Кокон

Секунд через десять мне принесли видавшие виды коробку с баночками и упаковками лекарств. Безо всяких церемоний я взял её, грузно рухнул на стоявший неподалёку стул, сорвал с головы душный шлем, шумно вдохнул воздух, после пребывания внутри доспехов показавшийся амброзией, и, давясь, принялся едва ли не горстями запихивать в рот таблетки. Впервые за долгое время я чувствовал себя хорошо, насколько это слово могло быть применимо. В полуобморочном состоянии я стянул с себя верхнюю часть костюма, всё сильнее давившую на плечи, и погрузился в бессвязный сон.

Мне снились какие-то хтонические кошмары, но память милосердно не стала их сохранять. Проснувшись, я почувствовал себя так, словно без остановок пробежал вдоль всего экватора. В отяжелевшем мозгу бился назойливый звук, который мне удалось, проявив поистине нечеловеческую концентрацию внимания, опознать, как сигнал будильника. Привычным движением я протянул руку к тумбочке, намереваясь выключить ненавистный аппарат, но внезапно наткнулся на твёрдую стену. В ужасе распахнув глаза, я несколько секунд тупо смотрел на светло-коричневую поверхность, пытаясь понять, куда меня вообще занесло. Эти попытки оказались тщетными, но в голову пришла мысль оглядеться по сторонам — там могли оказаться подсказки или даже ответы. Я вновь закрыл глаза, что-то пробормотав слабым, хриплым голосом, и, когда силы начали возвращаться, повернул голову. Оказалось, что я лежал на чём-то вроде старой раскладушки, укрывшись рваным одеялом далеко не первой свежести. Рядом, на нескольких стульях, покоились части моего скафандра, но что-то в их виде показалось мне очень неправильным. Я положил ладонь себе на лоб, вздрогнув от неожиданного холода.

Скрипнула дверь, и в помещение кто-то зашёл. Я разглядел лишь силуэт, несущий какой-то мешок, поскольку рядом со входом находилась лампа, свет которой бил мне в глаза, словно полицейский лазер. Я подождал, пока неизвестный подойдёт поближе, и окликнул его.

— Эй… Что было? Где я. — каждое слово сопровождалось ноющей болью в горле, но мне совсем не хотелось думать о болезнях.

— О, ты уже проснулся? — ответил тот, положив свою ношу на стол, который я поначалу не заметил.

— Ага, — буркнул я и вновь закрыл глаза, надеясь таким образом сэкономить энергию.

— И что, совсем ничего не помнишь? Неудивительно, — усмехнулся незнакомец.

— Вопросы тут… буду задавать я, — во мне начинала пробуждаться злость.

Человек, усевшись на край стола, поведал мне, что я немного переборщил с лекарствами и совершенно обезумел. Причём, по его словам, это было два дня назад — однако я не валялся безжизненным овощем, а успел довольно много всего наворотить. Трое из банды, пытавшиеся удержать меня от того, чтобы я не выбежал на улицу, теперь ходили с кучей синяков и ран, а у одного даже была трещина в руке. Я неоднократно отключался, но каждый раз вскакивал, полный сил и странных идей, поэтому меня заперли в этой комнатке. Судя по всему, спальное место я организовал себе сам и уже больше пятнадцати часов мирно пускал слюни, поэтому меня сочли достаточно безопасным.

— А вот твой, с позволения сказать, костюмчик, доработанный и зашитый, — кивнул неизвестный в сторону стульев.

— Что! Не сметь! Трогать! Мои! Вещи! — я резко вскочил, схватил человека за воротник и вдавил его в стену.

— Полегче, приятель! — он попытался освободиться, но моя хватка оказалась железной, и ему для этого пришлось бы оторвать мне пальцы.

— Что ты сделал с моими вещами! — крикнул я ему в лицо, но тут же закашлялся, забыв о повреждённых голосовых связках.

— Вообще-то, ты сам нас заставил, так что не нервничай, всё сделано в лучшем виде! — затараторил тот, воспользовавшись паузой.

Я разжал руку, подойдя к своим доспехам, и человек поспешно отскочил к двери, продолжая что-то быстро говорить. Части скафандра действительно выглядели не в пример лучше, чем до того — вероятно, над ними поработали более толковые люди. Я придирчиво осмотрел каждую мелочь, но не нашёл никаких странностей, кроме нескольких заплаток. Смягчившись, я повернулся к незнакомцу.

— Ну что, убедился? А то сразу кидаться, как на врага всему живому.

— Ладно, живи пока. Кстати, я не делал ничего такого, о чём могу сожалеть? — Пытался, но мы тебя остановили. Да, босс определённо выбрал подходящего человека на роль штурмовика…

— Стой, а кого мы собираемся штурмовать? — Церковь, кого же ещё. Они нынче самые богатые во всём городе.

Это известие едва ли не шокировало меня. Меньше всего я представлял себя на фоне боевых действий между небольшой шайкой грабителей и организованным культом, полагая, что речь идёт о маленьком магазинчике. Впрочем, незнакомец сообщил об этом настолько уверенно, что я, услышав громкое бурчание в животе, решительно встал и направился к выходу.

Я слишком поторопился, всё должно было произойти только через неделю.