Звезда по имени

— Энакин, я рада, что вы прилетели так быстро, как только смогли, — отпустила она намёк на то, что меня ждала она позже.

— Когда под вами шатается трон, любое ожидание покажется вечностью, — ответил я намёком на намёк, — так что я старался успеть увидеть вас быстрее, чем «дозор смерти», — Сатин внутренне вздрогнула и явно настроилась на деловой лад. Упоминание её заклятых врагов привело девушку в чувство, и обмен любезностями закончился. Она чувствовала некоторую почву под ногами — её правление единственное, что удерживает народ от расправы над КМК и национализации залежей, но тут палка о двух концах — она не может мне угрожать тем, что её свергнут, так что будет драться до последнего. Не желая отдавать ей лидерство в переговорах, я начал свою наполовину импровизированную речь:

— Понимаю, что моё маленькое предприятие по добыче руды привело к закономерному недовольству народа. Я бы на их месте не стал медлить со свержением власти, так что примите моё восхищение верностью вам ваших подданных. Но, как и всегда, найдётся тот, кому всё происходящее играет только на руку, верно? — спросил я, и наконец, развернулся лицом к Сатин. Надо признать, как я уже думал, мы довольно похожи внешне, так что если поставить рядом, сойдём за брата и сестру. Хм… она так же осматривала меня, но быстро прекратила это занятие и села на диван. На ней было тёмно-синее платье чуть ниже колен, почти без декольте.

— Так и есть, — кивнула Сатин, — и тут вы оказали большую услугу моей оппозиции.

— Оппозиция умеет использовать каждое допущение власти в свою пользу, так что было бы странно ждать от них иного. Хотя вы правы, это дело с бескаром сильно подточило ваши позиции, — я плохо владел ситуацией, скорее только из новостей читал те или иные набросы друг на друга пацифистов и купленных дозором смерти журналистов. Ситуация оказалась честно говоря, неприятной, так как я сильно подставил Сатин, и нанёс удар по её репутации.

— Этого у них не отнять, но вы понимаете, о чём я, — сощурилась Сатин, — дальше тянуть нет никакой возможности. По оценкам моих специалистов уже больше сорока процента СМИ ведут против правительства компанию по дискредитации.

— Со СМИ вы сами разбирайтесь, — грубо прервал я её, — это не моё дело, кого и почему наказывать. Так же, насколько вы понимаете, многие внутренние споры вашей аристократии и их вечные взаимные претензии меня не волнуют.

— Понимаю, — кивнула Сатин, — но вы в них всё же стали весьма значимой фигурой.

— Возможно… — уклонился я от ответа, — но мне лично это никак не мешает относиться одинаково и к вам и к воинственным кланам. Правда, они пока что не приглашали меня для разговора, а это плюс вам, — улыбнулся я весьма сомнительному комплименту. — Так что давайте разговаривать о делах, а не о политике. У меня нет желания прямо сейчас влезать в разборки между двумя группировками. Несмотря на то, что причиной разборок стал я.

Герцогиня натянуто улыбнулась. Она наверняка надеялась склонить меня на свою сторону и сделать если не подчинённым, то союзником, и этим укрепить свои позиции. Меня это не пугало, но всё же полярность наших отношений нужно было менять — союз с Мандалором довольно хорошо вписывался в мои планы и мог бы существенно упростить мне жизнь, когда станет нужен, но возможность действовать была именно сейчас. В какой-то мере я был и рад, что всё это происходит, но несвоевременно, слишком рано, а я откровенно не был уверен в своих авантюрах, и всё могло сорваться в любой момент. Приходилось действовать исходя из весьма призрачного Плана. Какое-либо долгосрочное планирование будущего было проблематичным, даже не смотря на то, что я хорошо представлял, что творится в республике.

Решения я принял, так что теперь мог расслабиться и начать торг.

— Если о делах, — кивнула Сатин, — что вы хотите за рудники? Денег? Может, титул? — герцогиня готова была дать то, что в её силах. Но таких примитивных преимуществ я мог бы добиться и без её помощи, просто она не знала о том, что я действую не с целью усадить попу в мягкое кресло высокопоставленного чиновника и набить карманы кредитами. Хотя это справедливо почти для всех моих однокурсников — им и деньги и титул гарантировали бы хорошую карьеру.

— Нет, так дело не пойдёт, — покачал я головой, — деньги я могу заработать. Не с помощью вашей планеты, так иными способами. Титул? Уже теплее, но в таком случае я буду вашим подданным, а подчиняться, кому бы то ни было, кроме закона, продиктованного здравым смыслом, мне неприятно.

— Я могу дать слово, что не буду вмешиваться в ваши дела, — сказала Сатин. — Так что с этим всё в порядке.

— Нет, Сатин, вы же разрешите вас так называть? — леди в ответ кивнула, явно не обидевшись на фамильярность.