В статье проводится исследование поведения животных и реликтового гоминоида, анализируется способность к общению на нетривиальном языке. «Вероятно, ни один аспект поведения горилл и других человекообразных обезьян – пишет Шаллер, — не вызывает такого всеобщего интереса, как способ общения членов группы между собой. Есть ли у них какие-то зачатки языка?»
Добавить в моё избранное
23 мин, 15 сек 3269
Да и сами эти речевые органы должны были сформироваться, так имеющиеся у приматов, как мы видим, для этого совершенно не пригодны. Все это не могло появиться само собой и потребовало длительного времени.
Безусловно правильно утверждение Фридриха Энгельса о том, что труд создал человека, но философия не дает ответа на вопрос, а каков механизм возникновения в головном мозгу новых программ, необходимость которых диктует борьба за выживание в условиях изменяющейся окружающей среды. Условные рефлексы, которые позволяют отдельной особи адаптироваться к этим изменениям, не превращаются в безусловные и не наследуются. Так и трудовые навыки не могут передаваться по наследству. Но как они закрепляются в памяти поколений Даже такие простые, как «инстинктивное» изготовление у каменных орудий«галечной культуры». Продолжавшийся более двух миллионов лет процесс совершенствования каменных орудий совершался параллельно с совершенствованием структур головного мозга и речевого аппарата древних гоминид, и приходится допустить, что это был процесс развития и совершенствования не только членораздельного языка, но и процесс развития и совершенствования у гоминид сознания и мышления.
Таким образом, древний первобытный человек стал человеком еще до появления членораздельного языка. Но уже в то время он обладал преимуществом перед остальными животными – он обладал более развитым головным мозгом и более развитым интеллектом.
Дело тут в том, что, благодаря появлению у них более крупного головного мозга, они были более сообразительны и некоторые из них время от времени изобретали всякие полезные новшества: например, способ создания острой кромки у куска кремня ударом одного камня по другому или поддержание огня в костре и др. Эти новшества привлекали внимание соплеменников, которые пытались подражать навыкам изобретателя, но эти навыки долго не сохранялись, так как мозг древних гоминид не был способен надолго запоминать увиденное, не имеющее отношения к таким жизненно-важным вещам, как пища, самка, детеныш, или появление опасного хищника. Слишком многому и слишком долго должна была учиться каждая человеческая особь самостоятельно и путем подражания. При отсутствии механизма передачи знаний многие выдающиеся изобретения только на короткий срок распространялись среди родственников и соплеменников, а потом неизбежно утрачивались.
Как показывают находки археологов прогресс в развитии и совершенствовании навыков обработки изделий материальной культуры наступил неожиданно, и этот прогресс носил взрывной характер. Причиной этого, по общему мнению, явилось появление у гоминид членораздельного языка и соединение его с мышлением, что привело к их взаимному обогащению. Это можно объяснить следующим образом: без языка информация накапливалась в образной, аналоговой форме, при которой отдельные мелкие детали при каждой передаче терялись, и у каждого следующего корреспондента знания оказывались все менее и менее точными, пока не становились совершенно непригодными для использования. Членораздельная речь – это передача информации в дискретной форме, в этом случае ее искажение при передаче происходит значительно реже, и информация оказывается пригодной для накопления и передачи последующим поколениям. А это уже основа прогресса.
Те примеры различных языков животных, о которых было сказано выше, показывают, что они имеют только образный и коммуникационный характер, то есть служат для обмена информацией с другими особями своего вида, с дрессировщиком или инструктором. Пожалуй, только попугаи настолько глубоко проникают в глубины человеческого языка, что оказываются способными строить сложные фразы адекватно изменяющейся обстановке, менять интонацию, обращаться с вопросами к незнакомому человеку и отвечать на его вопросы. Говорящая человеческим голосом птица без труда преобразует слово, услышанное от одного человека (например, от хозяина) в манеру речи другого человека, никогда этого слова не произносившего. В соответствии со своим эмоциональным состоянием попугай может одну и туже фразу произнести ласково или грубо, вопросительно или повелительно, скороговоркой или подчеркнуто четко и так далее.
Человек и крупный попугай в этой области, очевидно, стоят на одной ступени языковых возможностей.
Живя с человеком десятки лет, попугай по собственной инициативе осваивает новые слова, выясняет их значение и пользуется ими для нескольких целей: самосовершенствования в этом занятии (то есть он получает от этого удовольствие) коммуникации с человеком или с собакой, если ему это нужно для того, чтобы поиграть с ней, подразнить ее; для комментирования вслух собственных действий и мыслей. Мы нередко слышим, как попугай разговаривает сам с собой. Известно много таких случаев: вор забрался в квартиру и услышал, что в соседней комнате кто-то разговаривает. Испугавшись, что его застукают, он бросается бежать, в панике спотыкается, ломает ногу.
Безусловно правильно утверждение Фридриха Энгельса о том, что труд создал человека, но философия не дает ответа на вопрос, а каков механизм возникновения в головном мозгу новых программ, необходимость которых диктует борьба за выживание в условиях изменяющейся окружающей среды. Условные рефлексы, которые позволяют отдельной особи адаптироваться к этим изменениям, не превращаются в безусловные и не наследуются. Так и трудовые навыки не могут передаваться по наследству. Но как они закрепляются в памяти поколений Даже такие простые, как «инстинктивное» изготовление у каменных орудий«галечной культуры». Продолжавшийся более двух миллионов лет процесс совершенствования каменных орудий совершался параллельно с совершенствованием структур головного мозга и речевого аппарата древних гоминид, и приходится допустить, что это был процесс развития и совершенствования не только членораздельного языка, но и процесс развития и совершенствования у гоминид сознания и мышления.
Таким образом, древний первобытный человек стал человеком еще до появления членораздельного языка. Но уже в то время он обладал преимуществом перед остальными животными – он обладал более развитым головным мозгом и более развитым интеллектом.
Дело тут в том, что, благодаря появлению у них более крупного головного мозга, они были более сообразительны и некоторые из них время от времени изобретали всякие полезные новшества: например, способ создания острой кромки у куска кремня ударом одного камня по другому или поддержание огня в костре и др. Эти новшества привлекали внимание соплеменников, которые пытались подражать навыкам изобретателя, но эти навыки долго не сохранялись, так как мозг древних гоминид не был способен надолго запоминать увиденное, не имеющее отношения к таким жизненно-важным вещам, как пища, самка, детеныш, или появление опасного хищника. Слишком многому и слишком долго должна была учиться каждая человеческая особь самостоятельно и путем подражания. При отсутствии механизма передачи знаний многие выдающиеся изобретения только на короткий срок распространялись среди родственников и соплеменников, а потом неизбежно утрачивались.
Как показывают находки археологов прогресс в развитии и совершенствовании навыков обработки изделий материальной культуры наступил неожиданно, и этот прогресс носил взрывной характер. Причиной этого, по общему мнению, явилось появление у гоминид членораздельного языка и соединение его с мышлением, что привело к их взаимному обогащению. Это можно объяснить следующим образом: без языка информация накапливалась в образной, аналоговой форме, при которой отдельные мелкие детали при каждой передаче терялись, и у каждого следующего корреспондента знания оказывались все менее и менее точными, пока не становились совершенно непригодными для использования. Членораздельная речь – это передача информации в дискретной форме, в этом случае ее искажение при передаче происходит значительно реже, и информация оказывается пригодной для накопления и передачи последующим поколениям. А это уже основа прогресса.
Те примеры различных языков животных, о которых было сказано выше, показывают, что они имеют только образный и коммуникационный характер, то есть служат для обмена информацией с другими особями своего вида, с дрессировщиком или инструктором. Пожалуй, только попугаи настолько глубоко проникают в глубины человеческого языка, что оказываются способными строить сложные фразы адекватно изменяющейся обстановке, менять интонацию, обращаться с вопросами к незнакомому человеку и отвечать на его вопросы. Говорящая человеческим голосом птица без труда преобразует слово, услышанное от одного человека (например, от хозяина) в манеру речи другого человека, никогда этого слова не произносившего. В соответствии со своим эмоциональным состоянием попугай может одну и туже фразу произнести ласково или грубо, вопросительно или повелительно, скороговоркой или подчеркнуто четко и так далее.
Человек и крупный попугай в этой области, очевидно, стоят на одной ступени языковых возможностей.
Живя с человеком десятки лет, попугай по собственной инициативе осваивает новые слова, выясняет их значение и пользуется ими для нескольких целей: самосовершенствования в этом занятии (то есть он получает от этого удовольствие) коммуникации с человеком или с собакой, если ему это нужно для того, чтобы поиграть с ней, подразнить ее; для комментирования вслух собственных действий и мыслей. Мы нередко слышим, как попугай разговаривает сам с собой. Известно много таких случаев: вор забрался в квартиру и услышал, что в соседней комнате кто-то разговаривает. Испугавшись, что его застукают, он бросается бежать, в панике спотыкается, ломает ногу.
Страница 5 из 7
