Олега разбудил холод. Открыв глаза парень не сразу понял, почему вдруг в его комнате стало так зябко. Оковы сновидения спадали медленно.
Добавить в моё избранное
36 мин, 58 сек 12412
А может не такое уж и обманчивое?
Где-то далеко прозвучала канонада трещащих взрывов, истошно залаяла собака и раздался громкий, заливистый смех. Где-то там, за пределами этого царства смерти, люди уже начинали праздновать, хоть часы еще и не пробили полночь. Но знание того, что там, казалось бы совсем недалеко, кипела жизнь, ничуть не придавало сил Алисе, а лишь усиливало страх, ведь девушке казалось, что с каждым шагом она все дальше уходит от той реальности, куда-то во всеобъемлющую тьму, что ожидает всех за гранью смерти.
И вдруг… вот оно. То самое чувство, или правильнее будет сказать предчувствие, столь же древние, как жизнь на земле, зашевелилось в ней. И тут же вспыхнула боль в плече, да такая сильная, как будто время повернулось вспять и старый шрам на ее теле вновь превратился в свежую, кровоточащую рану.
— Где-то здесь, — пробормотала Алиса, еле шевеля губами. — Где-то здесь, я точно знаю.
Алиса и сама не заметила, как оказалась в самой старой части этого кладбища, где никого не хоронили уже много десятилетий. Едва ли сюда еще кто-то приходил, и может статься даже так, что из живых и не осталось никого, кто помнил бы о погребенных здесь людях. Девушке трудно было поверить в то, что в глубине большого современного города, жизнь в котором бурлит и мчится вперед со скоростью тысяч гигабайтов информации, распространяющейся по мировой сети, может сохраниться такое вот место, где от каждого камня веет чем-то старым и забытым, где время замерло, и призрачные тени минувшего все еще ждут тех, кому смогут рассказать свои секреты. Но именно здесь пробудилось ее чутье, именно здесь ожил старый шрам. Значит Алиса у цели и, если подумать, то где еще могла она найти то зло, которое искала, как не в этом, забытом богом и людьми месте? Максимально близко к современному миру, и при том в абсолютной безопасности от него.
Продвигаясь вперед все медленнее, идя на поводу у собственных чувств и борясь с перехватившим дыхание ужасом, Алиса наконец остановилась у старого склепа, обнесенного ржавой стальной оградой. То было каменное строение, с массивными дверьми, надпись над которыми затерлась до полной неузнаваемости, и девушка смогла прочесть лишь год смерти: «1890».
Кто мог прийти к столь старому склепу? Но кто-то приходил, совсем недавно, менее получаса назад, так как Алиса все еще могла различить следы, ведущие к дверям, хоть их уже почти занесло снегом.
— Это здесь, — вновь проговорила она вслух, и двинулась к склепу.
Калитка скрипнула, когда Алиса толкнула ее вперед. Девушка прошла по следам к дверям, и потянула за железное кольцо. Тяжелая дверь поддалась и распахнулась. В нос ей ударил знакомый запах сырой земли и гнили. Воспоминания о пережитом много лет назад кошмаре сдавили грудь, сжали ледяной хваткой сердце.
Там, в глубине склепа, из под сдвинутой с пола каменной плиты пробивался слабый дрожащий свет. Алиса подошла к плите, поставила на нее ногу и сдвинула, готовая тут же отскочить назад и выстрелить в того, кто может появиться из под земли. Но никто оттуда не выпрыгнул, и ее глазам предстали лишь каменные ступени лестницы, уходящей вниз. И пока Алиса собиралась с духом, чтобы шагнуть на них, продолжив свой спуск в загробный мир, оттуда, из под земли, раздался истошный детский крик. Вопль, преисполненный ужаса и отчаяния.
— Нет! Нет! Нет! — закричала Алиса, словно прикованная к месту. — Нет! Боже, дай мне сил! Я должна!
И, собрав всю волю в кулак, Алиса наконец вернула контроль над собственным телом и ринулась вниз.
***Тварь, глядящая на Олега своими мертвыми голубыми глазами, лишь отдаленно напоминала человека. У нее было две руки, две ноги, глаза, нос и уши, но на том все сходства и заканчивались. Сквозь бледную, лишенную волос кожу, просвечивал желтоватый череп, в который ввалились глаза, синими огоньками пылающие в черноте глазниц. Губы были изорваны, от них практически ничего не осталось, так как острые зубы торчали из десен вперед в совершенно хаотичном порядке. В некоторых местах они прорвали даже щеки, от чего пасть твари казалась непомерно огромной. Все тело этого создания было завернуто в какие-то грязные лохмотья, а на плече оно несло бездыханно тело еще одного ребенка.
Олег не мог сказать, сколько длилась эта немая сцена. Вопль сестры, глаза существа, явившегося в этот мир из ночных кошмаров. Олег неотрывно смотрел в эти глаза, а тварь в свою очередь не сводила их с паренька, выбравшегося из своей клетки. Наконец монстр скинул с плеча тело, с глухим стуком ударившееся об пол, и пошел на Олега.
Как же ему захотелось в ту секунду бросится прочь, куда угодно, лишь бы подальше от этой клыкастой пасти и от этих глаз. Но Олег остался на месте. Сжимая в руке стальной прут, он вжался спиной в клетку, и не сделал ни шагу. Позади кричала сестра, и он должен был ее защитить, во что бы то ни стало.
Где-то далеко прозвучала канонада трещащих взрывов, истошно залаяла собака и раздался громкий, заливистый смех. Где-то там, за пределами этого царства смерти, люди уже начинали праздновать, хоть часы еще и не пробили полночь. Но знание того, что там, казалось бы совсем недалеко, кипела жизнь, ничуть не придавало сил Алисе, а лишь усиливало страх, ведь девушке казалось, что с каждым шагом она все дальше уходит от той реальности, куда-то во всеобъемлющую тьму, что ожидает всех за гранью смерти.
И вдруг… вот оно. То самое чувство, или правильнее будет сказать предчувствие, столь же древние, как жизнь на земле, зашевелилось в ней. И тут же вспыхнула боль в плече, да такая сильная, как будто время повернулось вспять и старый шрам на ее теле вновь превратился в свежую, кровоточащую рану.
— Где-то здесь, — пробормотала Алиса, еле шевеля губами. — Где-то здесь, я точно знаю.
Алиса и сама не заметила, как оказалась в самой старой части этого кладбища, где никого не хоронили уже много десятилетий. Едва ли сюда еще кто-то приходил, и может статься даже так, что из живых и не осталось никого, кто помнил бы о погребенных здесь людях. Девушке трудно было поверить в то, что в глубине большого современного города, жизнь в котором бурлит и мчится вперед со скоростью тысяч гигабайтов информации, распространяющейся по мировой сети, может сохраниться такое вот место, где от каждого камня веет чем-то старым и забытым, где время замерло, и призрачные тени минувшего все еще ждут тех, кому смогут рассказать свои секреты. Но именно здесь пробудилось ее чутье, именно здесь ожил старый шрам. Значит Алиса у цели и, если подумать, то где еще могла она найти то зло, которое искала, как не в этом, забытом богом и людьми месте? Максимально близко к современному миру, и при том в абсолютной безопасности от него.
Продвигаясь вперед все медленнее, идя на поводу у собственных чувств и борясь с перехватившим дыхание ужасом, Алиса наконец остановилась у старого склепа, обнесенного ржавой стальной оградой. То было каменное строение, с массивными дверьми, надпись над которыми затерлась до полной неузнаваемости, и девушка смогла прочесть лишь год смерти: «1890».
Кто мог прийти к столь старому склепу? Но кто-то приходил, совсем недавно, менее получаса назад, так как Алиса все еще могла различить следы, ведущие к дверям, хоть их уже почти занесло снегом.
— Это здесь, — вновь проговорила она вслух, и двинулась к склепу.
Калитка скрипнула, когда Алиса толкнула ее вперед. Девушка прошла по следам к дверям, и потянула за железное кольцо. Тяжелая дверь поддалась и распахнулась. В нос ей ударил знакомый запах сырой земли и гнили. Воспоминания о пережитом много лет назад кошмаре сдавили грудь, сжали ледяной хваткой сердце.
Там, в глубине склепа, из под сдвинутой с пола каменной плиты пробивался слабый дрожащий свет. Алиса подошла к плите, поставила на нее ногу и сдвинула, готовая тут же отскочить назад и выстрелить в того, кто может появиться из под земли. Но никто оттуда не выпрыгнул, и ее глазам предстали лишь каменные ступени лестницы, уходящей вниз. И пока Алиса собиралась с духом, чтобы шагнуть на них, продолжив свой спуск в загробный мир, оттуда, из под земли, раздался истошный детский крик. Вопль, преисполненный ужаса и отчаяния.
— Нет! Нет! Нет! — закричала Алиса, словно прикованная к месту. — Нет! Боже, дай мне сил! Я должна!
И, собрав всю волю в кулак, Алиса наконец вернула контроль над собственным телом и ринулась вниз.
***Тварь, глядящая на Олега своими мертвыми голубыми глазами, лишь отдаленно напоминала человека. У нее было две руки, две ноги, глаза, нос и уши, но на том все сходства и заканчивались. Сквозь бледную, лишенную волос кожу, просвечивал желтоватый череп, в который ввалились глаза, синими огоньками пылающие в черноте глазниц. Губы были изорваны, от них практически ничего не осталось, так как острые зубы торчали из десен вперед в совершенно хаотичном порядке. В некоторых местах они прорвали даже щеки, от чего пасть твари казалась непомерно огромной. Все тело этого создания было завернуто в какие-то грязные лохмотья, а на плече оно несло бездыханно тело еще одного ребенка.
Олег не мог сказать, сколько длилась эта немая сцена. Вопль сестры, глаза существа, явившегося в этот мир из ночных кошмаров. Олег неотрывно смотрел в эти глаза, а тварь в свою очередь не сводила их с паренька, выбравшегося из своей клетки. Наконец монстр скинул с плеча тело, с глухим стуком ударившееся об пол, и пошел на Олега.
Как же ему захотелось в ту секунду бросится прочь, куда угодно, лишь бы подальше от этой клыкастой пасти и от этих глаз. Но Олег остался на месте. Сжимая в руке стальной прут, он вжался спиной в клетку, и не сделал ни шагу. Позади кричала сестра, и он должен был ее защитить, во что бы то ни стало.
Страница 5 из 10
