— Лето совсем закончилось, даже бабье прошло… — загадочно и даже немного грустно сказал Леха.
101 мин, 40 сек 5227
Кривой немного подумал, протянул руку к смятой дверной ручке, но потом резко отдернул ее.
— Ладно, пошли отсюда, а то мы так до утра в этом коридоре простоим. И так уже нашли что искали! — сказал Конь и направился к выходу.
Остальные послушно поплелись за ним.
— Снег пошел… — оповестил всех Кривой, мельком увидевший через окно открытого кабинета первый в этом сезоне снег.
Конь подошел вплотную к входной двери. Прислушался к тому, что происходит снаружи и, убедившись, что за ней никого нет, открыл замок.
Зоя Леонидовна — одинокая женщина
Старенькое ружьишко для подводной охоты, моток прочной толстой веревки, скотч, чистый отрез старой простыни, раствор бриллиантовый зеленый, бутылка воды 1л. Небольшое расколотое дамское зеркальце, старый крупный и неуклюжий мобильник, два кухонных ножа средних размеров, погнутая вилка, две пластиковые тарелки, газета кроссвордов, гелевая ручка, сменный спортивный костюм, расческа. Зажигалка, туалетная бумага, карта города, пачка экстракта валерианы, бутерброд и яблоко, переносной фонарик, небольшая лопата с отпиленным черенком, старенький радиоприемник, мыло в мыльнице. Хороший компактный и качественный ручной фонарь был единственной новой вещью, которую она приобрела за все эти годы в оружейном охотничьем магазине.
Зоя Леонидовна еще раз проверила все вещи, аккуратно сложенные в громоздкую зеленую спортивную сумку. Для удобства к одной из ручек сумки было привязано плетенное грибное лукошко. Оделась в свежий недавно постиранный спортивный костюм мрачного темно-синего цвета, еще вкусно пахнущий чистотой и стиральным порошком. Расчесала волосы у большого 80-х годов выпуска зеркального трельяжа. Взяла в руки фотографию сына в рамке. Несколько минут всматривалась в невинные милые детские глазки.
Только последний год у Зои Леонидовны перестали наворачиваться слезы при виде фото маленького Коли. Не выпуская деревянную потертую рамку из рук, она присела на край старенького пыльного дивана, словно «присела на дорожку» перед долгим путешествием.
После смерти пятилетнего сына молодая одинокая женщина перестала следить за собой и своей небольшой 2-х комнатной квартирой. Она больше не наряжалась в красивые платья в праздники, как любила раньше. В ее доме не появлялись новые современные вещи. Ее единственной формой одежды с тех пор стал тренировочный костюм, а квартира обросла пылью и затхлостью. Время для Зои Леонидовны будто остановилось, и жизнь потеряла всякий смысл, тогда, в тот несчастливый трагичный день — понедельник, 24 февраля 1986-ого года. За день до трагедии было 23 февраля, день защитника Отечества. И хоть Коленька еще не защищал отечество, но непременно бы это сделал, и проявил себя как герой — верила Зоя. Она на праздник подарила ему черный игрушечный автомат с мигающей на кончике ствола лампочкой показывающей выстрел при нажатии на пластмассовый курок. Такой автомат достать было очень сложно во время острого дефицита, и ей он достался как подарок начальства за отличную работу в машинно-счетном отделении механического завода. На следующий день она отвела Коленьку в садик и больше живым не видела. Только детское холодное тельце в бардовом костюмчике из плотной велюровой ткани с синим галстучком, лежащее в крохотном простеньком красно-черном гробике, навсегда шоком запечатлелось в памяти.
После похорон малыша она не выходила из своей хрущевки по ул. Юлюса Янониса в Советском районе целый год и ни с кем не разговаривала. Продукты ей приносила мать и убирала комнаты, пока не умерла от инсульта. Пережив еще одно горе, душа молодой женщины стала безразличной к другим людям, а сердце каменным к их горю.
После смерти матери Зоя Леонидовна взяла себя в руки, стала выходить из дома, устроилась на работу в продуктовый магазин и даже познакомилась с молодым человеком. Они стали жить вместе в ее квартире и хотели пожениться. Казалось, Зоя вновь обрела счастье, но она никак не могла забыть своего погибшего сына. Все время говорила о нем и как будто жила прошлым, прежним счастьем. Вскоре в новой семье пошел разлад, и жених Сергей бросил ее. После его предательства и ухода Зоя Леонидовна окончательно очерствела душой. Уже много лет она жила по расписанию… С того дня больше не включала телевизор. Он так и стоял одинокий и ненужный в углу. Покрытый пылью, паутиной и мятой вязанной кружевной накидкой подаренной матерью. Даже не знала, работает ли он.
По вторникам она ходила на могилку в юго-западном кладбище к Коле, в тот день недели, когда его похоронили. Долго разговаривала с ним, протирала простой деревянный крест без фотографии от лесной пыли и ухаживала за многолетними цветами, посаженными вокруг крохотного холмика.
В среду и четверг зимой отдыхала дома, подолгу задумчиво глядя в окно, или часами держала в руках портрет беззаботно и искренне улыбающегося сына.
— Ладно, пошли отсюда, а то мы так до утра в этом коридоре простоим. И так уже нашли что искали! — сказал Конь и направился к выходу.
Остальные послушно поплелись за ним.
— Снег пошел… — оповестил всех Кривой, мельком увидевший через окно открытого кабинета первый в этом сезоне снег.
Конь подошел вплотную к входной двери. Прислушался к тому, что происходит снаружи и, убедившись, что за ней никого нет, открыл замок.
Зоя Леонидовна — одинокая женщина
Старенькое ружьишко для подводной охоты, моток прочной толстой веревки, скотч, чистый отрез старой простыни, раствор бриллиантовый зеленый, бутылка воды 1л. Небольшое расколотое дамское зеркальце, старый крупный и неуклюжий мобильник, два кухонных ножа средних размеров, погнутая вилка, две пластиковые тарелки, газета кроссвордов, гелевая ручка, сменный спортивный костюм, расческа. Зажигалка, туалетная бумага, карта города, пачка экстракта валерианы, бутерброд и яблоко, переносной фонарик, небольшая лопата с отпиленным черенком, старенький радиоприемник, мыло в мыльнице. Хороший компактный и качественный ручной фонарь был единственной новой вещью, которую она приобрела за все эти годы в оружейном охотничьем магазине.
Зоя Леонидовна еще раз проверила все вещи, аккуратно сложенные в громоздкую зеленую спортивную сумку. Для удобства к одной из ручек сумки было привязано плетенное грибное лукошко. Оделась в свежий недавно постиранный спортивный костюм мрачного темно-синего цвета, еще вкусно пахнущий чистотой и стиральным порошком. Расчесала волосы у большого 80-х годов выпуска зеркального трельяжа. Взяла в руки фотографию сына в рамке. Несколько минут всматривалась в невинные милые детские глазки.
Только последний год у Зои Леонидовны перестали наворачиваться слезы при виде фото маленького Коли. Не выпуская деревянную потертую рамку из рук, она присела на край старенького пыльного дивана, словно «присела на дорожку» перед долгим путешествием.
После смерти пятилетнего сына молодая одинокая женщина перестала следить за собой и своей небольшой 2-х комнатной квартирой. Она больше не наряжалась в красивые платья в праздники, как любила раньше. В ее доме не появлялись новые современные вещи. Ее единственной формой одежды с тех пор стал тренировочный костюм, а квартира обросла пылью и затхлостью. Время для Зои Леонидовны будто остановилось, и жизнь потеряла всякий смысл, тогда, в тот несчастливый трагичный день — понедельник, 24 февраля 1986-ого года. За день до трагедии было 23 февраля, день защитника Отечества. И хоть Коленька еще не защищал отечество, но непременно бы это сделал, и проявил себя как герой — верила Зоя. Она на праздник подарила ему черный игрушечный автомат с мигающей на кончике ствола лампочкой показывающей выстрел при нажатии на пластмассовый курок. Такой автомат достать было очень сложно во время острого дефицита, и ей он достался как подарок начальства за отличную работу в машинно-счетном отделении механического завода. На следующий день она отвела Коленьку в садик и больше живым не видела. Только детское холодное тельце в бардовом костюмчике из плотной велюровой ткани с синим галстучком, лежащее в крохотном простеньком красно-черном гробике, навсегда шоком запечатлелось в памяти.
После похорон малыша она не выходила из своей хрущевки по ул. Юлюса Янониса в Советском районе целый год и ни с кем не разговаривала. Продукты ей приносила мать и убирала комнаты, пока не умерла от инсульта. Пережив еще одно горе, душа молодой женщины стала безразличной к другим людям, а сердце каменным к их горю.
После смерти матери Зоя Леонидовна взяла себя в руки, стала выходить из дома, устроилась на работу в продуктовый магазин и даже познакомилась с молодым человеком. Они стали жить вместе в ее квартире и хотели пожениться. Казалось, Зоя вновь обрела счастье, но она никак не могла забыть своего погибшего сына. Все время говорила о нем и как будто жила прошлым, прежним счастьем. Вскоре в новой семье пошел разлад, и жених Сергей бросил ее. После его предательства и ухода Зоя Леонидовна окончательно очерствела душой. Уже много лет она жила по расписанию… С того дня больше не включала телевизор. Он так и стоял одинокий и ненужный в углу. Покрытый пылью, паутиной и мятой вязанной кружевной накидкой подаренной матерью. Даже не знала, работает ли он.
По вторникам она ходила на могилку в юго-западном кладбище к Коле, в тот день недели, когда его похоронили. Долго разговаривала с ним, протирала простой деревянный крест без фотографии от лесной пыли и ухаживала за многолетними цветами, посаженными вокруг крохотного холмика.
В среду и четверг зимой отдыхала дома, подолгу задумчиво глядя в окно, или часами держала в руках портрет беззаботно и искренне улыбающегося сына.
Страница 24 из 31
