Ольга раздвинула шторы и сквозь немытое окно придирчиво взглянула на глухой московский дворик. Не вид на Кремль, конечно, но и об этом она даже не мечтала всего пару недель назад. В свете открывшихся перспектив даже сырой ноябрьский пейзаж выглядел не таким унылым — скорее, ожидающим. Оценивающим, сможет ли она, Ольга, дочь алкоголички из провинции, сделать первый шаг на пути к своей новой цели. Ответ для девушки был очевиден, поэтому, спрятав гримасу нетерпения за выражением сочувственного дружелюбия, она подхватила поднос с чаем и направилась в зал, где сидели Любовь Антоновна Добрынева со своим нотариусом.
Добавить в моё избранное
18 мин, 29 сек 11299
Стиснутое животное начало вырываться, тогда она схватила его покрепче и, на вытянутых руках дотащив до двери, вышвырнула в коридор.
Только заперев дверь на шпингалет и включив ночник, Ольга смогла отдышаться. Ранки на груди неприятно пощипывало. Их следовало обработать перекисью, но аптечки были в комнате старухи и в ванной, а покидать комнату не хотелось, поэтому она решила ограничиться лосьоном для лица, который был под рукой. Что нашло на животное, она не представляла. Девушка невольно вспомнила, сколько времени проводила с котом наедине, и комнату прежде оставляла открытой на ночь. Может, он тоже почувствовал её слабость и поэтому решил напасть?
— Бред какой, — ответила Ольга вслух, — хватит себя накручивать.
Действительно, нужно было успокоиться, взять себя в руки. Ну и на всякий случай показать кота ветеринару. Возможно, он даже не пытался ей навредить — спросонья всякое почудится, особенно после кошмара. Может, это она напугала его первой? Представив, как кот ищет тёплое место, пытается устроиться, а вместо этого его бесцеремонно вышвыривают вон, девушка почувствовала мимолетный укор совести. Не мешало бы проверить Любовь Антоновну, вдруг шум её разбудил. Пару секунд Ольга обдумывала это, но всё-таки решила подождать до утра — за дверью было тихо, значит, кот, похоже, угомонился.
Она выключила свет, раздвинула шторы, чтобы в комнате посветлело, и снова забралась под одеяло. На часах была половина третьего, но после кошачьей выходки спать расхотелось, а чтобы забыть о кошмаре, она решила подумать о том, как ей быть дальше.
Для начала надо бы прислушаться к совету и взять больничный — полностью бросать работу Ольга пока не могла себе позволить, но так у неё хотя бы появлялось время, чтобы отдохнуть и разобраться в происходящем. Нужно навести справки о семье Добрыневой — вдруг у неё действительно есть наследники? А ещё хорошо бы наведаться к Геннадию Валерьевичу и пообщаться, так, на всякий случай. И зайти в больницу — проконсультироваться о состоянии больной с каким-нибудь другим врачом. Или ещё лучше — перевести больную на учёт в другой госпиталь — специализированный, а главное, подальше от вездесущей Галины Константиновны.
Ольга даже немного воспрянула духом — к ней возвращалась прежняя уверенность в себе, не терпелось дождаться утра и заняться делами. Тихое поскрёбывание в дверь отвлекло девушку от приятных мыслей. Похоже, что кот пытался снова попасть в комнату. Она невольно перевела взгляд на дверь и вздохнула с облегчением, вспомнив, что закрылась на шпингалет. Можно было бы встать и прогнать паршивца, но Ольга решила, что лучше просто проигнорировать, и он сам скоро уйдёт. Тем временем, царапанье стало настойчивее — нарушитель спокойствия не думал сдаваться, в течение нескольких минут уверенно штурмуя дверь. Неприятные звуки гулко разносились в ночной тишине. Возможно, это была игра воображения, но чем больше девушка вслушивалась, тем больше казалось, что, кроме царапанья, слышна ещё какая-то возня — мягкие удары и шорохи. Можно было подумать, что снаружи находится что-то большее, чем кот. Новая догадка поразила Ольгу. А что, если это проснулась её подопечная и, когда не получилось позвать помощницу, сама добралась до двери и теперь женщина лежит у порога, из последних сил пытаясь обратить на себя внимание? Для этого у неё, конечно, был телефон, чтобы не тратить силы на крик, но из-за лекарств она могла не вспомнить об этом.
— Любовь Антоновна! — на всякий случай позвала девушка и затихла, прислушиваясь в ожидании ответа.
Шум за дверью смолк — было похоже, что оклик подействовал. Ольга облегчённо вздохнула и уже собиралась перевернуться на бок и попытаться уснуть, как вдруг царапанье возобновилось. Начавшись в нижнем углу двери, звук неторопливо пополз вверх, преодолел уровень ручки и устремился дальше, старательно и монотонно очерчивая контур дверного проёма. Девушка медленно села, чувствуя, как на голове зашевелились волосы. Кот мог бы вскарабкаться по наличнику, но тот, кто сейчас царапал деревянную поверхность снаружи, успел обойти дверь вкруговую и делал это слишком размеренно и манерно, с явной целью обратить на себя внимание. Кто бы ни был там снаружи, это был явно не кот. Это было бы неправильно, животные так себя не ведут. Ольга вновь подумала было о Добрыневой, хотя и не понимала, зачем больной старухе делать такое.
— Любовь Антоновна, это Вы! — стараясь звучать уверенно, крикнула девушка. В ответ царапанье стихло, но лишь на мгновение, а затем яростно задергалась ручка, и снаружи послышались настойчивые удары и сопение — громко задышали в стык под замком, принюхиваясь. Судя по звукам, некий непрошеный гость был явно заинтересован в содержимом запертой комнаты. Дверь заскрипела, прогинаясь под давлением извне.
— Любовь Антоновна! Перестаньте! — сама не зная почему, выкрикнула девушка.
Во рту пересохло, сердце стучало мелкой дробью.
Только заперев дверь на шпингалет и включив ночник, Ольга смогла отдышаться. Ранки на груди неприятно пощипывало. Их следовало обработать перекисью, но аптечки были в комнате старухи и в ванной, а покидать комнату не хотелось, поэтому она решила ограничиться лосьоном для лица, который был под рукой. Что нашло на животное, она не представляла. Девушка невольно вспомнила, сколько времени проводила с котом наедине, и комнату прежде оставляла открытой на ночь. Может, он тоже почувствовал её слабость и поэтому решил напасть?
— Бред какой, — ответила Ольга вслух, — хватит себя накручивать.
Действительно, нужно было успокоиться, взять себя в руки. Ну и на всякий случай показать кота ветеринару. Возможно, он даже не пытался ей навредить — спросонья всякое почудится, особенно после кошмара. Может, это она напугала его первой? Представив, как кот ищет тёплое место, пытается устроиться, а вместо этого его бесцеремонно вышвыривают вон, девушка почувствовала мимолетный укор совести. Не мешало бы проверить Любовь Антоновну, вдруг шум её разбудил. Пару секунд Ольга обдумывала это, но всё-таки решила подождать до утра — за дверью было тихо, значит, кот, похоже, угомонился.
Она выключила свет, раздвинула шторы, чтобы в комнате посветлело, и снова забралась под одеяло. На часах была половина третьего, но после кошачьей выходки спать расхотелось, а чтобы забыть о кошмаре, она решила подумать о том, как ей быть дальше.
Для начала надо бы прислушаться к совету и взять больничный — полностью бросать работу Ольга пока не могла себе позволить, но так у неё хотя бы появлялось время, чтобы отдохнуть и разобраться в происходящем. Нужно навести справки о семье Добрыневой — вдруг у неё действительно есть наследники? А ещё хорошо бы наведаться к Геннадию Валерьевичу и пообщаться, так, на всякий случай. И зайти в больницу — проконсультироваться о состоянии больной с каким-нибудь другим врачом. Или ещё лучше — перевести больную на учёт в другой госпиталь — специализированный, а главное, подальше от вездесущей Галины Константиновны.
Ольга даже немного воспрянула духом — к ней возвращалась прежняя уверенность в себе, не терпелось дождаться утра и заняться делами. Тихое поскрёбывание в дверь отвлекло девушку от приятных мыслей. Похоже, что кот пытался снова попасть в комнату. Она невольно перевела взгляд на дверь и вздохнула с облегчением, вспомнив, что закрылась на шпингалет. Можно было бы встать и прогнать паршивца, но Ольга решила, что лучше просто проигнорировать, и он сам скоро уйдёт. Тем временем, царапанье стало настойчивее — нарушитель спокойствия не думал сдаваться, в течение нескольких минут уверенно штурмуя дверь. Неприятные звуки гулко разносились в ночной тишине. Возможно, это была игра воображения, но чем больше девушка вслушивалась, тем больше казалось, что, кроме царапанья, слышна ещё какая-то возня — мягкие удары и шорохи. Можно было подумать, что снаружи находится что-то большее, чем кот. Новая догадка поразила Ольгу. А что, если это проснулась её подопечная и, когда не получилось позвать помощницу, сама добралась до двери и теперь женщина лежит у порога, из последних сил пытаясь обратить на себя внимание? Для этого у неё, конечно, был телефон, чтобы не тратить силы на крик, но из-за лекарств она могла не вспомнить об этом.
— Любовь Антоновна! — на всякий случай позвала девушка и затихла, прислушиваясь в ожидании ответа.
Шум за дверью смолк — было похоже, что оклик подействовал. Ольга облегчённо вздохнула и уже собиралась перевернуться на бок и попытаться уснуть, как вдруг царапанье возобновилось. Начавшись в нижнем углу двери, звук неторопливо пополз вверх, преодолел уровень ручки и устремился дальше, старательно и монотонно очерчивая контур дверного проёма. Девушка медленно села, чувствуя, как на голове зашевелились волосы. Кот мог бы вскарабкаться по наличнику, но тот, кто сейчас царапал деревянную поверхность снаружи, успел обойти дверь вкруговую и делал это слишком размеренно и манерно, с явной целью обратить на себя внимание. Кто бы ни был там снаружи, это был явно не кот. Это было бы неправильно, животные так себя не ведут. Ольга вновь подумала было о Добрыневой, хотя и не понимала, зачем больной старухе делать такое.
— Любовь Антоновна, это Вы! — стараясь звучать уверенно, крикнула девушка. В ответ царапанье стихло, но лишь на мгновение, а затем яростно задергалась ручка, и снаружи послышались настойчивые удары и сопение — громко задышали в стык под замком, принюхиваясь. Судя по звукам, некий непрошеный гость был явно заинтересован в содержимом запертой комнаты. Дверь заскрипела, прогинаясь под давлением извне.
— Любовь Антоновна! Перестаньте! — сама не зная почему, выкрикнула девушка.
Во рту пересохло, сердце стучало мелкой дробью.
Страница 4 из 6
