других, одно из которых отвечает за внешний вид, а второе за интеллектуальные способности. Баланс этих заклинаний должен был тщательно скоординирован, чтобы школу не охватил эффект Фостера.

— Я все еще не понимаю, — вздохнула Давина. — Почему мои девочки играют так хорошо?

— Интеллектуальная магия разделяется на три категории: логические способности, физическая подготовка и творчество. Накладывая заклинание, я использовала разные категории для отдельных студенческих групп, учитывая то, в каком классе они будут заниматься.

Амелия подняла брови. Магия была очень чувствительной и взрывоопасной силой, которую многие так и не могли до конца освоить, а Констанс как-то умудрилась использовать четыре разных заклинания одновременно. Как же ей это удалось? Она научилась этому в техникуме ведьм, или же изобрела этот способ уже будучи преподавателем? Этого директриса не знала.

— А что случилось после того, как Энид провалила задание? — с сомнением спросила она, возвращаясь к беспокоящей всех теме.

— Мистрис Метла была разочарована. Она считает, что у ведьм все всегда должно получаться с первого раза, и не дала Энид попробовать еще раз.

— Вы просили Энид попробовать снова? — спросила мисс Кэкл, удивляясь действиям своей заместительницы. — Но я никогда не замечала за вами, чтобы вы давали второй шанс, Констанс!

— Это был крайний случай. Если бы я этого не сделала, мистрис Метла непременно наказала бы девочку за неудачу, — объяснила мисс Хардбрум, думая, как сменить тему. Она знала, что эта ситуация в конечном итоге вызовет немало поводов для насмешек и не хотела обсуждать это дальше. — Я полагаю, что сейчас она проверяет документацию?

— Проверяет, — после небольшой паузы ответила Амелия. Она поняла, что Констанс хочет перевести разговор на другую тему. Эмоциональное состояние ее заместительницы было загадкой, как и ее прошлое, которое никак ее не отпускало. Амелия никак не могла помочь, но прекрасно поняла, что Констанс не хочет разговаривать о том, что произошло в классе. — Я полагаю, пока мистрис Метла занята проверкой и выносит вердикт, нам надо возобновить наши уроки, продолжая держать все в идеальном состоянии.

— Да, мисс Кэкл, — согласились с директрисой коллеги и отправились каждая в свой класс, желая, чтобы этот день поскорее закончился, не зная, что настоящие неприятности ждут их впереди.

Милдред и Мод еще никогда не видели, чтобы во время обеда Энид была такой тихой. Они сидели в столовой, и смотрели, как Энид медленно зачерпывает ложкой бульон, а потом выливает его обратно в тарелку.

— Итак, — начала Милдред, — Как ты думаешь, какой это суп?