Одним из следствий процесса глобализации как унификации и интеграции всех сфер человеческой деятельности в ХХ в. стало появление «человека бунтующего» (А. Камю).
Добавить в моё избранное
20 мин, 7 сек 12622
Скульптура кота Елисея была установлена на фасаде Елисеевского магазина в 2000 году. В том же году на Малой Садовой (дом № 3) установили ещё один памятник, посвященный кошке Василисе.
Позитивные ритуалы были связаны с памятниками Чижику-Пыжику на Фонтанке и с памятником «доброй собаке» Гаврюше, стоявшему до недавнего времени на Малой Садовой.
Жители города рассказывают мистические истории о сфинксах у пристани Академии художеств и грифонах Банковского мостика, многочисленных кладах, самые известные из которых связаны с Дворцовой площадью и Елисеевским магазином. Ореолом мистики и тайны окружена кирпичная башня Вильгельма Пеля — знаменитого петербургского фармацевта, автора многих медицинских инноваций XIX в. на Васильевском острове. К 1858 году его аптека превратилась в научно-производственный комплекс, включающий органотерапевтический институт, исследовательские лаборатории, фармацевтические фабрики, библиотеки, склады, конторы. Химическая лаборатория Пеля была закрыта в годы Гражданской войны, а затем часть кирпичей трубы была разобрана. Тем не менее, молва разносила по Петербургу весть о том, что Вильгельм Пель увлекался алхимией, а в кирпичной башне выводил грифонов. Даже поговаривали, что, когда невидимые днём грифоны Пеля в полночь слетаются в своё гнездо в башне, их отражения видны в окнах соседних домов. Наш современник, художник Алексей Кострома использовал кирпичи на трубе для нумерации объектов города, которые необходимо сохранить для потомков. Тут же родилась легенда, будто числа, написанные на кирпичах — это зашифрованный код вселенной. Тому, кто перечтёт все числа на башне, сулится, по меньшей мере, исполнение желаний, по другой версии — бессмертие.
Старожилы Питерских коммуналок рассказывали, что раз в году, в марте, на мосту Екатерининского канала появляется призрак Софьи Перовской с белым платочком, которым она давала знак бомбистам. Один из домов на Большой Дворянской улице, согласно городским легендам, был местом сбора «замаскированных покойников» которые при тусклом свете глазниц своих черепов играли в карты. Но, двери и окна этого дома были всегда закрыты.
Негативным «местом силы» считается некрополь Александро-Невской лавры. По легенде, в белые ночи по кладбищу бродит приведение«пьяного могильщика» требующего у ночных прохожих водку.
Другой призрак якобы бродил по ночам по залам Музея «Кунсткамера». Молва гласила, включая рассказ знаменитого российского этнографа Р. Итса, бывшего в 1970-х годах директором Кунсткамеры, что это был дух великана Буржуа, одного из гвардейцев Петра Великого. После одного из пожаров в конце XVIII в. череп скелета Буржуа, выставленный в Музее, пропал. Только после того как скелету поставили череп другого человека, привидение исчезло. По другим городским легендам, в Петропавловской крепости бродят призраки пяти казненных декабристов, в доме на ул. Гороховой обитает призрак Распутина, который якобы даже приносит пользу: следит за порядком в квартирах.
Другая легенда гласит, что под зданием Дома Советов на Московском проспекте в довоенное время располагалась лаборатория биологического оружия. Предполагалось, что если немцы захватили бы город, то лабораторию взорвали, что привело бы к уничтожению всего живого в округе. Этажи лаборатории уходили под землю на высоту самого здания. После войны лабораторию закрыли. Вход замуровали. Узнали о лаборатории случайно, во время работ в подвале, которые производили арендаторы из холдинга «Ленинец».
Сегодня, используя методики культурной антропологии, можно изучать не только старые, т. е. уже описанные в научной и популярной литературе, но и новые технологии иеротопизации сакральных ландшафтов. Сегодня такими технологиями иеротопизации стали групповые и индивидуальные практики использования культовых объектов, близкие к эзотерическим. Процесс иеротопизации, т. е. создания культовых объектов как в Санкт-Петербурге, так и в Ленинградской области, проходит несколько стадий.
Позитивные ритуалы были связаны с памятниками Чижику-Пыжику на Фонтанке и с памятником «доброй собаке» Гаврюше, стоявшему до недавнего времени на Малой Садовой.
Жители города рассказывают мистические истории о сфинксах у пристани Академии художеств и грифонах Банковского мостика, многочисленных кладах, самые известные из которых связаны с Дворцовой площадью и Елисеевским магазином. Ореолом мистики и тайны окружена кирпичная башня Вильгельма Пеля — знаменитого петербургского фармацевта, автора многих медицинских инноваций XIX в. на Васильевском острове. К 1858 году его аптека превратилась в научно-производственный комплекс, включающий органотерапевтический институт, исследовательские лаборатории, фармацевтические фабрики, библиотеки, склады, конторы. Химическая лаборатория Пеля была закрыта в годы Гражданской войны, а затем часть кирпичей трубы была разобрана. Тем не менее, молва разносила по Петербургу весть о том, что Вильгельм Пель увлекался алхимией, а в кирпичной башне выводил грифонов. Даже поговаривали, что, когда невидимые днём грифоны Пеля в полночь слетаются в своё гнездо в башне, их отражения видны в окнах соседних домов. Наш современник, художник Алексей Кострома использовал кирпичи на трубе для нумерации объектов города, которые необходимо сохранить для потомков. Тут же родилась легенда, будто числа, написанные на кирпичах — это зашифрованный код вселенной. Тому, кто перечтёт все числа на башне, сулится, по меньшей мере, исполнение желаний, по другой версии — бессмертие.
Места призрачной силы контакта с миром теней
Многие городские легенды связаны с приведениями, призраками, невинно убиенными и неприкаянными душами. По легенде, связанной с памятником «медный всадник» призрак Петра Великого встретил Павла I на Сенатской площади и сказал ему:«Павел, прощай, но ты снова увидишь меня здесь!».Старожилы Питерских коммуналок рассказывали, что раз в году, в марте, на мосту Екатерининского канала появляется призрак Софьи Перовской с белым платочком, которым она давала знак бомбистам. Один из домов на Большой Дворянской улице, согласно городским легендам, был местом сбора «замаскированных покойников» которые при тусклом свете глазниц своих черепов играли в карты. Но, двери и окна этого дома были всегда закрыты.
Негативным «местом силы» считается некрополь Александро-Невской лавры. По легенде, в белые ночи по кладбищу бродит приведение«пьяного могильщика» требующего у ночных прохожих водку.
Другой призрак якобы бродил по ночам по залам Музея «Кунсткамера». Молва гласила, включая рассказ знаменитого российского этнографа Р. Итса, бывшего в 1970-х годах директором Кунсткамеры, что это был дух великана Буржуа, одного из гвардейцев Петра Великого. После одного из пожаров в конце XVIII в. череп скелета Буржуа, выставленный в Музее, пропал. Только после того как скелету поставили череп другого человека, привидение исчезло. По другим городским легендам, в Петропавловской крепости бродят призраки пяти казненных декабристов, в доме на ул. Гороховой обитает призрак Распутина, который якобы даже приносит пользу: следит за порядком в квартирах.
Другая легенда гласит, что под зданием Дома Советов на Московском проспекте в довоенное время располагалась лаборатория биологического оружия. Предполагалось, что если немцы захватили бы город, то лабораторию взорвали, что привело бы к уничтожению всего живого в округе. Этажи лаборатории уходили под землю на высоту самого здания. После войны лабораторию закрыли. Вход замуровали. Узнали о лаборатории случайно, во время работ в подвале, которые производили арендаторы из холдинга «Ленинец».
Апотропейные места мистической силы
городские легенды повествуют о мистической силе таких известных памятников Петербурга, как памятник М. И. Кутузова, А. В. Суворова и М. Б. Барклая-де-Толли. Эти памятники почитаются мистическими защитниками Петербурга. Их транспортировка из города, и даже переустановка, категорически запрещена. Этот запрет действовал очень строго и в Блокадном Ленинграде. Памятники тщательно укрыли, но не вывезли.Сегодня, используя методики культурной антропологии, можно изучать не только старые, т. е. уже описанные в научной и популярной литературе, но и новые технологии иеротопизации сакральных ландшафтов. Сегодня такими технологиями иеротопизации стали групповые и индивидуальные практики использования культовых объектов, близкие к эзотерическим. Процесс иеротопизации, т. е. создания культовых объектов как в Санкт-Петербурге, так и в Ленинградской области, проходит несколько стадий.
Первая стадия процесса иеротопизации сакрального ландшафта
— одна из начальных стадий — включает личные эмоциональные опыты переживания городских или сельских легенд.
Страница 3 из 6
