— Еда в холодильнике. Если кончится то, что приготовила я, разберешься как-нибудь сам, хорошо?
12 мин, 39 сек 9585
Он соскочил с кровати и помчался вниз. Выбежав из дома, он направился вдоль стены, точно тем же путем, каким ходил утром. За углом, как раз под окном парня, располагался бассейн, который собирались накрывать на зиму со дня на день. Не успев приблизиться к бассейну, Саша остановился. В мутной воде, поверхность которой была покрыта желтыми листьями, плавало тело Лорда, а вокруг него увеличивалось темно-красное пятно. Парень не мог поверить своим глазам, уже намокшим от слез. Ему хотелось кричать от злости, мысли его путались, в голове был туман. Сделав над собой усилие, Саша вернул ясность мысли. Сейчас он по-настоящему осознал, в какой опасности находится. Он больше не мог наблюдать эту ужасную картину и отвел взгляд, который тут же за что-то зацепился. На поручне бассейна, приклеенная к нему на скотч, колыхалась на ветру очередная записка. Парень подбежал, стараясь не смотреть в бассейн, и сорвал ее. Он принялся обдумывать план, который поможет ему выбраться. После раздумий он пришел к выводу, что его единственным спасением был телефон. Дом был обнесен трехметровым забором, перелезть через который не представлялось возможным, а ворота были обмотаны ржавой, но крепкой цепью, которой раньше там не было. Он в ловушке, которой стал его собственный дом.
Саша побежал в дом. Закрыв дверь, он подошел к телефону, все еще сжимая записку в руке, и набрал номер матери. Вместо гудков он услышал протяжный, не прекращающийся писк. А потом в трубке что-то щелкнуло, и раздался голос.
— Я не выпущу тебя отсюда, парень. Играй или я убью тебя прямо сейчас. — Голос был неестественно низким и каким-то электронным. После недолгой паузы трубку повесили.
Ошарашенный и лишенный последнего шанса на спасение, Саша развернул очередную записку.
«Если слеп ты в темноте вымой кровь из-под ногтей»
Загадки становились все сложнее, особенно для того, чей разум скован страхом. Саша стоял и пытался понять, куда ему идти теперь, как вдруг свет во всем доме погас. На улице уже стемнело, так что парень стоял в абсолютной темноте, где ни зги не видно. Теперь он понял подсказку и на ощупь двинулся к ванной. Он шел, держась за стены, восстанавливая в воображении план дома. Дойдя до нужной двери, он осторожно шагнул внутрь. «Вымой кровь из-под ногтей»… — подумал он. Саша добрался до раковины и, не придумав ничего лучше, включил воду и стал мыть руки. Ничего не происходило. Тогда он решил, что не стоит так буквально понимать подсказки больного парня и стал шарить руками. В шкафчике над раковиной он нашел фонарик, которого, конечно же, там ранее никто не держал. Вокруг было так темно и так тихо, что Саше стало казаться, будто кто-то притаился неподалеку и готовится к атаке. Дрожащими руками он схватил фонарь, включил его и начал освещать все вокруг себя.
В помещении, выполненном из белого кафеля, ярким пятном выделялась ванна, измазанная в крови. Кровь неаккуратными, жирными мазками была на стенах, полу и даже на потолке. Из самой же ванны, свесившись, выглядывала окровавленная рука, средний и указательный пальцы которой держали записку. Эта ужасная картина заставила Александра вздрогнуть. Он осторожно, стараясь не поскользнуться на крови, направился к ванне, держа фонарь перед собой. С каждым шагом фонарь освещал все большую площадь ванны и того, кто в ней находится. В луже собственной крови (отверстие в ванной заткнули) и перерезанным от уха до уха горлом, лежал Кирилл. Он все-таки пришел, как и обещал. Лучше бы он не сдержал обещание. Рука Саши тут же взметнулась ко рту, остановив вопль ужаса и вместе с ним завтрак, подступавший к горлу. Ему не доводилось видеть ранее ничего омерзительнее и кошмарнее этого. С полминуты он смотрел на замученного друга, не понимая, как человек может сотворить такое с другим человеком. Саша понимал, что если продолжит смотреть на это зверство, то просто-напросто рухнет без чувств. Тут же он будто опомнился, выхватил из руки Кирилла записку, которая, будучи склеенной с пальцами кровью, оторвалась от них с неприятным звуком, и выбежал из ванной сломя голову.
Сашу трясло, будто лист на сильном ветру. Он забился в угол большой гостиной, прижав колени к груди, и развернул записку, поминутно судорожно оглядывая темное помещение. Он собрался прочесть послание, но краем глаза заметил слева от себя фигуру, сидевшую точно как он, обхватив колени руками. Он резко направил луч фонаря на силуэт и коротко вскрикнул, а потом рассмеялся (конечно же, лишь в мыслях, чтобы не выдать свое местоположение), увидев, что это фарфоровая фигурка кота в метр высотой. Такими фигурками был уставлен весь дом, так как мать Александра питала к котам слабость, но аллергия на шерсть и неприязнь к лысым животным полностью лишили ее возможности завести питомца.
Он вернулся к чтению окровавленной записки, чернила на которой были еле видны.
«Пора заканчивать веселье подохни в темном подземелье»
Саша побежал в дом. Закрыв дверь, он подошел к телефону, все еще сжимая записку в руке, и набрал номер матери. Вместо гудков он услышал протяжный, не прекращающийся писк. А потом в трубке что-то щелкнуло, и раздался голос.
— Я не выпущу тебя отсюда, парень. Играй или я убью тебя прямо сейчас. — Голос был неестественно низким и каким-то электронным. После недолгой паузы трубку повесили.
Ошарашенный и лишенный последнего шанса на спасение, Саша развернул очередную записку.
«Если слеп ты в темноте вымой кровь из-под ногтей»
Загадки становились все сложнее, особенно для того, чей разум скован страхом. Саша стоял и пытался понять, куда ему идти теперь, как вдруг свет во всем доме погас. На улице уже стемнело, так что парень стоял в абсолютной темноте, где ни зги не видно. Теперь он понял подсказку и на ощупь двинулся к ванной. Он шел, держась за стены, восстанавливая в воображении план дома. Дойдя до нужной двери, он осторожно шагнул внутрь. «Вымой кровь из-под ногтей»… — подумал он. Саша добрался до раковины и, не придумав ничего лучше, включил воду и стал мыть руки. Ничего не происходило. Тогда он решил, что не стоит так буквально понимать подсказки больного парня и стал шарить руками. В шкафчике над раковиной он нашел фонарик, которого, конечно же, там ранее никто не держал. Вокруг было так темно и так тихо, что Саше стало казаться, будто кто-то притаился неподалеку и готовится к атаке. Дрожащими руками он схватил фонарь, включил его и начал освещать все вокруг себя.
В помещении, выполненном из белого кафеля, ярким пятном выделялась ванна, измазанная в крови. Кровь неаккуратными, жирными мазками была на стенах, полу и даже на потолке. Из самой же ванны, свесившись, выглядывала окровавленная рука, средний и указательный пальцы которой держали записку. Эта ужасная картина заставила Александра вздрогнуть. Он осторожно, стараясь не поскользнуться на крови, направился к ванне, держа фонарь перед собой. С каждым шагом фонарь освещал все большую площадь ванны и того, кто в ней находится. В луже собственной крови (отверстие в ванной заткнули) и перерезанным от уха до уха горлом, лежал Кирилл. Он все-таки пришел, как и обещал. Лучше бы он не сдержал обещание. Рука Саши тут же взметнулась ко рту, остановив вопль ужаса и вместе с ним завтрак, подступавший к горлу. Ему не доводилось видеть ранее ничего омерзительнее и кошмарнее этого. С полминуты он смотрел на замученного друга, не понимая, как человек может сотворить такое с другим человеком. Саша понимал, что если продолжит смотреть на это зверство, то просто-напросто рухнет без чувств. Тут же он будто опомнился, выхватил из руки Кирилла записку, которая, будучи склеенной с пальцами кровью, оторвалась от них с неприятным звуком, и выбежал из ванной сломя голову.
Сашу трясло, будто лист на сильном ветру. Он забился в угол большой гостиной, прижав колени к груди, и развернул записку, поминутно судорожно оглядывая темное помещение. Он собрался прочесть послание, но краем глаза заметил слева от себя фигуру, сидевшую точно как он, обхватив колени руками. Он резко направил луч фонаря на силуэт и коротко вскрикнул, а потом рассмеялся (конечно же, лишь в мыслях, чтобы не выдать свое местоположение), увидев, что это фарфоровая фигурка кота в метр высотой. Такими фигурками был уставлен весь дом, так как мать Александра питала к котам слабость, но аллергия на шерсть и неприязнь к лысым животным полностью лишили ее возможности завести питомца.
Он вернулся к чтению окровавленной записки, чернила на которой были еле видны.
«Пора заканчивать веселье подохни в темном подземелье»
Страница 3 из 4
