— В Ульцинь можно попасть двумя способами, — тоном бывалого путешественника объяснял Виталик Але перед полетом. — Дойти пешком от аэропорта до автобусной станции или тормознуть на остановке проезжающий автобус. До станции минут десять ходьбы, а остановка — рядом с аэропортом. У нас сумки, поэтому первый варик отпадает.
Добавить в моё избранное
23 мин, 15 сек 11915
Маска не первой свежести заходила ходуном, вздуваясь на самом горле крикуньи. У старухиной соседки на маске красовалось водянисто-бурое пятно в форме раздавленного жука. Алю передернуло. Изжога — она и вспомнить не могла, когда мучилась ею в последний раз — ежом прокатилась по пищеводу.
— Витальк.
— А.
— Уй на! — Аля раздраженно всплеснула руками в сторону неумолкающих старух.
— Ну что я сделаю? — пробубнил он. — По морде, что ли, надаю? Пожилые же люди…
— Да-а, тут точно дом престарелых на колесах!
— Это не противозаконно. Сама такой будешь, — с вымученной улыбкой произнес Виталик, пытаясь изобразить, насколько безразличны ему царящие шум и гам.
Старуха позади Али расхохоталась. Как будто поняла сказанное Виталиком. Дребезжащий, хриплый звук: будто и не человек смеется, а гигантский попугай.
Девушка выругалась сквозь зубы. Бросила на хохотунью испепеляющий взгляд —надеялась, что он кажется таковым, — вытряхнула из сумочки мобильник и заткнула уши наушниками. Клава Кока под кукольную музыку заканючила, чтобы ее забрали пьяную домой. Сквозь эти настойчивые мольбы пробивался, ввинчивался в каждую паузу между нотами старушечий гомон. Але оставалось только уткнуться носом в узкую полоску стекла между шторкой и рамой и терпеть. Вдоль дороги бежали домики, указатели, заправки, опушенные пышной зеленью, но вид перестал казаться Але манящим.
Невероятно, но среди этой какофонии ей удалось задремать. Правда, ненадолго — на повороте Аля тюкнулась лбом о стекло и очнулась. Во сне, стремительно ускользающем из памяти, она ожидала приема врача, а в кабинет без очереди лезли люди, изуродованные ноздреватыми опухолями. Аля не возражала. У нее было стойкое предчувствие, что доктор приготовил ей дурные вести. Дрянь, а не сон.
Она потерла ушибленный лоб. Наушники свалились на колени, и из комка спутанных проводов доносился комариный писк очередного дарования из Black Star.
Старуха, которая сидела впереди, размеренно билась затылком о спинку кресла. Аля забыла и про ушиб, и про скомканные наушники. Ей показалось, что сон продолжается и невесть откуда взявшийся доктор примет женщину без очереди. Ее соседка никак не реагировала на поведение подруги, продолжая горланить тетке из соседнего ряда.
— Витальк. — Аля пихнула локтем парня, который тоже успел задремать.
— Ого, — оценил он, почесав себе темя под панамой. Может, продолжил бы комментарий, но тут рука припадочной резко, будто вырвавшаяся из корзинки мамба, взметнулась к окну. Ногти, длиннющие, рубиновые — настоящие когти — заскребли по стеклу.
— У нее приступ, что ль? — Не похоже, — ответил Виталик без особой уверенности. Он подался вперед, желая убедиться. Старуха тотчас среагировала на движение и обернулась, вперившись глазами в Алю. Так неестественно сильно вывернула шею, что приобрела сходство с тучной совой в рыжем парике. Аля невольно вспомнила какой-то древний ужастик, в котором одержимая злым духом девочка вытворяла подобное.
По крайней мере, старуха была в сознании.
Хорошо это или плохо? Аля не знала. Она физически ощущала на себе совиный взор бездонно-маслянистых, с искрой, глаз: будто два шершавых пальца с крючковатыми когтями слепо шарили по ее щекам, скулам, бровям… Когда взгляды — против Алиной воли — встретились, голова у девушки закружилась, словно призрачные пальцы вошли ей в мозг и начали месить.
Тем временем когти старухи все вытанцовывали на стекле психоделическую чечетку, все выстукивали дробно самое странное и завораживающее ASMR из всех, когда-либо созданных и выложенных на YouTube. Будь Аля сейчас на ногах, они бы ее подвели.
Она заставила себя улыбнулась старухе: чрезмерно приветливо, так, что улыбка могла восприниматься как вызов.
— Zdravo! Давайте знакомиться! Я Аля. And you? — Свинникова, да оставь ты ее, — предостерег Виталик. — Эти мне твои случайные знакомства…
— Дружба — это магия, Омонов.
— Она тебя даже не понимает, — не сдавался Виталик, и тут старуха обратила свой взгляд на него. Морщинки умильно побежали от уголков ее глаз до самых висков: старуха просияла под маской.
— Vitka, — промурлыкала она. Виталик пожал плечами. — Vitka.
— Вот и ты завел себе друга, — невинным голоском заметила Аля. В глубине души она была рада, что старуха переключила внимание на парня.
— Счастье-то какое, — пробубнил Виталик. — Всю жизнь мечтал.
Аля снова улыбнулась старухе. Но та неожиданно отвернулась, будто вспомнив некое событие, которое требуется срочно обдумать. Рука, царапавшая стекло, бессильно упала. Старухина соседка что-то сказала рыжей, после чего обе сипло и неприятно расхохотались: будто воронье сорвалось с кладбищенской ограды.
Обычно дружелюбие помогало Але разрядить обстановку, но сегодня этот прием впервые подвел. Напротив, воздух в автобусе точно сгустился, пространство сжало ее плечи.
— Витальк.
— А.
— Уй на! — Аля раздраженно всплеснула руками в сторону неумолкающих старух.
— Ну что я сделаю? — пробубнил он. — По морде, что ли, надаю? Пожилые же люди…
— Да-а, тут точно дом престарелых на колесах!
— Это не противозаконно. Сама такой будешь, — с вымученной улыбкой произнес Виталик, пытаясь изобразить, насколько безразличны ему царящие шум и гам.
Старуха позади Али расхохоталась. Как будто поняла сказанное Виталиком. Дребезжащий, хриплый звук: будто и не человек смеется, а гигантский попугай.
Девушка выругалась сквозь зубы. Бросила на хохотунью испепеляющий взгляд —надеялась, что он кажется таковым, — вытряхнула из сумочки мобильник и заткнула уши наушниками. Клава Кока под кукольную музыку заканючила, чтобы ее забрали пьяную домой. Сквозь эти настойчивые мольбы пробивался, ввинчивался в каждую паузу между нотами старушечий гомон. Але оставалось только уткнуться носом в узкую полоску стекла между шторкой и рамой и терпеть. Вдоль дороги бежали домики, указатели, заправки, опушенные пышной зеленью, но вид перестал казаться Але манящим.
Невероятно, но среди этой какофонии ей удалось задремать. Правда, ненадолго — на повороте Аля тюкнулась лбом о стекло и очнулась. Во сне, стремительно ускользающем из памяти, она ожидала приема врача, а в кабинет без очереди лезли люди, изуродованные ноздреватыми опухолями. Аля не возражала. У нее было стойкое предчувствие, что доктор приготовил ей дурные вести. Дрянь, а не сон.
Она потерла ушибленный лоб. Наушники свалились на колени, и из комка спутанных проводов доносился комариный писк очередного дарования из Black Star.
Старуха, которая сидела впереди, размеренно билась затылком о спинку кресла. Аля забыла и про ушиб, и про скомканные наушники. Ей показалось, что сон продолжается и невесть откуда взявшийся доктор примет женщину без очереди. Ее соседка никак не реагировала на поведение подруги, продолжая горланить тетке из соседнего ряда.
— Витальк. — Аля пихнула локтем парня, который тоже успел задремать.
— Ого, — оценил он, почесав себе темя под панамой. Может, продолжил бы комментарий, но тут рука припадочной резко, будто вырвавшаяся из корзинки мамба, взметнулась к окну. Ногти, длиннющие, рубиновые — настоящие когти — заскребли по стеклу.
— У нее приступ, что ль? — Не похоже, — ответил Виталик без особой уверенности. Он подался вперед, желая убедиться. Старуха тотчас среагировала на движение и обернулась, вперившись глазами в Алю. Так неестественно сильно вывернула шею, что приобрела сходство с тучной совой в рыжем парике. Аля невольно вспомнила какой-то древний ужастик, в котором одержимая злым духом девочка вытворяла подобное.
По крайней мере, старуха была в сознании.
Хорошо это или плохо? Аля не знала. Она физически ощущала на себе совиный взор бездонно-маслянистых, с искрой, глаз: будто два шершавых пальца с крючковатыми когтями слепо шарили по ее щекам, скулам, бровям… Когда взгляды — против Алиной воли — встретились, голова у девушки закружилась, словно призрачные пальцы вошли ей в мозг и начали месить.
Тем временем когти старухи все вытанцовывали на стекле психоделическую чечетку, все выстукивали дробно самое странное и завораживающее ASMR из всех, когда-либо созданных и выложенных на YouTube. Будь Аля сейчас на ногах, они бы ее подвели.
Она заставила себя улыбнулась старухе: чрезмерно приветливо, так, что улыбка могла восприниматься как вызов.
— Zdravo! Давайте знакомиться! Я Аля. And you? — Свинникова, да оставь ты ее, — предостерег Виталик. — Эти мне твои случайные знакомства…
— Дружба — это магия, Омонов.
— Она тебя даже не понимает, — не сдавался Виталик, и тут старуха обратила свой взгляд на него. Морщинки умильно побежали от уголков ее глаз до самых висков: старуха просияла под маской.
— Vitka, — промурлыкала она. Виталик пожал плечами. — Vitka.
— Вот и ты завел себе друга, — невинным голоском заметила Аля. В глубине души она была рада, что старуха переключила внимание на парня.
— Счастье-то какое, — пробубнил Виталик. — Всю жизнь мечтал.
Аля снова улыбнулась старухе. Но та неожиданно отвернулась, будто вспомнив некое событие, которое требуется срочно обдумать. Рука, царапавшая стекло, бессильно упала. Старухина соседка что-то сказала рыжей, после чего обе сипло и неприятно расхохотались: будто воронье сорвалось с кладбищенской ограды.
Обычно дружелюбие помогало Але разрядить обстановку, но сегодня этот прием впервые подвел. Напротив, воздух в автобусе точно сгустился, пространство сжало ее плечи.
Страница 3 из 8
