Ольга раздвинула шторы и сквозь немытое окно придирчиво взглянула на глухой московский дворик. Не вид на Кремль, конечно, но и об этом она даже не мечтала всего пару недель назад. В свете открывшихся перспектив даже сырой ноябрьский пейзаж выглядел не таким унылым — скорее, ожидающим. Оценивающим, сможет ли она, Ольга, дочь алкоголички из провинции, сделать первый шаг на пути к своей новой цели. Ответ для девушки был очевиден, поэтому, спрятав гримасу нетерпения за выражением сочувственного дружелюбия, она подхватила поднос с чаем и направилась в зал, где сидели Любовь Антоновна Добрынева со своим нотариусом.
Добавить в моё избранное
18 мин, 29 сек 11297
В Поваренной Книге, как про себя называла сумбурные, но не бесполезные заметки девушка, нашлось несколько советов, как обойти конкурентов и получить желаемое, поэтому работа нашлась довольно быстро. Несмотря на отсутствие прописки, образования и опыта работы, её взяли на должность замначальника в отдел продовольственных товаров крупного супермаркета. Должность ей нравилась, потому что имела массу практических преимуществ, а к сидению в офисах девушка никогда не питала склонности. Попутно Ольга решила практиковаться в привороте, чтобы, так сказать, быть готовой, когда отыщет подходящего кандидата в мужья. Только готовить сборы трав и проводить ритуалы в переполненном общежитии было почти нереально — остро стал вопрос с жильем — барышня и тут обратилась за помощью к ведьмовским записям. Вот тогда она и встретила Костика, который теперь учился в институте и работал в больнице.
Жить с Любовью Антоновной Ольге понравилось. Она поселилась в меньшей комнате, обставленной стандартно по меркам советского времени: диван у одной стены, шкаф напротив, стол у окна. На стене, за диваном, висел пресловутый цветастый ковёр, скрипучий паркетный пол скрывался под истоптанной дорожкой. Свои колдовские принадлежности она хранила в шкафу, старательно запирая дверцу на ключ, который без особой необходимости не снимала. Дверь в комнату оставалась всегда открытой — чтобы Любовь Антоновна всегда могла докричаться, а заодно была на виду. В первое время пожилая женщина ещё заходила по вечерам «на огонёк» — побеседовать о жизни, но потом всё чаще лежала на кровати в зале, глядя в телевизор, а к Оле наведывался только её кот Фёдор. Поначалу девушка пыталась его выгонять, но дымчатый питомец только садился у стенки, демонстрируя полную невозмутимость, а брать его на руки она побаивалась — кот был крупный и недружелюбный. Когда телевизор замолкал, девушка тихонько запирала дверь на шпингалет и приступала к смешиванию порошка по рецепту из Книги, который ежедневно добавляла в диетическую еду старой женщины.
Неутешительный диагноз вскоре подтвердился — более того, анализы показали, что рак перекинулся на соседние органы и не поддаётся лечению. Врачи не давали никаких прогнозов — всё могло закончиться в любой момент. Ольга перевелась на полставки и выбирала в графике ночные смены, чтобы иметь возможность ухаживать за больной, делать необходимые уколы, наводить порядок в доме. Любовь Антоновна всё реже вставала с постели, желтушной мумией лежа на пропахших антисептиком простынях. Девушка чувствовала жалость к умирающей и даже подумывала о новых способах, чтобы ускорить процесс. В то же время она выполняла все медицинские предписания и каждый раз обращала на это внимание, когда дежурный врач, Галина Константиновна, приходила для осмотра. В последнее время она не только выписывала лекарства, но и сама их приносила, за что Ольга была ей благодарна.
С момента переезда прошло не больше трёх месяцев, но из-за постоянного стресса, физических и эмоциональных нагрузок Ольга начала замечать, как сама стала меняться. Волосы буквально лезли клоками, кожа потемнела, сил едва хватало, чтобы закончить самые основные дела по дому, добраться до постели и провалиться в чёрное беспамятство. На работе посыпались проблемы, причем если раньше она их провоцировала, то сейчас сама всё чаще попадала в немилость руководству. Девушка буквально чувствовала, как теряет контроль над ситуацией — в коллективе её и раньше недолюбливали, а теперь, похоже, набралось смелости выжить. Не помогала даже сила приворотов — бывшие ухажеры вернулись к прежней жизни и теперь едва кивали Ольге при встрече.
По мере того как таяли силы и решимость, всё тяжелее было разыгрывать добродушную помощницу перед Любовью Антоновной. Ольга не могла понять, почему при всей тяжести диагноза и дополнительных мерах старуха упорно не желает отправляться на тот свет. Между собой они больше не общались — почти всё время Любовь Антоновна спала, находясь под действием лекарств, зато просыпалась всякий раз, когда к кровати подходила помощница. Даже в полумраке комнаты девушка с раздражением чувствовала на себе колючий взгляд тёмных глаз, которые не тронула поволока старости и болезни. В такие моменты ей казалось, что старуха всё знает и ехидно кривит иссушенные посиневшие губы, стоит только отвернуться.
Как-то после очередного скандала Ольга ушла со смены, не доработав. Домой она попала гораздо раньше планируемого времени и с удивлением обнаружила входную дверь незапертой (первым делом она подумала не о грабителях, а о своей рассеянности, потому что, если честно, не помнила закрывала ли дверь, когда уходила), поэтому осторожно зашла внутрь, сжимая мобильный в кармане. Из кухни доносились голоса и звон посуды, так что Ольга поспешила туда. К её удивлению, за столом сидели двое — пожилой нотариус, который заверял договор ренты, и врач — Галина Константиновна. Увидев её гости, не смутились, напротив, заулыбались ещё шире.
Жить с Любовью Антоновной Ольге понравилось. Она поселилась в меньшей комнате, обставленной стандартно по меркам советского времени: диван у одной стены, шкаф напротив, стол у окна. На стене, за диваном, висел пресловутый цветастый ковёр, скрипучий паркетный пол скрывался под истоптанной дорожкой. Свои колдовские принадлежности она хранила в шкафу, старательно запирая дверцу на ключ, который без особой необходимости не снимала. Дверь в комнату оставалась всегда открытой — чтобы Любовь Антоновна всегда могла докричаться, а заодно была на виду. В первое время пожилая женщина ещё заходила по вечерам «на огонёк» — побеседовать о жизни, но потом всё чаще лежала на кровати в зале, глядя в телевизор, а к Оле наведывался только её кот Фёдор. Поначалу девушка пыталась его выгонять, но дымчатый питомец только садился у стенки, демонстрируя полную невозмутимость, а брать его на руки она побаивалась — кот был крупный и недружелюбный. Когда телевизор замолкал, девушка тихонько запирала дверь на шпингалет и приступала к смешиванию порошка по рецепту из Книги, который ежедневно добавляла в диетическую еду старой женщины.
Неутешительный диагноз вскоре подтвердился — более того, анализы показали, что рак перекинулся на соседние органы и не поддаётся лечению. Врачи не давали никаких прогнозов — всё могло закончиться в любой момент. Ольга перевелась на полставки и выбирала в графике ночные смены, чтобы иметь возможность ухаживать за больной, делать необходимые уколы, наводить порядок в доме. Любовь Антоновна всё реже вставала с постели, желтушной мумией лежа на пропахших антисептиком простынях. Девушка чувствовала жалость к умирающей и даже подумывала о новых способах, чтобы ускорить процесс. В то же время она выполняла все медицинские предписания и каждый раз обращала на это внимание, когда дежурный врач, Галина Константиновна, приходила для осмотра. В последнее время она не только выписывала лекарства, но и сама их приносила, за что Ольга была ей благодарна.
С момента переезда прошло не больше трёх месяцев, но из-за постоянного стресса, физических и эмоциональных нагрузок Ольга начала замечать, как сама стала меняться. Волосы буквально лезли клоками, кожа потемнела, сил едва хватало, чтобы закончить самые основные дела по дому, добраться до постели и провалиться в чёрное беспамятство. На работе посыпались проблемы, причем если раньше она их провоцировала, то сейчас сама всё чаще попадала в немилость руководству. Девушка буквально чувствовала, как теряет контроль над ситуацией — в коллективе её и раньше недолюбливали, а теперь, похоже, набралось смелости выжить. Не помогала даже сила приворотов — бывшие ухажеры вернулись к прежней жизни и теперь едва кивали Ольге при встрече.
По мере того как таяли силы и решимость, всё тяжелее было разыгрывать добродушную помощницу перед Любовью Антоновной. Ольга не могла понять, почему при всей тяжести диагноза и дополнительных мерах старуха упорно не желает отправляться на тот свет. Между собой они больше не общались — почти всё время Любовь Антоновна спала, находясь под действием лекарств, зато просыпалась всякий раз, когда к кровати подходила помощница. Даже в полумраке комнаты девушка с раздражением чувствовала на себе колючий взгляд тёмных глаз, которые не тронула поволока старости и болезни. В такие моменты ей казалось, что старуха всё знает и ехидно кривит иссушенные посиневшие губы, стоит только отвернуться.
Как-то после очередного скандала Ольга ушла со смены, не доработав. Домой она попала гораздо раньше планируемого времени и с удивлением обнаружила входную дверь незапертой (первым делом она подумала не о грабителях, а о своей рассеянности, потому что, если честно, не помнила закрывала ли дверь, когда уходила), поэтому осторожно зашла внутрь, сжимая мобильный в кармане. Из кухни доносились голоса и звон посуды, так что Ольга поспешила туда. К её удивлению, за столом сидели двое — пожилой нотариус, который заверял договор ренты, и врач — Галина Константиновна. Увидев её гости, не смутились, напротив, заулыбались ещё шире.
Страница 2 из 6
